Конец светлым эльфам - Владимир Журавлев

— Не мешай! — прошипел Вьехо, почти ухвативший за хвост мелькнувшую спасительную мысль.

Потом наткнулся на разъяренный взгляд прекрасных глаз, опомнился, махнул рукой на бога и занялся непосредственной опасностью, то есть Предвечной Владычицей — и прелестями ее несказанными.

— Я вечно предан тебе! — напомнил он, нервно поглядывая на небо. — Как и ишак. Я же говорил.

— Ты позволил отдать волшебную раковину какой-то Сиэлль, когда я без сил осталась!

В принципе бога можно было попросить о снисхождении. Что богу какая-то жалкая кучка эльфов, кстати, не знавших его прежде? А мольбы о снисхождении, равно как и лесть, легко находят путь к любой душе, даже божественной… и ради своего нового отряда Вьехо даже был готов поступиться собственной гордостью…

— …отвечай, когда сама Предвечная спрашивает! Силой дара своего повелеваю открыть то тайное, что думаешь! — прорвался к нему возмущенный шепот.

— Мне бы твои проблемы! — вырвалось у него то тайное, что он думал.

Вечно юная дева недоуменно моргнула. Вьехо же с сожалением решил, что на этот раз никакие мольбы о снисхождении не помогут. Борьба за власть, если глядеть с вершин божественной мощи, — гнусное и мелочное занятие, а именно этим они сейчас и занимались изо всех сил, сколько бы их там ни осталось! Если уж дрязги и интриги подле Предвечных Престолов у самого Вьехо в печенках сидели, то что говорить про древнего бога? Вьехо и сам считал, что все беды эльфов от борьбы за власть, взять то же недоразумение меж Лесом и Заморьем, это когда изменились климат и очертания континентов… Нет, не будет милостив бог к кучке честолюбцев!

— Подумаешь, раковина! — раздраженно сказал Вьехо. — Вторичный источник энергии, не более! А ты — ты рождена, чтоб править вечно! Не разменивайся на мелкие цели!

— Я хочу не размениваться — но как?! Как вернуть светочи, когда я сил лишена? А ты позволил отдать раковину всякой Сиэлль!

— Вернуть светочи — не проблема, — пробормотал Вьехо в очередном неуместном озарении. — Проблема — что с ними дальше делать.

Предвечная Владычица удивленно склонила голову. Истинные озарения она узнавала, даже будучи лишенной сил.

— Странен и непредсказуем ход твоих мыслей, — наконец решила она. — Еще более непредсказуемы поступки, основанные на таких мыслях! Но… как ни странно, получается, что мы все делали правильно — потому что светочи все же близятся. Я верю в тебя, мой рыцарь, что мне еще остается? Не подведи. Помни — ты в вечной верности клялся!

И Предвечная вернулась к своей белой вельблудихе. А Вьехо с внутренней дрожью поднял глаза к небесному божеству.

Акра-Стрелок, опершись на лук, задумчиво смотрел с небес на древнего эльфа, поклявшегося в вечной верности той, которая отправила некогда в изгнание и его, и его возлюбленную супругу, и весь его отряд. И было в его взгляде что-то такое — крупица жалости, что ли? — от чего Вьехо вдруг рассердился. На самого бога.

— Знаю я, о чем ты думаешь! — запальчиво бросил он в небеса. — Что допускать подле себя мелочность и зависть, властолюбие да низменную хитрость есть непростительная слабость!

— …Вьехо, мы тут видели, Владычица к тебе подкатывала! — озабоченно гудел за плечом голос Ройялля. — Да еще и вкупе с прелестями своими несказанными! Мы так кумекаем, предлагала союз заключить? Не соглашайся…

Командир стражников в наивной хитрости своей тоже решил, что Вьехо приотстал исключительно для ведения тайных переговоров с ним, Ройяллем, и ни с кем более.

