Залес. Противостояние - Салли Эверс

— Я голоден, как волк, — усмехнулся он и Наяда перестала волноваться за друга, колючий комок в горле прошел.

На пороге таверны девушка задержала Вулхи около входа, доставая из его кармана монеты.

— Я пойду одна, так будет лучше.

С того момента, как мужчина узнал о ее способностях, он больше не спорил, остаток дороги Наяда говорила ему о том, что ищут троих беглецов, двух мужчин и женщину, лучше будет, если кого-то одного фигурировать в таверне не будет. Так как язык подвешен именно у Наяды, она решила, что сможет быстро выведать местные слухи, запастить провиантом и остаться незамеченной, очередной путешественницей или проезжей торговкой.

Вулхи отрывисто кивнул и отступил в тень.

— Если что-то случится…, — он не смог договорить.

— Я повзрываю кишки всем разом, — усмехнулась девушка. — Все в порядке, не переживай за меня.

Она юркнула внутрь, с порога поймав наслаждение от легкой прохлады, ночные заморозки и соленый воздух делали ее нервной, постоянный ветер окончательно испортил кожу на лице и руках, как бы ни мечтала Наяда увидеть море, жить около него она передумала. Раздражительности она целиком обязана местному климату.

— Приветствуем вас в Серебряной пене, детка! — Из-за стойки ей улыбалось заветренное небритое лицо. — Если есть деньжата, у нас вам будет уютно.

Наяда скинула капюшон, перевоплощаясь в совершенно другого человека, она чуть сгорбилась, нахмурила лоб, чтобы проступили мелкие морщинки.

— Добра тебе, хозяин. Мой муж сторожит товар, мы это, на рынок его везем, подзаработать то каждому охота. Нам бы чутка провианта, — она положила на стойку пару золотых монет, улыбаясь во весь рот.

— Правда? И куда направляетесь?

— В Криан, муженек с дорогой напутал, дурень, представляете, сделали лишний крюк, — девушка нервно почесала голову, оглядываясь вокруг. — Так чем можете помочь заплутавшим торговцам?

Наяда быстро осмотрела тесный зал, отметив под собой скрипучие деревянные половицы и плотно зашторенные окна.

— У нас за порог ничего не выходит, детка, не волнуйся, — хозяин таверны подмигнул ей и ушел в кладовку.

Каменные стены создавали в помещении благостную прохладу, отделяя посетителей от знойной жары снаружи. Девушка обернулась, любопытно разглядывая обитателей Серебряной пены. Всего несколько человек, из шести имеющихся столов, занято всего два, за одним шумная компания из четырех приятелей, жадно посасывают местное пиво и о чем-то спорят. За вторым, угрюмый мужчина, отвернулся ото всех полубоком, на его столе пусто.

Обшарпанная стойка не внушала доверия, но девушка устало облокотилась на нее, приглядываясь к четверым приятелям.

— Эй! — Она махнула им рукой. — Что слышно в последнее время?

Один из мужчин посмотрел в ее сторону, весьма оценивающе и сплюнув на пол, отвернулся. Наяда вздрогнула, стараясь не давать волю гневу.

Вернувшийся хозяин поманил ее пальцем к себе через стойку, предлагая кружку пива.

— Нет-нет, благодарю, мне бы провианта.

— Да ты попробуй вначале, попробуй, — пробасил он, притягивая девушку к себе за воротник. — Улыбайся и не вздумай смотреть по сторонам, — зашептал он, все еще удерживая ее за ворот. — Берите, что сможете унести и проваливайте как можно быстрее.

— Что вы себе позволяете, — зарычала в ответ Наяда.

Хозяин незаметно подсунул ей листовку вместе с пивом и услужливо улыбнулся. Наяда едва не поперхнулась, глядя на свое изображение.

— Очень вкусно, — неуверенно выдавила из себя девушка, меняясь в лице. — Спасибо.

— Человек в углу, не оборачивайся, он тебя ищет. И обязательно пойдет следом, как только ты выйдешь. Забирай своих дружков и бегите. И деньги забери, вам столько припасов не унести, — он протянул монеты.

— Пиво сначала допью.

Наяда поднесла кружку ко рту, неторопливо проглатывая горьковатый напиток, хозяин таверны пожал плечами и вернулся к своим делам, потеряв к девушке видимый интерес, пару раз он незаметно обернулся и подмигнул ей, приоткрыв ящик с крупами и показав пистолет. Он оказался не так слеп к жизни, как она пару месяцев назад.

Стараясь не смотреть в сторону одинокого посетителя таверны, девушка делала один глоток за другим, судорожно соображая, как теперь быть. Можно успеть добежать до Мардара и попытаться уйти обратно в лес, затаиться на время или как можно быстрее добраться до острова. Был еще один вариант, прибегать к которому девушке откровенно не хотелось, однако меньше часа назад она хвасталась Вулхи способностями, которые смогут защитить их, пасовать поздно.

Допив, она аккуратно водрузила кружку на стойку, еще раз поблагодарив хозяина.

— Уютно у вас тут, — усмехнулась она. — Но пора выдвигаться.

— Заходите на обратном пути.

— Непременно, — девушка поднялась со стула, слишком медленно, рассчитывая каждое движение.

Некоторые поступки в жизни даются крайне сложно, заставляют переступить через себя, забыть о человечности. Иногда люди поступают так из любви к другим людям, иногда из корысти или ревности. Бывает так что, переступив через себя однажды, больше не можешь стать прежним, вернуться к привычному состоянию в душе и теле, постепенно начиная гнить под грузом совершенного.

Наяда развернулась, чтобы лучше видеть противника, нависшую угрозу над ней и ее друзьями, она попросту не могла дать слабину сейчас и подвергнуть их еще большей опасности. Обращаясь в чертоги своего нутра, призывая на помощь смертоносную силу, девушка пыталась найти утешение в обращении к богам. Она не умела молиться, не знала богов, все ее просьбы сводились к одному: не потерять то слабое и человеческое, что еще в ней осталось.

Щупальца поползли по деревянному полу, мимо столов и стульев, пролезая сквозь любые помехи, Наяда широко раскрыла глаза, убивая, она хочет видеть то, что сотворит.

Человек за столом громко кашлянул, хватаясь за горло, он успел ругнуться и почти сразу стал задыхаться, невидимый враг душил, пробравшись внутрь его тела. Наяда сжала ладонь в кулак, щупальца сомкнулись на сердце и желудке мужчины, разрывая органы, поддерживающие в нем жизнь, из его рта закапала бордовая струйка.

Четверо постояльцев повскакивали со своих мест, испуганно пялясь на беднягу, хозяин таверны со всех ног бежал к нему, но ударился о невидимую преграду и осел. Наяда, улучив момент, перепрыгнула через стойку, схватила припрятанный пистолет и кинулась к выходу, покидая таверну, она знала, незнакомец, желавший им зла, еще жив, он сплевывает последние остатки жизни, его глаза закатываются, через пару мгновений он окончательно умрет.

Наяда спрятала пистолет в сумку, на улице подхватила побледневшего Вулхи и оба побежали, не сговариваясь. Опасность витала в воздухе с самого первого дня их незамысловатого побега, иногда становясь слабее, иногда обостряясь, все трое беглецов научились различать это состояние по воздуху, никогда не ошибаясь. Ошибка стоит жизни, у них нет права оплошать. Они понимали, что их будут преследовать, часто строили догадки, кого именно пошлют по их следам, но ни разу опасность не настигала так внезапно и близко. Наяда не была уверена в правдивости словах хозяина, ей хватило предположения, чтобы защищаться.