Сердце техноцита - Артемис Мантикор

— Ты назвала меня моим старым именем.

— Это реакции тела, Аси. Я не властна над ними. Тело налагает свой отпечаток на душу.

— Значит… в тебе живёт то, что осталось от неё, — тихо произнесла Ангедония.

А я напрягся, глядя как у её ног собираются фиолетово-чёрные молнии.

Волосы на голове девушки стали подсвечиваться и подниматься, а в глазах собиралось лиловое зарево.

— Тогда я уничтожу хотя бы это! — рыкнула она и бросилась вперёд.

Следом за ней устремились несколько техноцитовых бойцов. Это были рабочие особи, не сильно приспособленные к ведению боя. Но тем не менее первое же столкновение показало, насколько я был наивен.

Монстры сорвались с мест и устремились к нам с невероятной скоростью и ловкостью. Первый удар пришёлся по каменному телу Рейна, легко разбивая каменные руки стихийного рыцаря. В последний момент ему удалось отскочить, уменьшая область поражения, но в следующий миг в живот прилетела ладонь другого, возникшего из ниоткуда робота.

Этот удар он принял уже на форму слайма и даже шагнул навстречу, заключая механизм в кислотные объятья.

Затем второго постигла почти та же участь. Едкий аномальный свет Мерлина повредил его, что-то сделав с металлом — тот позеленел и слегка потёк.

Но ещё двое даже не дрогнули, а с невероятной скоростью принялись атаковали нас.

Сама Ангедония как и в прошлый раз обращала внимание лишь на тех, кто мешал ей атаковать тело Дины. Это тоже было неплохо — противником она была невероятно сильным, и будь она хоть немного адекватней — могла бы и победить. Тем более, что сейчас с нами не было Белой и её кошачьего отряда.

Чёрные лезвия в виде ветвящихся молний пребывали в постоянном движении, и уйти от атаки было почти невозможно. Спасала лишь полная предсказуемость каждого её действия.

Ангедония резко остановилась, расставила руки в стороны, и в треске фиолетовых молний показались проклятые некрочеширы.

Механическая нежить начала медленно раскачиваться в такт своей главной способности. Но прежде чем сверхагрессивные монстры начнут сжирать весь наш рейд, разорвалась эфирная бомба, подброшенная Элейсом, после чего Ариддарх и Кель сняли по первой жизни чудовищ двумя точечными пиробластами.

Вспышка эфирной бомбы — и едва проявившиеся неромеханы попали под бросок Альренца. Затем последовала двойная молния Альренца, парализующая на время ещё двоих.

Мне оставалось сделать главное — заряд маны и горсть семян силой амулета Селены развернулись в лестницу вверх. Поднимать нас на лифте никто не собирался, хотя сам противник именно так и передвигался.

Дверь с шумом раскрылась и из громадной кабины в пять метров высотой шагнул голиаф — едва поместившийся в огромный лифт боевой мех со скелетом где-то в скрытой внутри кабине.

С шумом совсем рядом со мной чиркнул луч зелёного лазера, но его на себя приняла механическая кукла Сайны. Сама она вместе с Ильгором спешила начать подъём.

Рядом с первой лестницей начала расти вторая.

Ещё горсть семян и активация взрывного роста. Затем давно уже не использовавшийся навык создания древней. Из них я сделал большое неуклюжее дерево, которое на время займёт врага.

— Наверх, всех вы их не перебьёте! — напомнил я.

Пересечение барьера наверняка уже сообщило о вторжении наверх. Глядя с лестницы вниз, я уже видел там красные визоры и зелёные огни некротической энергии, движущиеся волной к к базе Короля.

Объединившись с древесной сутью лестницы, я быстро понёсся наверх.

Там нас уже ждали ещё два голиафа.

Место отлично подходило для ритуала — большая открытая площадка в самом сердце вражеского логова. Что может быть лучше для наших целей?

Бросок семян и энергия жизни — и множество лоз обхватывают один из механизмов.

Над головой у второго замерла крылатая фигура Рейна в форме летуна. Миг — и он обрушился вниз, вбивая копьё летаргии. Его мы взяли как раз именно для такой ситуации.

Отмена и повторный призыв убежища.

— Сильван, веди мирных! — приказал я, после чего взялся за ассимиляцию вражеского меха.

— Я не могу его взломать, — покачала головой Сайна. — Там защита, а я в этом самоучка без модов.

Взбесившийся техноцитовый гигант разорвал путы и с невероятной ловкостью попытался прихлопнуть нас, но на его пути встала Вереск. Механическая кукла Сайны сумела отбить чудовищный удар, выставив перед нами энергетический барьер.

Со стороны лестницы последовала молния Альренца, а следом — полярный луч Келя. Боевая магия сковала техноцит на некоторое время, но чем окончательно добить голиафа я не знал, кроме как повторить процедуру с копьём.

— Рейн, этот на тебе! — бросил я.

— Некромеханы! — воскликнула Эстель. И прежде, чем я успел их увидеть — последовал сдвоенный щелчок эфирной бомбы.

— Защита периметра! — крикнул я. — Вокруг входа!

Из самого убежища потекли оставшиеся лучшие боевые машины семнадцатых и лучшие из некродендроидов. Насколько их хватит — большой вопрос. Призвать вместо них свой техноцит враг сейчас не сможет. Разве что обрушить на нас ведро рыбы. Но вот перенести просто по двадцатому куда-то подальше — легко.

Так что служить механизмы и дендроиды Ордену будут, пока враг не поймёт этот момент.

Три вспышки эфирных бомб. Проходчики Ордена обезвредили противника и вместе с ним парализовали наступающие особи техноцита.

— Чисто! — произнесла Эстель.

Из убежища вышла троица энирай в сопровождении полноватого кузнеца и с трудом волочащего лапы окти. Ему проходчики помогли дойти до нужного места.

— Стартую! — крикнул Ильгор, начиная ритуал. Рунические символы «обманки Локи», нарисованные на телах под одеждой пятёрки небоевых членов Ордена засияли, и вскоре все они обратились в белый свет, а вместо них возник перенесённый кошачий отряд во главе с Белой.

— Мех! Вовремя вы, — приветствовал меня Кот. — мы как раз пили чай у Тумора.

— Как он?

— Уже приходит в себя. Основной откат от истощения пришёлся на тело всадника. С него же бралась вся сила для второй волны маны?

— Да. Об остальном потом, — бросил я. — Времени до того, как техноцит восстановится не так много, а мы повторить сможем очень не скоро.

— Арктур, ты уже знаешь, что техноцит может усиливаться? — строго спросила Белая.

— Да уж заметил, — я криво улыбнулся. — Расскажешь по пути, если есть что.

— Бой ещё идёт, но наши снова продвигаются. Возле