Стальные сны - Глен Кук

– Если она сдвинется с места, убейте ее. – Радиша налетела на Рама: – Ты. Встань сейчас же.

Верный Рам будто не слышал. Он посмотрел на меня. Я кивнула ему. Он встал. Радиша схватила у стражника факел, протянула его Раму и поводила факелом вокруг него, принюхиваясь. Вдоволь нанюхавшись, она наконец произнесла с некоторым облегчением:

– Садись. Ты и вправду тот, за кого себя выдаешь. А вот женщина... Кто она?

Для Рама это было чересчур загадочно. Ему нужно было обдумать это. Он снова посмотрел на меня. Я кивнула. А он ответил:

– Она ведь сказала вам.

Радиша посмотрела на меня:

– Чем вы докажете, что вы – Госпожа?

– А чем вы докажете, что вы – Радиша Драх?

– Мне это не нужно. Под меня никто не маскируется.

Я поняла, в чем дело.

– Ах, значит, это она! Ей все нипочем. Так она явилась сюда и выдала себя за меня, да? И что она делала?

Радиша задумалась.

– На сей раз я вам верю. – Страже: – Вы свободны. – Когда стражники ушли, Радиша продолжила:

– Не очень много. Главным образом играла моим братом. Она здесь оставалась недолго. Затем некто по имени Ревун захватил ее в плен и утащил. Полагая, что она – это вы, как считает Костоправ.

– Ха! Так ей, суке, и надо… Кто, вы сказали?

– Костоправ. Ваш Капитан. Она привела его с собой, и тот выглядел в точности вот как он. – И она указала на Рама.

Сердце мое замерло, отказываясь верить тому, что слышали уши. Очень тихо, чувствуя, что оно вот-вот разорвется, я спросила ее:

– А его Ревун тоже забрал? Где он?

– Он и мой брат отправились искать вас. Предварительно переодевшись. Он сказал, что, как только она освободится от Ревуна и Длиннотени, пустится в погоню за ним.

Мое сознание отказывалось верить этому, я стала думать о воронах. Теперь я знала, почему за нами никто не следил до того момента, когда мы уже почти добрались до крепости. Она была в плену у врагов.

– Он отправился в Дежагор?

– Это я так думаю. С ним отправился и этот дурачок, мой братец.

– А я приехала сюда.

Я захохотала как сумасшедшая. Сердце немножко отпустило.

– Я была бы очень признательна, если бы все удалились. Мне нужно побыть одной. Радиша кивнула:

– Понимаю. А вы, двое, пойдемте со мной.

Нарайян поднялся, но Рам даже не колыхнулся. Я спросила его:

– Ты подождешь меня снаружи, Рам? Недоле?

– Хорошо, Госпожа. – И он вышел вместе с другими. Держу пари, он отошел от двери не дальше чем на пару шагов. Перед уходом Нарайян пустился объяснять Радише, что мне требуется врач.

* * *

Ярость и отчаяние улеглись. Я успокоилась и, кажется, поняла, в чем дело. Костоправ был сражен случайной стрелой. В суматохе его тело исчезло. Но теперь мне известно, что он в конце концов не умер. И мне кажется, я знаю, чья это была стрела. Моей драгоценной сестрицы. Просто чтобы свести со мной счеты из-за того, что я не дала ей стащить меня с трона, когда правила своей империей.

Мне-то ее методы знакомы. И у меня были свидетельства того, что она опять оказалась на свободе. Она и дальше будет держать нас врозь, чтобы шантажировать меня им.

Значит, она опять цела и невредима. И могла действовать, как ей заблагорассудится. Она уступала лишь мне, когда я была в расцвете сил.

Я была близка к отчаянию.

Без стука вошла Радиша. С ней была крошечная женщина в розовом сари. Радиша представила ее:

– Доктор Дарханандар. Она из семьи врачей. Она мой личный врач. Лучше ее никого нет. Даже ее коллеги-мужчины считают ее высочайшим авторитетом в медицине.

Я рассказала женщине о симптомах своей болезни. Она выслушала меня и кивнула. Когда я закончила, она сказала:

– Вам придется раздеться. Мне кажется, я знаю, в чем дело, но мне следует вас осмотреть.

Радиша подошла к двери подвала, закрыв полой одежды смотровое отверстие.

– Я повернусь спиной, если того требует ваша стеснительность.

– Какая еще стеснительность? – Я разделась. На самом деле я смущалась. Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь видел меня в таком безобразном виде.

Несколько минут врач осматривала меня:

– Так я и думала.

– Что у меня?

– А вы не знаете?

– Если б знала, приняла бы меры. Мне вовсе не хочется болеть.

Правда, меня не так уже мучили кошмары после посвящения. Я могла теперь спать.

– Вам придется еще какое-то время потерпеть это. – Глаза ее весело искрились. Черт возьми, милосердия в ней хоть отбавляй. – Это беременность.