Сила главного калибра - Алекс Орлов

Прошло всего несколько мгновений, Хулиган доложил:

– Дело сделано, теперь они гонятся за мной!

– Молодец, – похвалил его Моран.

– Я Синица, вижу, как Хулиган уводит за собой полицейских. Они очень стараются догнать его…

– А что он сделал? – полюбопытствовал Моран.

– Обогнал первого и плюнул ему в лицо.

– Он что, ничего лучше не мог придумать?

– А я говорил, надо было стрельнуть, – вмешался Снегирь. – Внимание, я его не вижу – куда он делся?

– Все в порядке, я Кенарь, вижу его, он свернул в проулок, движется к парку.

– Синица тоже его видит… Наконец-то он перестал так быстро бежать, я уже взмок.

– Я Снегирь, ухожу на разворот через площадь Ветеранов.

– Я Жаворонок, ухожу в объезд по Лейд-стрит, встречу его у выхода из парка.

Джим заметил, что водитель продолжает следить за происходящим в эфире и без напоминаний Морана активно маневрирует. Джип срезал углы по переулкам и дворам, проскакивал по газонам, вызывая лай дворняг, пугал в подворотнях наркоманов и бездомных.

– Я Кенарь, объект движется прямо на группу молодых людей… Это возле старых каруселей.

– Это геи, у них здесь тусовка, – сообщил Синица. – Какая мерзость, они целуются…

– Синица, это не твое дело! – оборвал его Моран.

– Я Кенарь, плохо дело, они не дают ему прохода, они пьяные.

– Прикройте его! – приказал Моран.

– Первый, их человек тридцать, у меня нет столько патронов.

– Они его лапают! – сообщил Синица. – Что делать, иду отвлекать…

Тем временем джип уже подъехал к другим воротам, откуда ждали появления Джозефа. Эта сторона парка выглядела куда ухоженнее, и здесь было больше людей. У входа стоял киоск с мороженым, и Джим вспомнил, как они на «фаэтоне» таранили точно такой же.

– Я Хулиган, подключаюсь к драке…

– Там уже драка? Ответьте кто-нибудь! – закричал Моран.

– Уже нет, он ушел, и мы тоже уходим, кто-нибудь, вызовите «Скорую помощь»!

– А что там?

– Не знаю, я поздно подъехал, человек шесть лежат на асфальте, повсюду кровь, остальные разбежались.

– Первый, я Кенарь, он обошелся с ними сурово и уходит на другую сторону парка.

– Я Первый, мы уже ждем. А он что, вооружен?

– Похоже, просто зубами…

Джим повел плечами. Несмотря на настояния Инструктора, он не мог побороть в себе чувство брезгливости, когда рвал выданное в качестве тренажера свиное ухо.

«Да не дергай ты его, захватил – и резкое движение в сторону, твои зубы должны пилить, а не кусать».

Инструктор умел нарезать свиное ухо ленточками, у Тони тоже что-то получалось, а Джим брезговал.

Неподалеку среди редких машин припарковались Снегирь и Жаворонок. У первого была недорогая малолитражка «монблан» с форсированным двигателем, спортивными колесами и мощными тормозными суппортами, однако в глаза это не бросалось, и особенность машины мог рассмотреть только человек внимательный.

Жаворонок сидел в большом семилетнем поцарапанном купе. Усиленная подвеска передних колес держала армированный передок и литой бампер. Эта машина могла прошибить кирпичную кладку или снести металлические ворота – как и сотрудники в группе, машины имели каждая свою специализацию.

Джип являлся передвижным командным пунктом, под пластиковым покрытием крыши были вшиты антенны разнообразных передающих и приемных устройств, а в пустотах дверей скрывался богатый арсенал на случай, если машину заблокируют враги. Формально Рион еще оставался под властью федерального правительства, однако противник чувствовал себя здесь как дома.

– Я Синица, он в пятидесяти метрах от выхода, полагаю, пойдет в «Красный караван»…

– Похоже на то, – согласился Моран.

Джим вспомнил карту с пояснениями. «Красный караван» являлся одним из вероятных мест встречи Джозефа с Эмми. Это было танцевальное кафе, оно размещалось в отдельном здании, имело три выхода и работало круглосуточно. Кроме одной несущей стены, отделявшей кухню от танцзала, все остальные перегородки в нем были гипсовыми. Эта информация имела значение на случай перестрелки.

– Вон он, красавчик, – сказал Моран.

Среди мирно прогуливавшихся горожан Джозеф выглядел как беглый сумасшедший. Он поминутно оглядывался и норовил перейти на бег. Сомнений не оставалось, он направлялся в танцевальное кафе.

– Внимание, говорит Первый… Оп!

Все, кто следил за Джозефом, замерли – проезжавший мимо автомобиль не смог увернуться от столкновения и зацепил беднягу крылом. Тот отлетел метров на пять и покатился по асфальту. Испуганный водитель остановил машину и выскочил посмотреть, что произошло, однако Джозеф проворно вскочил и, прихрамывая, зарысил дальше.

Сбивший его водитель пожал плечами и, вернувшись к машине, осмотрел крыло. Должно быть, все оказалось в порядке, потому что он сел за руль и уехал. Движение на улице восстановилось.

– Я Синица, встал у входа номер один.

– Я Кенарь, караулю номер третий.

– А что с первым входом? – недовольно спросил Моран.

– Хулиган на месте! – доложил третий сотрудник, было слышно, как он тяжело дышит. – Цепь слетела, пришлось ремонтировать…

– Снегирь, Жаворонок?

– Я – Снегирь, стою в сторону к Ранбау.

– Жаворонок смотрит на восток. В смысле, стою носом к городскому рынку.

– Резерв? Надеюсь, резерв на месте?

– Да, сэр, то есть Первый.

– Кенарь говорит – объект вошел через третий вход. Я выдвигаюсь?

– Конечно, чего спрашиваешь? – начал злиться Моран, ему не нравилось, что агенты ведут себя словно на учебной отработке материала. Судя по всему, они не верили, что какая-то девчонка может доставить им неприятности.

– Я Резерв-альфа, выдвигаюсь на место Кенаря.

– Поживее! – прикрикнул Моран.

Джим увидел спешащего к кафе человека в соломенной шляпе.

– Я внутри, – доложил Кенарь.

– Что видишь?

– Ни хрена, темно здесь.

– Надо было глаза закрыть перед входом, не знал об этом?

– Ага, вижу объект, он беседует с двумя блондинистыми бабами, – сообщил Кенарь, игнорируя замечания начальства.

– Возможно, одна из них – Эмми.

– Ну, судя по наводке, она черная, хотя, может, это парик.

– Кенарь, но ведь на той тоже мог быть парик, – заметил Снегирь.

Моран обернулся к напарникам: