Огненный шторм - Анна Гурова

– Что ты делаешь, глупая девочка?! – ужаснулась Лигейя.

– Ибо Вальтер – настоящее зло! Он, а вовсе не Мондрагон! Мондрагон был мелкой злобной душонкой, большой в нем была только ненависть к миру и любовь к себе. Он был рабом огня, и Бездна поглотила его…

Аличе опустила меч, отдала его обратно опешившему Вилли и добавила:

– А Вальтер прекрасно понимает, что творит. Он мог бы остановиться, но не сделает этого, потому что не хочет… И еще, Вальтер – лжец. Постоянно болтал о том, что все его жестокости – ради блага семьи. Вот я вернусь и докажу…

Лигейя безнадежно махнула рукой.

– Что ж, ты в своем праве! Ты принесла обет – попытайся его выполнить… Надеюсь, твои святые покровители не оставят тебя без защиты.

– Летите, летите, барышня! – подхватил Вилли. – Уж больше не увидимся! Я господину передам, когда проснется, как вы посолились, сметанкой обмазались, и зверю в пасть сами засунулись.

– Ха! Это мы еще посмотрим! – с вызовом отозвалась Аличе. – Отец все алхимические секреты в Молино разведал. Я буду искать людей с черной кровью, и Фьямма попробует запустить превращение…

– А драконьеры? – спросил Вилли.

– Ах да, драконьеры… Эй, лысый, у тебя еще осталось железное вино?

– Какое такое вино?

– Давай сюда! Я не верю, что ты потратил все.

Рука Вилли потянулась к фляге на поясе.

– Там уже почти ничего не осталось!

– Ну, не вредничай, мне же всего один глоточек…

Вендел с крайней неохотой отдал девушке флягу, и тут же пожалел об этом – Аличе, запрокинув голову, допила все до капли.

– А мне?! – взвыл Вилли.

– Тебе незачем. Зачем мне еще один дракон, способный меня убить?

Вилли принялся причитать и жаловаться на женское коварство – впрочем, не особенно горько. Железного вина он, конечно, уже отведал…

Аличе, не слушая его, долгим взглядом смотрела на Грега. Он сейчас все равно что мертв. И будет таким для нее, пока не сдохнет Вальтер!

Умом она понимала, что они расстаются надолго, может, даже навсегда, но сердцем чувствовала, что ее обет был правильным. А теперь – скорее прочь отсюда, пока взгляд не застлали слезы!

– Береги его, – быстро шепнула она Лигейе. – А ты, лысый, не болтай ерунду – еще увидимся!

– Ну-ну, удачи, – хмыкнул Вилли.

Лигейя проводила печальным взглядом улетающую в небо белую драккину.

«Прощай, упрямая глупышка! Как верит она в себя – даже завидно…»

Они стояли в воротах, пока крылатый силуэт не скрылся за горизонтом.

– Да она в самом деле вернется! – сказал Вилли и сладко потянулся. – Ну, пора и мне… В облачном замке мне делать нечего, да и встретиться тут с Вальтером нет ни малейшей охоты… И вы улетайте поскорее. Нечего тянуть. Вальтер-то, может, и на юге, но он не единственный дракон в Черном клане… Пойду, вещички свои заберу…

Вилли ушел в замок. Лигейя осталась на крыльце, глядя на Грега.

– Бедный мальчик, – прошептала она.

Вилли вскоре появился с парой тугих тюков за спиной, секирой на одном плече и боевым цепом на другом.

– Надеюсь, господин будет на меня не в обиде, что я пошарился в его сундуках, – весело промолвил он.

Лигейя горько вздохнула.

– А ты куда пойдешь, Вилли?

– Вниз! – захохотал вендел. – Крыльев у меня нет, придется пешком…

Он окинул взглядом панораму долины Веттерштайн, желтеющие горные леса в черных пятнах елей, ярко-голубую полоску Мистеля…

– Для начала в Омельники, в деревню к себе… поползу. Посчитаюсь там кое с кем…

Лигейя молча поглядела на него с упреком.

– А что мне до них? Я только его люблю, – он кивнул на спящего дракона. – Остальные пусть сгинут в Бездне! А я помогу им туда добраться!

– Грег тебя не похвалил бы.

– Да вы не бойтесь. Не трону, если сами не полезут. Возьму свое, мать проведаю и пойду дальше.

– Разбойничать?

– Воевать. А что? Господин научил меня.

Лигейя покачала головой, глядя на вендела. Огненные гвозди образовывали на его лице узор, похожий на маску демона; ему вполне соответствовала гнусная ухмылка и светлые глазки, в которые не хотелось заглядывать дважды.

– О, совсем забыл! – Вилли вытащил из-за пояса чинкуэду и протянул ей. – Сохраните для него…

– А ты?

– Да куда мне меч? Я ж крестьянин, больше привык работать топором… – Вилли бросил взгляд на другое плечо. – Цепом… Ну, бывайте! А я пойду – поработаю…

Вскоре фигура Вилли исчезла из виду за поворотом тропы. Лигейя осталась с Грегом на скале одна. Драккина подняла взгляд в небо, где величественной белоснежной горой, чуть розовея на солнце, висел ее облачный замок.

Мондрагон мертв. Пять Герцогств либо лежат в руинах, либо лишились защиты. Вальтер полагает, что уже почти выиграл войну. Но смертные вовсе не так беззащитны, как ему думается. Война только начинается. У каждого она своя, но враг – один. И главным его противником станет тот, кого спасает она, Лигейя…

Женщина задумчиво посмотрела на меч, который держала в руках. Зачарованное оружие, созданное, чтобы убить сильнейшего из драконов. Теперь уже нет сомнений, для кого оно предназначено. Что, если взять и сбросить его сейчас в пропасть? Там чинкуэда и останется, навеки погребенная под снегом среди скал…

И ничто не помешает Вальтеру пройти свой путь до конца…

«Нет, я сохраню этот меч, – подумала Лигейя. – И заберу Грега в облачный замок, и вылечу его, и оставлю в безопасном месте, пока он не станет достаточно силен, чтобы вернуться и вступить в бой. Потому что только Грег захочет спасти того, кто по непонятной прихоти Невидимого стал для него важен и дорог. Потому что он тоже его любит…»

Она уносит с собой не искалеченного дракона, утратившего все на свете.

Она уносит с собой надежду…