Король орков - Роберт Энтони Сальваторе

— Ты никогда не перестанешь меня удивлять, Вульфгар, — сказал Темигаст.

— Ты хорошо выглядишь, — искренне отметил Вульфгар.

Седые волосы на голове дворецкого немного поредели, но в остальном прошедшие годы пощадили Темигаста.

— А это?.. — спросил Темигаст, кивнув на Кэлси.

— Дочка Меральды.

— Ты с ума сошел? Вульфгар пожал плечами.

— Она должна быть с матерью, — сказал он.

— Этот вопрос был решен три года назад.

— Теперь пора его пересмотреть, — возразил Вульфгар.

Темигаст опустился на сиденье и задумчиво кивнул.

— Мне сказали, что леди Присцилла уехала отсюда, — заметил Вульфгар, и Темигаст не смог удержать улыбку — еще одно подтверждение тому, что Вульфгар правильно оценил дворецкого и тот ненавидел сестру правителя.

— К радости Аукни, — признал Темигаст.

Он закрепил поводья на сиденье и с неожиданной легкостью спустился с коляски, подошел к Вульфгару и протянул руки к Кэлси. Девочка сунула палец в рот и отвернулась, спрятав лицо на плече Вульфгара.

— Застенчивая, — произнес Темигаст. Кэлси украдкой взглянула на него, и дворецкий улыбнулся. — И у нее глаза матери.

— Это удивительный ребенок, и со временем она обязательно превратится в красивую женщину, — отметил Вульфгар. — Но она должна быть с матерью. Я не могу держать ее при себе. Я связан с землей, которая не подходит ребенку. Любому ребенку.

Темигаст окинул его долгим взглядом, очевидно не в силах решить, что он может предпринять.

— Я разделяю твое беспокойство, — сказал ему Вульфгар. — Я никогда не причинял зла леди Меральде и не имею таких намерений и сейчас.

— Но я присягал ее мужу.

— Надо быть законченным глупцом, чтобы отказаться от такого ребенка.

Темигаст помолчал.

— Все это довольно запутанно.

— Только потому, что леди Меральда до него любила другого человека, а Кэлси — живое тому напоминание.

— Кэлси, — повторил Темигаст, девочка еще раз взглянула на него, улыбнулась, и лицо дворецкого просияло. — Хорошее имя для хорошей девочки.

Переведя взгляд на Вульфгара, Темигаст снова стал серьезным.

— Что ты от меня хочешь? — негромко спросил он.

— Проведи нас к Меральде. Дай мне показать, какой красивой стала ее дочь. Она больше не захочет с ней разлучаться.

— А как быть с лордом Ферингалом?

— А стоит ли он твоей любви и преданности? Темигаст помедлил, обдумывая ответ:

— А как же Вульфгар?

Вульфгар пожал плечами, словно это было не важно. Учитывая его обязательства по отношению к Кэлси, это действительно было не важно.

— Если она захочет меня повесить, ей придется…

— Я не об этом, — перебил его Темигаст, кивнув на Кэлси.

Плечи Вульфгара опустились, и он тяжело вздохнул:

— Я знаю, что это правильно. Я знаю, что должен сделать, хоть этот шаг разобьет мне сердце. Но я надеюсь, что рана будет временной и все последующие месяцы и годы я стану утешаться мыслью, что поступил правильно, что дал Кэлси дом и шанс, принадлежащий ей по праву. Я не могу предоставить ей таких возможностей.

Кэлси смотрела на Темигаста и с обворожительной улыбкой следила за каждым его жестом.

— Ты твердо решил? Вульфгар выпрямился.

Темигаст оглянулся на замок Аук, на невысокое здание, где леди Меральда ухаживала за своими цветами.

— Я буду возвращаться этой же дорогой вскоре после заката солнца, — сказал он. — В пустой коляске. Возможно, я бы мог отвезти вас к ней, но после этого я устранюсь. Моя верность не принадлежит ни Вульфгару, ни даже Кэлси.

— Когда-нибудь это изменится, — сказал Вульфгар. — Я имею в виду, по отношению к Кэлси.

Девочка слишком очаровала Темигаста, чтобы он решился возражать.

Одной рукой Меральда легонько похлопала землю у основания стебля, а второй нежно коснулась гладких лепестков. Она знала: тюльпаны вот-вот расцветут, возможно даже сегодня ночью.

Меральда тихонько пела для них древнюю балладу о моряках и странниках, затерянных в волнах, как и ее первый возлюбленный, так и не вернувшийся из моря. Она не помнила все слова, но вряд ли это имело значение. Меральда мурлыкала, заполняя пробелы в стихах, и баллада звучала ничуть не хуже.

Но шлепок по камню прервал ее пение, и женщина резко выпрямилась и отпрянула, заметив над стеной концы лестницы. А потом всего в десяти футах от нее на садовую стену легла большая ладонь.

Нарушитель поднялся над краем стены, и женщина, отбросив с лица густые черные волосы, прищурила глаза.

— Кто ты? — твердо спросила она, снова отступив назад и не обратив внимания на его молчаливую просьбу соблюдать тишину. - Стража! — крикнула Меральда и хотела повернуться, чтобы убежать.

Но мужчина зашевелился, над стеной поднялась его вторая рука, и женщина замерла, словно превратилась в еще одно растение, крепко державшееся за землю корнями. Второй рукой мужчина поднял хорошенькую девочку.

— Вульфгар? — Меральда пошевелила губами, но дыхание у нее перехватило и голос пропал.

Он опустил девочку за ограждением, и Кэлси застенчиво отвернулась от Меральды. Вульфгар оперся обеими руками о стену и сам приземлился рядом с ребенком. Девочка обняла его ногу одной рукой, а вторую поднесла ко рту, все так же отворачиваясь.

— Вульфгар? — снова спросила Меральда.

— Па! — просительно воскликнула Кэлси и потянулась к Вульфгару обеими руками.

Он поднял ее, посадил к себе на бедро, а потом стянул с головы капюшон, открыв лицо.

— Леди Меральда, — произнес он.

— Ты не должен сюда приходить! — воскликнула Меральда, но выражение глаз противоречило ее словам, она не мигая смотрела на девочку, на свою дочь.

Вульфгар покачал головой:

— Я слишком долго отсутствовал.

— Мой муж не согласится.

— Это решать не ему и не мне, — возразил Вульфгар, и его спокойный уверенный голос приковал внимание Меральды. — Все дело в ней, в твоей дочери.

Меральда покачнулась, и Вульфгар почувствовал, что даже легчайший ветерок способен сбить ее с ног.

— Я пытался быть ей хорошим отцом, — объяснил он. — Я даже отыскал женщину, чтобы она стала ей матерью, но она погибла, убита орками. Но я знаю, что все это напрасно.

— Я никогда не просила…

— Этого требовали поступки твоего мужа, — напомнил ей Вульфгар, и она умолкла, снова обратив взгляд на застенчивую девочку, прятавшую лицо на сильном плече ее па.