Злой - Владислав Выставной

Напарники протиснулись в разрыв, сделанный услужливым монстром. Тварь, разорванная пополам выстрелом из гранатомета, напоминала гигантского семиметрового скорпиона с длинным и острым, как рапира, шипом на конце загнутого сегментарного хвоста. Впрочем, друзьям было не до детального осмотра: они выбрались в какой-то дымный клубящийся смрад и долго не могли понять, что происходит. Вокруг все ревело, грохотало, рычало и издыхало. Однако им удалось добраться до какого-то бетонного угла, где можно было отсидеться и сориентироваться в происходящем.

Они озирались — и не видели ничего, кроме клубов красноватого дыма и всполохов взрывов. Явственно доносились пулеметные очереди, низко ухала автоматическая пушка.

Злой прислушался к «внутреннему радару». Теперь он ощущал объем. Точно — он ощущал огромный объем этого помещения, наполненного яростной, агрессивной жизнью. И в то же время — смертью. Впрочем, что странного в том, что жизнь всегда соседствует со смертью?

— Где мы? — прокричал Шон. — Я потерял счет уровням, когда к нам полезла эта тварь!

— Не знаю наверняка, — отозвался Злой. Ткнул пальцем вверх. — Но, по-моему, это купол.

Шон поднял голову, всмотрелся в дымную темноту.

— Купол «Андромеды»? — проговорил он. — Выходит, мы и впрямь на поверхности…

Особой радости в его голосе, впрочем, не было. Да и понятно почему: Злой прекрасно помнил толщину здешних бетонных стен. И даже если системы безопасности действительно вышли из строя, выбраться отсюда — более чем серьезная задача.

А вокруг творилось нечто невообразимое. Всполохи отдаленных вспышек явно усилились, вокруг загрохотало со все нарастающей частотой.

— Вот черт! — заорал Шон. — Совсем забыл!

Из кармана своего «трофейного» форменного жилета, с которым он не расстался даже после истории с трупами, напарник выдернул гарнитуру рации.

— Сейчас… — пробормотал он, прилаживая гарнитуру у виска. — Есть! Есть сигнал!

Шон оскалился, показал Злому оттопыренный большой палец: все, мол, в порядке! Впрочем, через несколько секунд на его лице отразилось недоумение.

— Ничего не понимаю, — пробормотал он. — Всем, кто меня слышит! Отзовитесь! Прием! Что за…

Он сдернул гарнитуру, протянул Злому:

— Ты хоть что-нибудь понимаешь?

Злой нацепил рацию, коснулся датчика приема, и до слуха донеслись короткие обрывки монотонных фраз:

— Цель… Цель выбрана… Цель поражена… Повреждение… Маневр… Выполняю команду… Седьмой в атаке… Взвод «три» уничтожен, синхронизируюсь со взводом «пять»…

— Похоже на голос автомата…

— Это я понял, — сердито отозвался Шон. — Но почему не отвечают люди?

— Сейчас узнаем! — пообещал Злой, осматриваясь.

Он успел успокоиться и сосредоточиться, его странные чувства вновь обострились, а мысленному взгляду предстала туманная, но вполне внятная картинка.

Напарники находились на плоскости, прикрытой огромной полусферой. В центре ее торчала толстая вертикальная труба, выходящая из недр и обрывающаяся на высоте двух третей купола. Труба переходила в широкую площадку. Ниже от трубы в разные стороны разбегались многочисленные переходы самого разного вида и, очевидно, назначения. И сейчас на всех этих переходах, во всех «ячейках», на которые поделена нижняя плоскость, шла яростная битва. Пока непонятно — кого и с кем именно. Зато теперь был виден более-менее безопасный путь.

— Нужно выбираться с этого уровня, — сказал Злой. — Здесь мы не прорвемся — кругом бетон и какая-то серьезная возня. Но можно пробраться по эстакадам к верхней площадке, а с нее — на вершину купола.

— На вершину? — изумленно повторил Шон. — И что дальше? Там высота метров триста!

— Другого пути нет, — Злой пожал плечами. — И кстати — сюда уже идут…

В действительности сюда не шли — ломились, с ревом и грохотом, словно падал огромный реактивный лайнер. Из-за большого бетонного куба выскочило несколько длинных гибких силуэтов — и шумно пронеслись мимо, то и дело замирая на секунду-две, будто огрызаясь куда-то назад. Один из силуэтов задержался подольше — и стал вдруг увеличиваться в размерах, приближаясь.

— О, черт! — пробормотал Шон, отчаянно щелкая спусковым крючком гранатомета. — Гранаты закончились!

Злой припал на одно колено и разрядил обойму в силуэт. Рядом отгрохотала и захлебнулась штурмовая винтовка Шона. Проклятая тварь словно и не заметила всех этих усилий — из темноты в бледный отблеск далекого прожектора выплыла огромная жуткая морда. Непонятно, что здесь взял за основу свирепый мутаген, но эта двухметровая пасть могла бы принадлежать и тираннозавру, и какому-то исполинскому хищному насекомому. Мощные жвалы дрожали от нетерпения, в глубине рта отблескивали ряды острых зубов, блестя пузырящейся слюной. Чудовище надвигалось, а между мощных когтистых лап зашныряли зубастые твари поменьше — словно рыбки-лоцманы у белой акулы.