Академия попаданцев - Мария Боталова

— Нет, я… у меня дела, скоро уйду.

Женщина вышла, закрыв за собой дверь. Я села на колени у кровати Ийрилихара и взяла вампира за руку. Пальцы тут же обожгло резким холодом.

— Ты спас мне жизнь, но я не могу оплатить тебе тем же, прости, — прошептала я виновато. — Но данное тебе обещание сдержу непременно.

Медлить я не стала. Сразу же отправилась на поиски комнаты Ийрилихара. Видимо, его поручение было крайне важным, раз он упомянул о нем, уже будучи раненным. Жаль только, не сказал, кто же тот гад, который его атаковал. Ведь, скорее всего, он же и являлся шпионом Братьев Арханов. Вампир ведь обмолвился сегодня, что его вычислил. Вот и поплатился за свою догадку.

Но наряду с жалостью к Ийрилихару в душе все больше нарастала тревога. Хотелось спрятаться в комнате Савельхея и ни за какие коврижки ее не покидать. И пусть темный властелин постоянно меня охраняет. Долго и счастливо до конца наших дней.

Кое-как отвлекшись от столь заманчивой картины, нарисовавшейся в воображении, я снова задумалась над словами Ийрилихара. И если с «Лика» и «обещание» все было ясно, то что значило «лес»?

* * *

Комнату Ийрилихара я нашла только через час блужданий по жилому корпусу. Сначала даже дверью ошиблась и, увидев меня, обитающие там двое студентов дружно в ужасе взвыли. Видимо, спросонья бедняги решили, что это темный властелин по их душу пришел. Все-таки хорошо меня плащ Савельхея маскировал. В чем я повторно убедилась, когда в коридоре навстречу попался Раэль. Угрюмый, озлобленный, эльфийский принц будто бы в воображение репетировал чью-то казнь. А едва завидел меня, так его аж перекосило. Тут же рванул назад и шустро скрылся за ближайшим поворотом. И чего это ему ночами не спится?

Дверь в комнату Ийрилихара оказалась не заперта. Я осторожно вошла и огляделась. В царящем полумраке ориентироваться было сложно, и только споткнувшись о кресло, я вспомнила о наличии у себя магии. На этот раз световой шарик вышел небольшим и не таким дерганным как первый. В его свете я мгновенно нашла дверь в спальню.

Здесь уже было не так темно. Лучи ночного светила скользили дорожкой сквозь распахнутое окно. Выглядело красиво и одновременно грустно. Мне только сейчас подумалось, что ведь хозяин этой комнаты никогда уже сюда не вернется. Снова захотелось разреветься, я едва сдержала порыв.

Искомый сундук нашелся быстро. Замка на нем не было, но сама по себе тяжеленная крышка поддалась с трудом. Стоило мне ее откинуть, как из царящей внутри темноты выпорхнуло что-то мелкое, щекотливо скользнув мне кожистыми крыльями по лицу. Испуганно взвизгнув, я отпрянула в сторону. С изумлением наблюдала, как мечется под потолком летучая мышь будто бы в растерянности, зачем вообще ее выпустили. Может, она искала хозяина? Еще немного попорхав, она поспешила к окну и вылетела вон. Я тут же подбежала посмотреть, куда она полетит. Но летучую мышь быстро скрыла темнота. Одно я могла сказать точно: она направилась к лесу.

Больше в сундуке ничего не оказалось. Покинув комнату вампира, я поспешила к Савельхею. На этот раз в коридорах мне никто не попался. Но холодком по спине отдавалась невесть откуда взявшаяся уверенность: за мной кто-то пристально следил.

* * *

Вопреки моим надеждам, в комнату Савельхей еще не вернулся. Я спешно зажгла все свечи, которые нашла. Уж слишком меня пугала темнота. Буквально кожей чувствовала чей-то недобрый взгляд, хотя в спальне никого больше не было.

Забралась на кровать, обхватив колени руками.

— Савельхей, ну пожалуйста, появись поскорее, — прошептала я одними губами.

Но время шло, а его все не было. Несмотря на страх, глаза упорно слипались, и я все-таки задремала.

Разбудил меня незнакомый голос. Вернее, даже не голос.

— Избранница… — едва слышное шипение переходило в шелест, — избранница…

Сон слетел с меня мигом, сменившись паническим страхом. Резко сев на кровати, я огляделась, но в спальне по-прежнему никого не было.

— Избранница… — снова раздалось будто бы из ниоткуда.

И тут одна за одной начали гаснуть свечи. Будто бы живая Тьма постепенно приближалась ко мне, поглощая крохотные огоньки. Хотелось в ужасе завизжать, вскочить и умчаться прочь из комнаты, но я и двинуться не смогла. Собственный страх парализовал меня сильнее любых магических пут.

Когда горящей оставалась всего одна свеча, ближайшая ко мне, во тьме багровым светом блеснули глаза.

— Избранница… — темнота всколыхнулась как живая. Сотканная из нее плеть будто бы ненароком скользнула по покрывалу кровати, оставляя рванную борозду.

Я мгновенно вспомнила ту жуткую тень, с которой разговаривал как-то Савельхей. Кажется, она была посланницей его отца. Но от меня-то этой жути что нужно?!

Чуть кольнув кончики моих пальцев, сами собой вспыхнули сполохи зеленого света, но тьма мгновенно их пожрала. И следом раздался шелестящий смех.

— Магия… Магия жизни — ничто, избранница…

От очередного удара мглистой плети я едва успела отскочить. Сама не понимала, как до сих пор не задохнулась от удушающего ужаса. Тьма отрезала все пути для бегства, оставив лишь крохотным нетронутым островком кровать с робко горящей у ее подножия свечей. Я едва не плакала от страха. Ведь даже уникальная и чуть ли не непобедимая, по словам Уни, дарованная мне магия оказалась бессильна перед этой тьмой!

— Избранница… — темнота подбиралась все ближе. Пламя свечи испуганно дрожало, вот-вот норовя погаснуть.

— Я не избранная, слышите! — закричала я. — Не избранная! Идите вон Николетту пугайте! А меня оставьте в покое!

— Не избранная… — шелестело будто бы отовсюду одновременно. — Не избранная, а избранница… Его избранница… Его слабость…

До меня только сейчас дошло, что если бы меня хотели убить, то убили бы уже. Напугать? Так я уже от страха едва дышала.

— Что вам от меня нужно? — слова дались с трудом, я вжалась в стену.

Вместо ответа вдруг взвившаяся плеть захлестнула меня за горло, я едва успела подставить еще и ладонь, чтобы хоть немного смягчить хватку. Нечеловеческой силой меня рвануло вверх как невесомую пушинку. Прикосновение тьмы жалило кожу тысячей игл, но это казалось мелочью — я уже задыхалась. Изо всех сил пыталась высвободиться, яростные искры зеленого света разрывали пелену тьмы, но все тщетно. Шелестящий смех стал оглушительным. Он будто бы звучал уже не извне, а у меня в голове. И последнее, что я увидела, это как погасла единственная свеча…

* * *

Потихоньку приходя в себя, я почувствовала объятий. Кто-то бережно меня обнимал, словно пытаясь отгородить от всего мира. Впрочем, я сразу поняла кто. По-прежнему не открывая глаз, улыбнулась. Странный он все-таки. Сам гонит и чуть ли не угрожает, и в тоже время никак не может скрыть, что я дорога ему.

— Знаешь, мне такой кошмар жуткий приснился. Как будто темнота вдруг ожила и на меня напала, — прошептала я, нежась в его объятиях. — Хорошо, что ты наконец вернулся, а то уж очень одной страшно.