Алый Меч - Элдон Томпсон

Джером размахивал руками и ногами, крутился и орал, вырываясь из лап чудовища. Но безжалостные стальные оковы сдавили его лодыжку. Юноша вытянул руку, царапая пустоту в отчаянной попытке схватить сияющий меч…

— Джером! — раздался громкий голос. — Джером, проснись!

Веки разомкнулись, и юноша очнулся под куполом усыпанной звездами ночи. Рев Олоронского моря наполнил все вокруг, и Джером понял, где он находится. С трудом оторвав оцепеневший взгляд от мерцающих созвездий, он увидел не на шутку встревоженного Эллайена, который крепко сжимал его лодыжку.

— Ради всего святого, успокойся.

Джером заморгал, постепенно возвращаясь к действительности. Эллайен отпустил его.

— Ты в порядке?

Джером неуверенно кивнул. Глаза его блуждали по берегу и залитым лунным светом волнам, разбивавшимся о прибрежные скалы.

— Никогда не видел тебя таким напуганным, — заметил охотник. — Что стряслось?

Джером ответил не сразу. Страшный кошмар еще живо стоял у него перед глазами. Звезды сверкали над головой, будто серебряные иголки в подушечке искусной швеи. Неугомонный ветер дул с побережья, наполняя воздух туманом и запахом морской соли. Разбуженные возней лошади похрапывали в стороне. Постепенно дыхание Джерома пришло в норму, замедлился бешеный стук сердца. Вихрь образов и кошмаров в его сознании начал стихать, и реальность завладела чувствами.

— Похоже, это была не такая уж удачная мысль.

Эллайен застонал и повалился на свое смятое одеяло.

— Теперь до него дошло!

Джером поднялся и сел, хватаясь за обрывки сна, словно за нити липкой паутины. Юноша оглянулся.

— Где Килак?

Эллайен пожал плечами.

— Полагаю, отправился искать нашего муукла'аянского друга.

— Может, пойдем за ними?

— Ложись-ка ты спать, ладно? Еще даже солнце не встало.

— Ну и что?

Тяжело вздыхая, охотник заворчал себе под нос:

— У нас впереди целая вечность бесполезных поисков, а ему не терпится начать пораньше.

Джером невольно улыбнулся. Эллайен, конечно же, притворялся. Но и он был в чем-то прав: спутникам понадобятся все силы для предстоящих поисков — сначала руин, а затем и самого меча. Придя к такому выводу, Джером уступил требованиям Эллайена и улегся, намереваясь отдохнуть.

Попытка оказалась тщетной. Каждый раз, когда сон подхватывал юношу, его поджидали изуродованные останки друзей. Кошмар рассеивался, стоило только пробудиться, но Джерому начинало казаться, что ужасные образы отпечатались в его глазах. Веки неизбежно тяжелели, и кошмар возвращался. Сдавшись в конце концов на милость бессоннице, он оперся на локоть и поглядел в бескрайние просторы океана.

— Заснуть не можешь?

Джером обернулся на Эллайена, который неподвижно лежал с закрытыми глазами.

— Нет.

— Я тоже. — Охотник открыл глаза и, быстро осмотревшись, тоже обратил взор в море.

Друзья молча лежали несколько минут, купаясь в тишине таявшей ночи. В ранний предрассветный час все казалось призрачным и нереальным. Неведомые земли, необычайные приключения, их жизни — недавно размеренные и предсказуемые, — все перевернулось вверх дном. Что они делают здесь? Почему зашли так далеко? И что, небеса всемогущие, случится дальше? Вдвоем наблюдали друзья, как первые лучи солнца сверкнули над горизонтом, окрасив темную чешую океана золотой и серебряной рябью. Джером с радостью встретил наступление нового дня, обещавшего передышку от кошмарной ночи.

— Долго же еще придется искать? — спросил Джером, потирая опухшие глаза.

— Не имею представления, — удивительно бодрым тоном ответил Эллайен. — Пока нам везло. Вероятно, удача нас не оставит.

Джером вздрогнул и плотнее укутался в одеяло. Везло? Найденная под Иртвином книга оказалась совершенно бесполезной, Уитлок разыскать не удалось. Его самого на тот свет чуть было не отправил убийца колдуна, и они несколько недель потеряли в Феверруте. А путешествие в Восгес не дало ничего, кроме возможности самым близким образом пообщаться с людоедами и познакомиться с проводником, дед которого, вероятно, был повинен в смерти тех последних, кому достало глупости пуститься на поиски Меча. И если уж считать, что им до сих пор везло, то Джерому не хотелось бы оказаться рядом, когда фортуна сменит благосклонность на гнев.

— Ты знаешь, — зевнул Эллайен, — конечно, мне не терпится поскорее разделаться с этими приключениями, но я совсем не спешу топать обратно по той дороге, по которой мы сюда пришли.

Джером снова внутренне негодовал. Поиски города среди скал и ущелий обещали стать еще менее приятными, нежели их прежние похождения. Даже на небольшой высоте отвесные скалистые склоны грозили обвалами и камнепадами. Оглядываясь назад, Джерому казалось, что только вчера он и Эллайен шагали по такой же земле в Аспадельских горах в поисках таинственного города древинов. Какими бы трудными и безнадежными ни были те поиски, будущее не предвещало ничего лучшего.

Джерома охватило неприятное и тревожное предчувствие. Время истекло. Ему предстояло столкнуться с горькой правдой — все его надежды обратились в прах. Еще несколько дней, и вся их решимость, да и запасы, иссякнут. И тогда его ждет обратный путь, полный разочарования. Неизбежное возвращение к исходной точке без малейшей надежды исправить положение.

Колдун будет по-прежнему править Олсоном. Оставался лишь вопрос, как далеко распространится его влияние. Окажутся ли под угрозой Мензо, Парта или Куурия? А Дилн? Они с Эллайеном избегали этой темы, но что делать, если не было другого дома, куда можно вернуться?

Если Эллайен и догадывался о переживаниях Джерома, то не подавал виду. Не делился он и собственными размышлениями. Пожалев, что однажды завел этот разговор, Джером молчал, встречая рассвет в тихом созерцании природы, времени, вечного и мимолетного — всего, за исключением безумных мечтаний, заведших его сюда. Между тем подкралась усталость, и юноша не заметил, как опустился на землю и задремал.

* * *

Когда Джером проснулся, солнце стояло уже высоко. Джером подпрыгнул в одеяле, испугавшись собственной тени, напомнившей ему о недавнем кошмаре — острые когти, кровавая оскаленная пасть.