Крысолов - Андрей Уланов

– О-о-о! Благодарю вас, святой брат…

– Что с потерями? – отрывисто спросил ги Сикейрос. – У вас остался хоть кто-нибудь или мне снять людей с пушек?

– На один расчет наберется, – после короткой паузы ответил Алессандро. – Но тан комендант… даже при половинном заряде… люди боятся. Если б не нога, я бы сам дернул за шнур…

Даже сквозь пороховой дым было видно, как ун-майор начал багроветь.

– Проклятье, ваши люди что, не понимают, что у нас тут немного война?! – рявкнул он. – Или они хотят дождаться, пока бомбы ликтов разнесут здесь все и вся?! Клянусь…

– Выстрел! – донесся сквозь дым истошный вопль с башни.

«Благородный тан, роющий носом землю под обстрелом, выглядит чересчур простонародно, – вспомнил Раскона одну из сентенций Вальдеса Марратоа. – Но благородный тан, ставший трупом, выглядит просто трупом. Запомни, Диего: коль мы не считаем зазорным кланяться королям, стоит и ядрам оказать не меньшие почести – они ведь могут снести голову ничуть не хуже любого монарха!»

Сейчас маленький тан искреннее пытался следовать этому совету – но врыться в скалу было бы по силам разве что каменной землеройке или…

Мысль проскользнула по краю сознания. Замерла, пойманная за хвост. Осторожно, затаив дыхание, Диего начал подтаскивать ее поближе – и в этот миг раздался взрыв.

А после него – тишина. Мертвая.

– Не могу поверить, – голос у ошарашенного ун-майора отчего-то стал высоким до писклявости. Поняв это, комендант звучно прокашлялся и добавил уже нормальным тоном: – Эти неуделки дали залп на прежнем прицеле!

– Вот видишь, – наставительно заметила Интеко, – иногда бывают и просто чудеса. Милость Великого Огня и все такое. Видно, кто-то из твоих людей с перепугу посулил отдать свою последнюю рубаху на нужды Церкви.

– Полагаю, многие из подчиненных тана ги Сикейроса сейчас усиленно молят Отца-Солнце о покровительстве, – задумчиво произнес монах. – И не сомневаюсь, Великий Огонь не откажет в ней своим верным. Однако я также думаю, что последний промах был вызван вполне, гхм, светскими причинами. Вспомните, предыдущий выстрел последовал вскоре после взрыва нашей мортиры. Если же ликты не сразу заметили…

– …наш трах-бабах, то приняли дым от него за удачные последствия своего попадания! – договорил ун-майор. – И теперь они будут упоенно расстреливать гору за фортом! Гениально, Темный меня приморозь! Если мне выпадет еще когда-нибудь оказаться в такой же глубокой за… прошу прощения, тана ги Торра, короче, я этот приемчик запомню. Да и сейчас… Фернандес! – крикнул он. – Фернандес!

– Тан комендант! – выскочивший из дыма здоровенный на-десятник был в саже от пяток до макушки, а ведро с водой держал так, словно собирался с размаху разбить его в щепки о чью-то голову.

– Дерево больше не заливайте, – приказал ги Сикейрос, – пусть дополыхает. Когда закончите с телегой, пусть ваши люди выкатят из погреба три бочки со смолой. Одну – на правую башню, вторую – на крышу казармы и третью – на батарею тана Негу. Зажигайте их именно в таком порядке, по одной после каждого выстрела с кеча.

– Понял, м`тан!

По-прежнему держа ведро наизготовку на-десятник развернулся и убежал обратно в дым, откуда почти сразу раздались звук удара, полузадушенный хрип и богохульства.

– Как подумаю о том, что эти ублюдки сейчас впустую расстреляют свои запасы, гы-гы! – от удовольствия комендант разве что не светился как факел в ночи. – Так прямо станцевать хочется. И-эх-х! Эй, Фернандес и с-кем-ты-там-сцепился! – крикнул ун-майор в дым. – А ну живо, заткнулись и вперед! Раздолбай вас в перемать…

– Мануэль, – неожиданно перебил коменданта маленький тан. – Прикажи принести кувалду.

– Что?!

– Кувалду, – повторил Диего. – Или молот. В форте же имеется кузнец?

– Имеется. Но я не понимаю…

– Просто прикажи дать мне кувалду, – скучным ровным тоном произнес Раскона. – Если я прав, то показать это проще, чем объяснить.

Заполучив требуемое, Диего подошел к одной из оставшихся мортир. Молот был зверски тяжел, поэтому замах у маленького тана вышел горизонтальный – но зато результат превзошел все ожидания. От удара тяжелая бронзовая мортира попросту рассыпалась, разом и все, словно под слоем краски скрывалась глиняная поделка. Из кучи «черепков» и пороха неторопливо выкатилась бомба.

– Великий Огонь…

– Брат Агероко, – отставив молот, Диего наклонился и бросил монаху один из «черепков». – Взгляните на это.

Болезненно щурясь – сотворенное им заклинание позволяло дышать в дыму, но не защищало глаза – монах вгляделся в обломок… брезгливо скривился, отбросил его и нервным движением вытер пальцы о край сутаны.

– Какая мерзость!

– Да что за бесовщина здесь творится!? – не выдержал ун-майор. – Диего… святой брат…

– Бесовщина – это ты, Мануэль, верно подметил, – теперь, когда непонятные действия ликтского адмирала получили логическое объяснение, Раскона испытал нечто вроде облегчения. Нечто вроде – потому что вражеский замысел превосходно сработал и никакого противоядия от него на горизонте пока не маячило.

– Твари эти сродни жучкам-древоточцам, – так уж повелось, что любые объяснения брат Агероко давал заунывно-протяжным речитативом, очевидно, намертво вбитым в него в период монастырской учебы, – но являют собой мерзкое порождение темной алхимии. Одну лишь стоит подсадить в металл, как начинает тварь прогрызать в нем ходы, множась при этом – и так до тех пор, пока весь предмет изгрызен ими не будет.

– Темный лед! Это что ж, все мои пушки-ы-ы… – Ги Сикейрос не договорил, осекшись на каком-то странном звуке – словно тана коменданта начали душить невидимые руки.

– Пушки, скорее всего, в порядке, – сказал Раскона. – Эти твари недаром прозваны медноедками – чугун им не по вкусу. В этом смысле скупость казны здорово помогла нам.[36]Хотя проверить, – маленький тан легонько пнул молот, – конечно, надо будет все орудия. С магов-еретиков станется и тварей Темного на новый паек перевести.

– Да хранят нас Две Сестры от подобной напасти! – воскликнул тан Алессандро. – Ведь если подобные твари расползутся повсюду… Великий Огонь, люди станут подобны зеленокожим дикарям!

– Расползтись они, к счастью, не могут, – присев около остатков мортиры, Диего принялся разглядывать «черепки». – Без магической подпитки эти создания живут два-три дня, не больше. Когда вы в последний раз стреляли, ка-лейтенант?

– М-м-м, – тан Алессандро прикусил губу. – Примерно месяц назад.

– Месяц и два дня, – подтвердил его слова комендант. – Как сейчас помню, это был день святого Ровена, жара стояла еще больше, чем сейчас.

– И от вашей пальбы у таны Алонсии Чивер, жены мясника, начались роды, – с усмешкой добавил маленький тан.