Роман с феей - Сергей Фомичев

– Ладно. – Николай был доволен, что настоял на своём. – Зато у нас теперь есть адрес. Мы можем поехать и спросить его напрямик.

– Формальный адрес. И даже если он всё-таки там, просто спросить напрямик не получится. Надо серьёзно подготовиться к встрече. Подтянуть резервы, и всё такое. Тем не менее это ниточка. Как только закончим с Цветковым, попробуем за неё потянуть.

* * *

Похоже, Взломщик появлялась перед клиентами только в туннелях. Этот, в Альпах, оказался не слишком длинным, и хотя поезд шёл куда медленнее «ЕвроСтара», на долгий разговор времени не хватило бы. Взломщик, впрочем, и не собиралась затягивать. Она появилась всё в той же чёрной одежде, но на этот раз с небольшой (разумеется, чёрной) спортивной сумкой в руках, которую сразу же протянула Николаю.

– Здесь всё.

Он открыл сумку и вытащил стопку пластиковых полупрозрачных папок. Некоторые из них содержали всего по одному листу бумаги, другие едва вмещали собранные материалы.

– Фотографии с его встреч в Колумбии и Мексике, – прокомментировала Взломщик файлы, которые Николай просматривал в данный момент. – С наркобаронами и коррумпированными представителями местной власти. Некоторые из людей, что делали эти фото, погибли. Одному устроили катастрофу, второй вовсе пропал с концами, а фото оказались в сейфе клиента.

– Почему он их не уничтожил?

Девушка не ответила. Вопрос выходил за рамки её компетенции, а досужие разговоры она явно не приветствовала.

– На дисках бухгалтерия с движением средств, – продолжала Взломщик комментировать. – Там зашифрованы имена его контрагентов в разных странах. Ключ к шифру содержится в отдельном файле на первом диске.

– Хорошо, а что в коробочке?

– Образцы наркотиков. Несколько образцов кокаина, несколько героина. Есть и амфетамины, и прочая химия. Клиент не работал по одной теме, а предпочитал разнообразие. Это лишний риск залететь, но и гарантия того, что дело не рухнет в случае провала одной из цепочек.

– Как эти образцы могут помочь в моём деле? – спросил Николай.

– Ах да, – кивнула Взломщик. – На ампулах и пакетиках отпечатки пальцев клиента, а также несколько записей, сделанных им собственноручно.

– Отлично!

– Кстати говоря, американские феды пасут его уже третий год, – решила добавить Взломщик. – Но близко подобраться не могут. Тем более арестовать. У Дементьева свои люди в правительстве.

– В американском?

– Нет, в вашем. Но его хорошо прикрывают и за границей. Правда, развитые страны он предпочитает не посещать.

– Что-то ещё?

– Убийства. За ним числятся несколько трупов. За ним лично, я имею в виду. В том числе две молодые женщины и один ребёнок. Улик почти никаких, но мне удалось достать запись его ссоры с любовницей, где она его обвиняет в пролитой крови. Хотя, сказать по правде, крови там не пролилось ни капли. Все жертвы были задушены шёлковым шнуром.

– Шёлковым?

– Да.

– Хорошо, я доволен. В смысле, доволен проделанной вами работой.

– Это лишнее, – сказала девица, которая и без похвалы знала себе цену. – Возникнет нужда, вы знаете, как меня найти.

Поезд как раз выбрался из туннеля, и Взломщик, выскользнув из купе, исчезла.

…Только в фургоне Николай понял, что держит в руках настоящую бомбу, и покрылся испариной, осознав, по сколь тонкому лезвию он шагает и чем могло закончиться, если бы ему пришлось проходить паспортный контроль и таможню, как на международных скоростных линиях. Под бомбой подразумевалась не сенсация (хотя собранные Взломщиком документы тянули на отличное журналистское расследование), но прилагаемые к оной сенсации образцы товара, которые могут подвести под петлю самого Николая, заинтересуйся вдруг полицейские содержимым сумки. И вот теперь ему предстояло разъезжать с этой бомбой по всему миру, потому что и спрятать-то до поры компромат ему было некуда.

– Я уже и сам не против, чтобы его шлёпнули, – произнёс Николай, изучая материалы. – Редкостная сволочь, оказывается. А что, может быть, так и сделать? Нанять кого-нибудь из наших или из ваших. Я на эту тварь ещё одной монетки не пожалею. Да и сам, пожалуй, смог бы при случае нажать на курок.

– Пенсионер Цветков не согласится, – заметила Айви. – Он хочет уголовного процесса и приговора.

– Я всё же попробую уломать его.

Как предположила Айви, так, собственно, и вышло. Вернее сказать, так и не вышло. Николай показал Цветкову часть компромата, «сознался», что тот «слез с крючка и работает сам на себя», а потом предложил завалить ублюдка и в качестве демонстрации серьёзности своих намерений даже выложил перед пенсионером пистолет.

– Я очень рад, что вы осознали ошибку, кем бы и где бы вы там ни служили, – сказал Цветков. – Но негодяя должны судить народным судом.

– Бросьте, – отмахнулся Николай. – Вы как будто не знаете, какие у нас суды? Да и до суда дело не дойдёт скорее всего, потому что следственные органы у нас не лучше. От них он уйдёт! А если не от них, то из тюрьмы точно. А я предлагаю его грохнуть. И закрыть вопрос раз и навсегда. Слышали об эскадронах смерти? Считайте, что у нас есть такие же.

– В расправе нет смысла, как вы этого не понимаете? – возмутился Цветков. – Важно, чтобы восторжествовал закон!

Николай некоторое время разглядывал пенсионера, пытаясь понять, сколько в его позиции принципиальности, а сколько безумия. Ему вдруг стало интересно, а как справляются божества с безумными желаниями своих адептов? Не отсюда ли появились все кошмары мира? Сон разума рождает чудовищ? Похоже, это не только метафора.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Вы не желаете, чтобы ублюдок ушёл в ничто, не осознав, за что получил пулю. Я понимаю. Он должен почувствовать страх смерти, вспомнить все жертвы. Осознать неизбежность наказания и только тогда получить его. Верно? Но кажется, есть выход. Перед выстрелом я зачитаю ему приговор от, скажем, группы «Народное Возмездие». Перечислю все его грешки, предъявлю улики, а потом отправлю на разбирательство в небесные инстанции. Ну как вам такое?

Пенсионер, в свою очередь, посмотрел на него как на сумасшедшего, что само по себе выглядело занятно.

– Никак, – ответил он. – Поймите же. Смысл наказания не столько в мести, столько в острастке других. Справедливость – это не акт, справедливость – это система.

* * *

Сумку с компроматом на Дементьева пришлось спрятать в автоматической камере хранения. Не таскаться же с образцами наркотиков по всему миру? И уничтожать было рано. Амрун с Цветковым они пока не закрыли. По нужному адресу в Орегон выдвигались, как настоящая армия. Впереди шёл фургон, позади трещал мотоцикл с шелки. Наготове были боевые амры, артефакты, арбалеты с волшебными стрелами и автомат с пистолетом. Адрес, хоть и состоял из названия городка, улицы и номера дома, привёл к одиноко стоящему среди горного леса трейлеру. На съезде с асфальтированной дороги стоял почтовый ящик, а от линии электропередачи шёл отводок. Шелки рассыпались цепью (если можно применить такой термин к строю из трёх существ), окружая трейлер, Айви с Николаем шагнули ко входу.