Там, где умирают корабли - Уильям Дитц

Пол жалобно затрещал, когда Ролло достиг противоположной стены. Поворачиваясь, он опрокинул любимый цветок секретарши. Дромо пытался поднять полупустой горшок рогом, но тут загудел зуммер внутренней связи. Секретарша нажала кнопку и взглянула на экран.

— Да! — сказала она.

У комиссара был усталый вид.

— Скажи им, что я их жду, — проворчал он. Секретарша отключила связь и с облегчением вздохнула:

— Маршал Гипонт?

Ролло поднял голову от цветка:

— Да, это я!

— Комиссар готов вас принять.

— Наконец-то, — проворчал дромо и крикнул: — Эй, Торкс! Просыпайся, работа не ждет!

Грохота опрокинутого горшка было недостаточно, чтобы разбудить трита, но толчок головой сделал свое дело. Кушетка отлетела фута на три и ударилась о стену. Торкс зевнул и потянулся. Его пальцы замелькали в воздухе — это он задал вопрос.

— Который час? — спросил он.

— Прошло четыре часа с тех пор, как ты спрашивал это в последний раз.

— Так вот почему я так хорошо отдохнул! Хорошая кушетка, как будто настоящее дерево. Что, его высочество уже позвал нас?

— Да позвал он, позвал! — раздраженно ответил Ролло. — И как раз вовремя, ты ведь знаешь, что получается, когда я вне себя от злости!

— Полно, полно, — увещевал его трит, — все что угодно, только не это! Мы не можем себе этого позволить. Так можно и пенсию потерять.

— Ну и пусть! — взорвался Ролло. — Вон дверь! Иди первым. Секретарша подождала, пока маршалы скроются в кабинете комиссара, потом, как могла, поправила цветок, добавила в горшок грунта и вышла, чтобы покурить в одиночестве.

— Инопланетяне! — выдохнула она.

Комиссар был мужчиной средних лет с редеющими волосами, выпуклыми глазами и вздернутым носом. Когда-то перед ним открывались широкие перспективы, он был первым кандидатом на пост министра экономики Конфедерации, но его спонсор, сенатор планеты Земля, был обвинен во взяточничестве. Разразившийся скандал разрушил его карьеру и положил конец карьере нынешнего комиссара. Сначала назначение на Новую Надежду он воспринял как еще одно оскорбление от злобного и черствого правительства, но спустя четыре года комиссар пришел к выводу, что Юлий Цезарь был прав, говоря: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме». Что может быть хуже, чем день и ночь барахтаться в политической клоаке, лизать чьи-то задницы и ненавидеть себя за это! Нужно было набраться житейской мудрости, чтобы оценить этот пост и эту планету — рай, не омрачаемый посещением высшего руководства, где можно делать или не делать все, что заблагорассудится. Но так было до последнего времени. А сейчас пара плутов с полномочиями от Конфедерации, какой-то беспутный шкет из богатой семьи и целый десант влиятельных траанцев как нарочно слетелись сюда, чтобы нарушить мир и покой в его обители. И комиссар знал, что за ними стоят большие люди, те самые, которых он не хотел видеть на этой планете, потому что они несли с собой только хаос и смятение. Однако не все потеряно. У комиссара был план, и если с ним согласятся все заинтересованные стороны, он избавится от этой докучливой компании.

Дверь открылась, он встал. Внешность маршалов не удивила чиновника, он уже встречался с представителями этих рас. И действительно, любой, кто хоть раз видел, как дромо поглощает закуски на приеме в посольстве, в то время как его трит раскачивается на канделябре, этого уже не забудет. Комиссар улыбнулся так, чтобы его улыбка одновременно выразила и радушие, и озабоченность, а потом склонился в поклоне:

— Маршал Торкс! Маршал Гипонт! Прошу простить, что заставил вас ждать! Оказывается, ваше дело привлекло внимание большого числа лиц из правительственных кругов, и каждый имеет свой вариант решения проблемы. По этому поводу разрешите представить вам высокородных граждан Ка-Ди и Са-Ло. Они представляют власти планеты Траа и надеются оказать помощь в разрешении вопроса.

Траанцы сидели на деревянных стульях с прямыми спинками. Чувствовалось, что им очень неудобно. При упоминании своих имен они встали и коротко кивнули, сохраняя невозмутимость. Ролло и Торкс узнали в них тех траанцев, которые пытались оказать давление на Натали, а потом бежали с корабля на одном из челноков Джорда. Однако маршалы не подали виду, что осведомлены об их личностях.

Ролло знал много бюрократических ловушек и умел их распознавать. «Надеются оказать помощь», ерунда какая! Траанцы хотят получить координаты и считают расследование самым быстрым способом это сделать. В точности как предсказывал Торкс! Как же теперь разговаривать с ними? Жестко, поскольку речь идет о расследовании убийства, или, наоборот, вежливо: о, мы будем рады вашей помощи, будьте любезны, расскажите все, что вы знаете?

Торкс имел свою точку зрения, и он отстучал ее Ролло:

— Давай послушаем, что они скажут, быть может, мы узнаем еще что-нибудь. Если они будут только врать или попытаются нас использовать, мы в любую минуту можем арестовать их за угон челнока.

В этом был смысл, и Ролло заставил себя широко улыбнуться:

— Господин Ка-Ди, господин Са-Ло, рад вас видеть! Надеюсь, вы поможете нашему расследованию!

Те не испытывали ни малейшего желания кому-либо помогать, но ответили, стараясь говорить очень искренне:

— Мы тоже весьма рады!

Комиссар, радуясь, что они нашли общий язык, собрался было предложить маршалам сесть, но прикусил язык, потому что Ролло сокрушил бы даже самый крепкий стул во всем комиссариате, а трит уже нашел себе место. Не найдя ничего лучшего, комиссар произнес фразу, затасканную и изъеденную миллионами бюрократов до него:

— Ну, теперь, когда вы познакомились, давайте приступим к делу. Маршал Гипонт, будьте так добры, доложите нам о цели и задачах вашего расследования.

Ролло решил изобразить недалекого служаку, что, по мнению Торкса, у него неплохо получалось. Дромо тихонько выругался, когда комиссар закурил, и вместо того чтобы рассказывать о трагедии расы Траа и о попытках траанцев захватить сквозной переход «Врата Мескалеро», он сосредоточился на расследовании по факту убийства. Около десяти минут он излагал детали убийства, рассказывал про след, который вел к лагерю принудительных работ, про необходимость обследовать его, чтобы найти Ари Гозен, главного подозреваемого по делу, и юношу Дорна Восса, которому, если он еще жив, грозит смертельная опасность. Для завершения расследования маршалам не хватает только официальных полномочий — ордера, который может и должен выдать им верховный комиссар. Сообщив это, Ролло закашлялся, потому что дым от сигареты попал в его легкие, и опрокинул столы. Когда все снова заняли свои места, он продолжал:

— Итак, высокородные граждане, в свете обстоятельств, изложенных вами, мы с маршалом Торксом, хотели бы услышать все, что вы сможете сообщить нам по этому делу, включая ваши предложения о помощи следствию. Да, вот о чем еще считаю необходимым предупредить вас. Раздел двадцать семь, параграф четыре, страница триста восемнадцать Уголовно-процессуального кодекса, регламентирующий производство следствия по убийству в пределах Конфедерации, требует, чтобы сотрудники правоохранительных органов проконтролировали все опросы, допросы, а также любые мнения и показания в ходе следствия. Пожалуйста, начинайте, микрофон включен.