— Слабость и есть, — донесся до Вьехо звездный ответ.

— А бить окружающих за несовершенство — жестокость! — рявкнул Вьехо. — А считать себя совершенным судией — гордыня, и богу невместная!

— …Близится конец похода, и надо бы что-то решать, Вьехо! — гудел под локтем назойливо Ройялль. — Склонись хоть на чью-то сторону, не мучь нас неизвестностью!

Грозно сверкнули звезды — похоже, бог тоже рассердился.

— Отчаялся, рукой махнул на творящееся подле?! — загремело в голове у Вьехо так, что такыр качнулся под ногами. — Интриги и зависть процветают, и нет места благородным порывам души! Не таковыми воины Света быть должны! Сполна получите за мелочность, мало не покажется!

— Только тронь мой отряд! — тихо предостерег Вьехо. — На небе достану!

И досадливо бросил Ройяллю:

— Заткнись! Не до тебя!

И тоскливо пробормотал потухающим небесам:

— Если наказать всех рядом, останешься в одиночестве, только и всего. Уж я-то знаю. Одиночество — наказание богу…

Ройялль обиженно сопел рядом.

— Ты всегда был с нами человеком! — попрекнул он. — Не чванился, не гордился! Чем таким занят, что не до нас? С богом, что ли, разговаривал?

— Не то чтобы разговаривал, — буркнул Вьехо неловко. — Морду ему пообещал набить.

Ройялль дико посмотрел на эльфа и разом перехотел склонять его на свою сторону. Так что остаток ночи Вьехо прошагал в долгожданном одиночестве. Которое теперь вовсе не требовалось. Потому что ни Акра-Стрелок больше не проявился, ни честолюбивый Фионнель не подошел склонять на свою сторону, хотя Вьехо ждал и того, и другого. Ну, это как всегда.

Они вышли к оазису в начале дня. Свита с жадным интересом оглядывала живописные дали.

— Все, как видела в озарении! — прошептала Владычица. — Скачут отряды смуглых воинов на быстрых поджарых конях! Стоят могучие метательные машины на стенах крепостей! Маршируют по каменным дорогам мимо возделанных полей полки! Шпили высоких башен пронзают небеса, и с них непрестанно оглядывают горизонт недремлющие дозорные! Горят огни в многочисленных мастерских, где куется страшное оружие! И в сердце страны сияют необоримой мощью светочи! И вся эта сила — против нас!

Вьехо изучил панораму и покачал головой.

— Издали многое кажется страшным, — заметил он. — Но приблизишься, и страхи развеются.

— Приблизимся, — согласилась Предвечная Владычица и отправила вельблудиху вперед.

Мощь светочей манила ее с непреодолимой силой.

— Прекрасная страна! — шептались эльфийки свиты, спеша следом. — Какие поля зеленые! Как сады благоухают вдоль дорог, как вода в ручьях журчит! Здесь жить можно!

— Наш Повелитель могуч! — возгордились стражники.

Потом переглянулись и о чем-то жарко зашептались.

Эльфы не обращали внимания — их светочи манили с неодолимой силой. Мог бы заинтересоваться Вьехо — но все его мысли занимало появление грозного бога. Акра-Стрелок не прощал созданиям Света мелочных устремлений, и угроз не прощал тем более. Наверно, не прощал. Вообще-то Вьехо не смог припомнить, чтоб кто-то еще помимо него угрожал богу. Так что он шел и напряженно размышлял, как и где ударит Судия. Будет ли это засада сторонников Повелителя? Или просто земля расступится у них под ногами? Или?.. А чтоб никто не мешал думать, он пристроился рядом со Жмотом, который последнее время был тих и не расположен к любопытству. Юный пейзанин как встал на выходе из зиккурата рядом с ишаком, так и шагал молча весь путь и глядел только под ноги. Даже к Предвечной ни разу не приблизился. Видно, что-то нерадостное накопилось на душе.