Отставник - Николай Дронт

Холодное вьюжное зимнее утро в горах. Я в шинели поверх гарнизонного мундира стою на крыше башни и встречаю первые лучи солнца. Вместо секунд-майорских знаков различия на мундире стоит баронская корона. В принципе правильно, от армейского звания отказался, а в баронстве и гарнизоне я главный начальник. Теперь требую обращения по баронскому титулу.

На Военном Совете гарнизона объявил о новых реалиях, об опале и отставке. Получил вежливое сочувствие и осознание, что всем на опалу плевать. Жалование платят? Нормально! А опала… Как Его Величество прогневался и прогнал, так успокоится и вернёт. Не я первый, не я последний. До богов высоко, до короля далеко, в крайнем случае, проживём и своею головою. Похоже, даже для местных офицеров король некая абстракция, а я вот он, рядом, живой и здоровый.

На следующее утро, сразу после отставки, приехала Микаэла вместе с родителями. С ними вместе коммерции советник Федул Латер с супругой. Тесть, тёща и супруги Латеры побывали на молебне в Храме. Только они и выжили из всех присутствующих. Остались живы тем, что специально встали у камня, установленного мною. Ранее даже толику денег церковникам за то приплатили. Приехали меня благодарить за чудесное спасение. Конкретно благодарить хотят Храмом около озера. Если, конечно, будет на то моё благоволение. Отказать, понятно, нельзя.

В столице прошли похороны погибших от Ангела. Весь пепел, без разделения сословий развеют над морем. На эту тему многие ропщут, но как опознать останки никто не знает. Ведь не только одежда сгорела, даже металл расплавился, а драгоценные камни рассыпались. Как точно узнать в какой кучке праха, кто лежит?

На похороны прибыли священники из неприсутствовавших на молебне и представители заграничных епархий. Осмотрели Храм и сказали, что переосвящать не надо. Наоборот, божественных сил в нём стало больше. Однако не все прихожане возрадовались, часть собравшихся на площади… большая часть… почти все… кидали в священников грязь и каменья, а дворяне заранее закупили много тухлых яиц и дохлых кошек, потому метали их. Такой скандал приключился! Если бы не солдатики в оцеплении, то, видать, побили бы церковников.

Говорят, собирается Поместный Собор. Будут выбирать первого среди церковных иерархов и обсуждать вызов Ангела. Чтобы немного вернуть авторитет, церковники хотят просить королевскую чету присутствовать на Соборе.

Мне пришло много писем, и они ещё идут. Большей частью из столицы, но есть и из других мест. Странно конечно, но дворяне выражают поддержку и сочувствие. Что-то тут не понимаю, многих фамилий я даже не слышал.

Мама ругает от лица государыни – дескать, мог бы не таиться, а попросить и при всех одеть амулет на наследника, небось, не отказали бы. И знаки различия зря на стол положил, Его Величество ещё больше прогневался.

Лаура прислала записку, восклицает "что за дела?", но ответа не просит, собирается сама выяснить у отца. Барон Мостой лично написал письмо, предлагает дружить баронствами и зовёт в гости. Леонард, Главный Артефактор Гильдии, прислал пару серьёзных гримуаров и оборудование для зала заклинаний, намекает на Омоложение.

Сам я отдыхаю и учусь. Первый раз за долгое время появилась возможность распоряжаться собой.

Первый солнечный луч пробился сквозь туман, ради этой красоты я и стою здесь. Никуда не спешу, никому не должен. Тихий свободен!