Рожденная чародейкой - Дэвид Фарланд

– По-моему, нам нужна артиллерия, – говорил Скалбейн. – Поставим баллисты к югу от скалы и будем стрелять в опустошителей, пока не отступят. Потом пошлем на утесы Властителей Рун – по приставным лестницам.

Габорн спокойно отвечал:

– Я уже говорил вам: артиллерия не поможет.

– Еще как поможет! – возразил Скалбейн.

– Король прав, – вставил Джеримас. – Опустошители будут швырять камни обратно в нас. Так до них не добраться.

– Есть другой способ, – сказала королева Хейрин. – А что, если мы построим большие осадные башни и атакуем с подветренной стороны? С сильными лошадьми башни передвигаются быстро. И на нашей стороне будет неожиданность.

Габорн уныло покачал головой.

– Земля не велит этого делать.

И так он отвечал на каждый предлагаемый план. Земля не разрешала им действовать.

«Вызвал бы землетрясение, – думала Аверан, – как в Каррисе. И я посмотрела бы, как катятся со скалы опустошители, как обваливается и сама скала».

Но Габорн не собирался больше вызывать ни землетрясений, ни мировых червей. Даже плана атаки не мог предложить. Земля твердила одно: нет.

Подняв глаза, Аверан обнаружила, что Габорн смотрит на нее, словно надеясь на ее помощь. Девочка наклонилась, обхватила голову руками. Голова ее готова была вот-вот треснуть. Разум был переполнен чужими воспоминаниями, но те все продолжали являться. И чувствовала Аверан себя так, словно объелась на пиру и съеденное уже лезло из нее обратно.

Внезапно ей явилось видение гнезда Клана Хрупкого Камня, пещера, где было жарко от подземной магмы и где вылупился из своего яйца Смотритель. Вместе с ним она выгрызла себе путь наружу из кожистого мешка и выбралась из него, чтобы тут же на нее, еще уставшую от столь тяжкой работы, набросились вылупившиеся первыми братья и сестры.

Смотритель прогнал сестру и, когда та убегала, оторвал ей заднюю ногу. Лучше бы он ее убил и наелся! Но и ноги хватило, чтобы впервые познать вкус живой плоти, а костью от нее он быстро приспособился убивать свежевылупившихся малышей. Для сытости он выгрызал железы у них под мышками, а мозги поедал для мудрости, так что очень скоро стал самым сильным и умным в гнезде.

Воспоминания Смотрителя были хоть и отрывочны, но ужасны. Ей вспомнилось еще одно происшествие – как опустошители спешно строили из огромных камней трубопровод для магмы, чтобы та, поднимаясь вверх, подогревала подземное озеро.

Разговоры вдруг прервались. Возле рухнувшего дуба позади собравшихся послышались сильный визг и звук удара посохом. Там капитан Габорна все еще занимался с вильде. Он показал ей, как Властители Рун с помощью посоха перепрыгивают через голову противника. И сейчас учил вращать посохом, отражая нападение сразу нескольких врагов. Зеленая женщина без всяких даров силы достойно противостояла всем его искусным приемам.

И тут наконец на совете высказана была здравая мысль. Принадлежала она Джеримасу.

– Так можно говорить бесконечно. Какой бы план мы ни выдвинули, Габорн заявляет, что Земля это запрещает. А мы уверены, что вообще надо сбрасывать опустошителей с этой скалы?

– О чем это вы? – басом вопросил Скалбейн. Рыцарь-великан, сидя на камне, точил свой боевой топор. Он повернул голову к Джеримасу.

– Я говорю о том, – сказал Джеримас, – что, по словам Аверан, опустошители умирают от жажды. Им все равно придется слезть со скалы и идти за питьевой водой – скорее всего, за той, которую они оставили в Каррисе. Может, потому Земля и предостерегает нас против атаки.

– Именно так, – кивнула королева Хейрин. – Я бы их там, на скале, и оставила, пока не высохнут, как вяленое мясо.

– Мы не можем ждать, – сказал Габорн. – У меня есть заботы поважнее, чем Каррис. Мне нужен Пролагатель Путей.

– Да они ни за что на свете не пойдут обратно в Каррис, – вступила в разговор Аверан. – В горах ночью было слишком холодно. Они побоятся.

– Погода изменилась, – заметил Скалбейн. – Нынче ночью холода не будет.

– Опустошители этого не знают, – сказала Аверан, – Погода для них – загадка. Они не понимают, откуда что берется.

Старик Джеримас сказал:

– Если опустошители дойдут до крайности, они могут, сойдя со скалы, всем скопом броситься на нас. Надо оставить для них открытый путь, куда их не страшно выпустить.

– Согласен, – кивнул Габорн. – Мы откроем им путь на юг – на время. – В чащобах на юге Мистаррии практически никто не жил. Была там большая крепость, Башня Хаберд, но опустошители ее уже разрушили. – Но мне по-прежнему хотелось бы знать, как можно согнать их со скалы.

Аверан подняла взгляд. На нее с ожиданием смотрели все. Но девочка покачала головой.

– Я не знаю. Не понимаю, чем они там вообще занимаются. Как построить Руну Опустошения, знала только Великая Воительница.

– Они очень быстро учатся, – сказал Габорн. – Возможно, новая предводительница вполне уверена в своих силах.

– Я скажу тебе, что может согнать их со скалы, – обратился к Аверан Скалбейн. – Страх. Нужно, чтобы им было страшнее оставаться там, чем слезть. Чего они боятся в своем Подземном Мире?

Аверан перебрала в уме все, что могла в этот момент припомнить. Боялись они многого. Девочка вспомнила одного опустошителя, который наступил на некое существо, зарывшееся в землю. У существа был длинный и тонкий хвост. Этот хвост вонзился в ногу опустошителя, и существо немедленно отложило в нее яйца.

Великая Воительница пыталась их выжечь потом с помощью чар, но ранка была глубокая, и яйца попали в кровь. Внутри бедняги-опустошителя вскоре завелись тысячи паразитов, и он скончался.

В Подземном Мире были и еще твари, которых опустошители боялись или уважали.

Но больше всего они боялись кое-чего другого.

– Это дым.

– Ну, конечно, – сказал Скалбейн. – Дым в замкнутом туннеле. Опустошителей он задушит так же быстро, как и людей.

Габорн покачал головой.

– Каррис горел, однако опустошители не убегали. Они боятся дыма, но не настолько.

Перед внутренним взором Аверан ни с того ни с сего опять возник Смотритель. Он возился с паучьими яйцами, переворачивая их с боку на бок, чтобы не застаивались. Улучив момент, когда рядом не было сородичей, он затолкал одно яйцо в рот.

Тут на помощь девочке неожиданно пришел Биннесман.

– Лорды, леди, – сказал чародей, – боюсь, с моей подопечной пока довольно.

Он взял Аверан за руку и повел ее прочь.

– В чем дело, Биннесман? – удивленно спросил Габорн.

Чародей остановился и стукнул по земле посохом.

– Вы слишком многого хотите от девочки. Она не воин и не советник. Она – Охранительница Земли. И настало время ей получить первый урок.