Невеста ветра - Наталия Осояну

«Он что-то скрывает, — подумал Эрдан. — Интересно…»

— А тебе не приходило в голову, что на корабле естьшпион? — сказал он вслух. — Это, конечно, маловероятно…

— Это совершенно невозможно! — перебил Крейн. — Ты еще про песню-предсказание вспомни… нет-нет, молчи! Я даже слышать не хочу о том, что кто-то из команды способен на предательство! Уж скорее… — Магус опять замолчал, и во второй раз за ночь Эрдан увидел на лице своего ученика очень странное выражение — удивление пополам с растерянностью, — которое тотчас сменилось обычной усмешкой. Это обрадовало мастера-корабела — капитан определенно приходил в себя! — но вместе с тем и насторожило.

Получалось, что Кристобаль ему не доверяет.

— Ты сейчас подумал о чем-то важном, — проговорил Эрдан. — Не хочешь поделиться?

Магус скривился, словно говоря: «Важное? Шутишь…» — но потом неохотно сказал:

— Мне просто пришла в голову одна мысль. Ну, по поводу предательства. Кажется, я знаю, о чем она пела.

— О чем или о ком?

— И это тоже.

Теперь настал черед Эрдана растеряться.

— Что же ты собираешься делать?..

— Ничего, — ответил Крейн, улыбаясь. — Сейчас предателя на борту нет. А когда он появится, я буду готов… наверное.

Эрдан покачал головой.

— Надеюсь, ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь.

— Конечно… — Магус замер, прислушиваясь. — Джа-Джинни вернулся.

Он мог этого и не говорить — мгновением позже мастер-корабел и сам расслышал хлопанье огромных крыльев, скрежет когтей о палубу. Крылан вернулся? Но куда же он улетал?..

— Думаю, Джа-Джинни тоже вскоре наберется храбрости… или наглости?.. чтобы поговорить со мной об этой проклятой песне, — сказал магус и сокрушенно вздохнул. — Три тысячи кракенов! Надо было беседовать с певицей наедине, а я поторопился… Эсме правильно сказала — словно яду выпили, только не мы, а вы. Внушай теперь каждому, что бояться не надо…

— Ты в этом совершенно уверен?

— Да! — заявил Крейн тоном, не терпящим возражений. — Я внимательно слушал песню и запомнил слова. Там все сказано достаточно ясно… знать бы только, что за доброжелатель в черном плаще появился на моем пути? — Он тряхнул головой, словно отгоняя непрошеные мысли. — Но об этом можно подумать и завтра.

— Что ж, тогда я пошел, — сказал Эрдан, поднимаясь. — Рад, что ты в порядке.

Он направился к двери и у самого порога остановился, обернулся на оклик Кристобаля: «Постой!»

— Спасибо, что зашел, — негромко сказал магус.

Он все так же сидел за столом, опустив подбородок на сплетенные пальцы. Полумрак скрадывал те немногие перемены в его лице, произошедшие со дня их первой встречи, и казалось, что миновало совсем немного времени.

Хотя на самом деле прошло тридцать лет.

— Эй, старик! Где я могу найти мастера-корабела по имени Эрдан?

Старик…

Глубокие морщины у него появились лет в двадцать, а волосы поседели совсем недавно. Сорок девять лет — много, мало? Какая разница, сказал бы он еще нынче утром… но почему-то это обращение, прозвучавшее из уст незнакомого юнца, сильно разозлило бывшего мастера-корабела.

«Тебя, юноша, следовало бы научить уму-разуму…»

— А зачем он тебе сдался? — спокойно поинтересовался Эрдан, решив прежде разузнать, откуда взялся наглец, а уж потом преподать ему урок.

— Хочу попроситься в ученики, — с неохотой ответил парнишка. Его матрос остановился поодаль и, скучая, рассматривал дома. Эрдан пригляделся и заметил нечто странное в лице своего собеседника: через его лоб и щеку проходилаполоса незагорелой кожи, словно он недавно носил повязку на левом глазу. «Ох, Заступница! А сам-то глаз другого цвета…»

— Почему именно к Эрдану? Он вроде давно не у дел.

— Эге! — улыбнулся незнакомец. — Да ты, видать, не знаешь, с каким человеком в одном городе живешь! Он пятнадцать лет учил имперских капитанов, даже имел школу на Аламеде. Все знают, что он лучший…

Эрдан не сумел сдержать усмешку.

— Надо же… и что же этот господин делает здесь, в глухом захолустье? Отчего он не в своем богатом доме на Аламеде, окруженный учениками, детьми и внуками?

— Не знаю… — хмуро пробормотал парень, впервые заподозрив неладное. — Вот встречу его и спрошу. Так что, где его искать?

Злость Эрдана исчезла так же внезапно, как и появилась. Можно было прямо сейчас во всем признаться и расставить все по местам, но почему-то он продолжил играть и сказал:

— За городом ищи. Иди по дороге, пока не увидишь рощицу, а прямо за ней — его дом.

— Он один живет?

— А я почем знаю? — раздраженно ответил Эрдан, которому уже надоел этот разговор. — Один, не один… иди и сам проверь.

«Не один. Со мной живут мыши и целая толпа призраков».

Незнакомец чуть помедлил и неожиданно поклонился. Эрдан обомлел — неужто догадался? Но нет, это была всего лишь запоздалая вежливость: парнишка махнул рукой верзиле-матросу и пошел по пристани легкой танцующей походкой. «Вот загадка, — подумал бывший мастер-корабел. — Кто он такой? Откуда взялся?» Что-то в лице молодого моряка показалось ему смутно знакомым, но в те дни, когда и впрямь все навигаторы океана мечтали попасть в школу Эрдана, этот парень был еще ребенком. «Мне нет до него дела, кем бы он ни был…» Он провел на пристани весь день, позабыв обо всем; сидел, вертя в пальцах давно остывшую трубку, и наблюдал за кораблем. Цветные паруса встречались нечасто, и один лишь изумрудный оттенок увеличивал стоимость этого фрегата в разы. А если учесть, что пропорции его тела были идеальны да и сам он словно создан был по канону Сегэна, то сумма и вовсе получалась несусветная.

Истинное сокровище. И капитан его, неумеха-наглец… Солнце клонилось к закату, когда Эрдан отправился домой. Шел он медленно — больное колено ныло уже третий день, предвещая сильный шторм, — да торопиться и не следовало. Тому, кто его ждал, в первую очередь нужно было научиться терпению.

Миновав рощицу, Эрдан приостановился. Отсюда он мог беспрепятственно разглядывать окрестности, сам оставаясь незамеченным; что ж, ничего неожиданного не произошло. У порога его ветхой лачуги сидел давешний моряк — дремал, скрестив руки на груди и вытянув длинные ноги в потрепанных сапогах. Хромая, Эрдан приблизился, и в этот миг парнишка проснулся. Череда забавных гримас сменилась на его лице с быстротой мысли — изумление, осознание собственной ошибки, досада, виноватая улыбка, — с потом он вскочил и поклонился Эрдану во второй раз.

— Я не беру учеников, — сказал бывший корабел и проследовал в дом, захлопнув дверь перед самым носом растерявшегося моряка.