Наречённая ветра - Литта Лински

Нынешняя Эви была великолепна в пурпурном бархате с короной Райнаров на голове. Как и в день свадьбы, венец держался среди искусно уложенных кос, но теперь не казался чужеродным. Что ж, стоит признать очевидное: Эвинол Райнар за время своего отсутствия стала настоящей королевой.

— Эви, — он склонился к ее руке, которую ту нехотя протянула. — Нам надо поговорить.

— Для этого я вас и пригласила.

— И что же ты хотела мне сказать?

Пусть говорит первая, он еще успеет высказать претензии к ее властным амбициям.

— Помните, вы обещали мне что угодно, если я спасу Илирию и верну ветер?

— Помню, — Айлен насторожился. — И не отрекаюсь от своих слов. Чего же ты хочешь, Эвинол?

— Свободы! — в синих глазах вспыхнули искорки.

— Тебе разве не хватает свободы? — искренне удивился он.

— Я хочу свободы не только для себя, для нас обоих.

— Я не понимаю, о чем ты? — он действительно не понимал, к чему она клонит, но был уверен, что разъяснения ему не понравятся.

— О нашем фальшивом браке.

Айлен похолодел, такого он не ждал.

— Наш брак не фальшивый!

— Ну хорошо, назовем его политическим. На тот момент он казался единственным выходом. Ради пользы государства чужих по сути людей заставили соединить свои судьбы. Тогда это было необходимо и казалось правильным, но сейчас…

— Ты не была мне чужой, Эви! — воскликнул король, не желая слушать, что она скажет дальше. — Я любил тебя!

— Не любил, — тихо возразила Эвинол, отведя глаза. — Если бы любил, никогда не поступил бы так…

И что ей на это возразить? Как объяснить девочке, на что страсть может толкнуть мужчину? Айлен понимал, что спорить бесполезно, и лишь тихо сказал:

— Любил. И до сих пор люблю.

— Мне жаль, — после недолгого молчания проговорила Эви. — Но наш союз умер в тот же день, когда был заключен.

— Но мы можем все исправить! Можем попробовать! — он порывисто схватил ее руки. — Я клянусь…

— Айлен! — крикнула Эвинол, шарахнувшись от него.

Она смотрела на него с ненавистью и страхом, совсем как в ту ночь. Хлопнула балконная дверь, парусом взвилась штора. Не хватало еще, чтобы Эви опять прыгнула с балкона!

— Успокойся, Эвинол, — он отступил на пару шагов, примиряюще подняв руки. — Я не хотел тебя напугать. Давай поговорим спокойно. Я понимаю, что ты не дорожишь нашим браком, но я не намерен так легко от него отказываться.

— Но зачем он тебе, Айлен? Зачем тебе номинальная супруга, которую ты и видеть будешь лишь изредка, не говоря уже… обо всем остальном, — она смутилась. — Тебе нужна настоящая жена и наследники.

— Мне не нужна новая жена и дети от другой женщины. Мне нужна только ты!

— А ты хоть раз в жизни подумай не о себе, а об Илирии! — в запале она вновь позабыла о холодной вежливости.

— Может, тогда и тебе о ней подумать? — Айлен тоже дал волю злости. — Вместо того, чтобы сбегать неизвестно куда от своих подданных и законного мужа.

— Вы подпишете бумаги о признании нашего брака недействительным?

— Ни за что!

— Подпишет, — раздался мужской голос у него за спиной.

Айлен вздрогнул от неожиданности, резко обернулся и уперся взглядом в высокого длинноволосого юношу, непонятно каким образом оказавшегося в покоях Эвинол.

— Кто вы и что делаете в комнатах королевы? — возмущенно воскликнул он.

— Попробуй догадаться, — мерзавец нагло ухмылялся.

Король собрался вызвать стражу, но медлил. Что-то в облике незнакомца смущало его. Айлен пристально всмотрелся в самозванца. Слишком высок и красив, но в целом… И тут он заметил, что глаза незнакомца меняют цвет. Мгновение назад они были голубыми, а теперь казались лиловыми, еще через миг — засверкали радугой.

— Кто ты?! — король повторил свой вопрос, на этот раз голос предательски дрожал.

— Это — западный ветер, Айлен, — Эви случайно или намеренно встала между мужчинами. — Инослейв, я же говорила, что сама улажу это дело, — с упреком обратилась она к юноше.

— Я вижу, как у тебя это получается, — хмыкнул тот, кого назвали Инослейвом.

— Ты действительно ветер? — Айлен понимал, что это единственное разумное объяснение, но отказывался верить.

— Представь себе.

— Так это ты забрал Эвинол? — недоверие и страх отступили перед внезапно нахлынувшей ненавистью.

— Я. И заберу ее снова, как только ты подпишешь бумаги, освобождающие ее.

— Я ничего не подпишу! Никогда! Никто не заставит меня отказаться от собственной жены! — гневно воскликнул король.

— Айлен, не глупи, позови юстициара, — тихо попросила Эви.

— Я этого не сделаю.

— Что ж, уважаю твою принципиальность, — ветер явно издевался. — Не хочешь расторгать брак — не надо. Но в таком случае приготовься к тому, что в самое ближайшее время ты, случайно оступившись, свалишься с балкона или на тебя упадет статуя.

— Инослейв! — возмутилась Эвинол.

— Статуя? Так это ты убил Шанари?!

Мог бы и раньше догадаться, кто за этим стоит. Впрочем, сейчас королю не было дела до покойного канцлера. Теперь ветер угрожал ему самому. И глядя в эти нечеловеческие глаза, созерцая бездушную улыбку, с которой тот кидал угрозы, можно было не сомневаться — ветер убьет его без малейших раздумий.

— Но зачем тебе это? — в отчаянии спросил Айлен.

— Неужели ты так и не понял? — Инослейв выглядел удивленным. — Эвинол должна избавиться от оков постылого брака и вернуть себе свободу, чтобы стать моей женой.

— Твоей женой?! Но это бред! Человеческая женщина не может стать женой ветра!

— Может, если этого хочет ветер. И если она хочет того же. Кроме того, Эви уже не совсем человек, она — светлая богиня. Идеальная пара для ветра, не находишь?

— Это не может быть правдой!

— Но это и есть правда, — теперь Инослейв был серьезен. — И то, что ты не хочешь принять ее, ничего не меняет. Эви — моя, она была предназначена мне с самого начала. Ваш брак — досадная нелепость. Я считаю его пустой формальностью, человеческие законы ничего для меня не значат. В отличие от желаний Эвинол. А она хочет получить свободу по всем правилам. Или ты дашь ей эту свободу, или умрешь. Выбирай.

Они оба знали, что он выберет. По сути, выбора у него не было. Отпусти любимую женщину, отдай ее другому — или умри. Отказываться от Эви было мучительно, но это лучше, чем утратить власть и жизнь.

Король вызвал юстициара и подписал бумаги, признававшие их союз недействительным на основании близкого родства. Эвинол даже не пришлось трудиться, выдумывая причины незаконности брака. Как-никак она была его кузиной.