Сердце в броне - Аркадий Степной

Он присел на корточки рядом с хрипящим герцогом и безмятежно улыбнулся:

— Угольная лихорадка, как удобно.

— А-а-э-э…

— Что? А, понимаю, вы удивлены, мой герцог. Ведь снадобье от лихорадки вам давали не кто-нибудь, а жрецы Неиклота. — Барон покачал головой. — А ведь удивляться нечему. Помните документы, которые я по приказу вашего отца выкрал у верховного конклава? Я еще советовал вам их вернуть, но вы решили продолжить игру. И даже более, вы решили, что я, как бедняга Лотар, безропотно пойду на смерть. Вы ошиблись… дважды!

Герцог упал, перевернулся на спину и схватился за горло. Из почерневшего рта вывалился лиловый язык. Последние конвульсии сотрясли тело, и он умер.

Барон убедился в его смерти, встал и громко произнес:

— Все кончено!

Потайная дверь бесшумно открылась. В комнату шагнул худой эльф с грубым, некрасивым лицом. Барон подошел к нему и преклонил колено.

— Герцог умер — да здравствует герцог! — Он почтительно поцеловал руку Ториэля.

Ториэль хлопнул в ладоши. Двери распахнулись, и в комнату вошли лучники, а вместе с ними две фигуры в широких жреческих плащах и глубоких капюшонах, скрывающих лица.

— Как вы предусмотрительны, ваше высочество, — шепнул барон. — Нужно засвидетельствовать смерть вашего отца и как можно скорей объявить об этом.

Ториэль слабо улыбнулся:

— Встаньте, барон.

Глава тайной полиции не заставил себя упрашивать. Ториэль печально вздохнул и громко объявил:

— Мой отец умер, господа.

В то же мгновение лучники набросились на барона Винроэля и, грубо скрутив его, уткнули лицом в пол. Барон, несмотря на деревянную ногу, был великолепным бойцом. Но его захватили врасплох, да и скрутили его не обычные лучники, а тщательно отобранные Ториэлем головорезы, преданные как собаки только ему одному.

— За что? — прохрипел барон.

Ториэль ему не ответил. Он сделал шаг назад и, поморщившись, приказал:

— Обойдитесь без крови.

Один из головорезов уперся коленом в спину барона и, обхватив его за шею, резко дернул, ломая хребет. Противно щелкнули позвонки, барон обмяк.

— Ваше первосвященство, — громко сказал Ториэль, ни на кого не глядя, — вы довольны?

Верховный жрец Неиклота, прибывший из самого конклава, откинул капюшон. Лицо и глаза его были непроницаемы.

— Герцог Эландриэль мертв. Пес, осквернивший конклав, тоже. Мы довольны, герцог Ториэль.

Тогда Ториэль повернулся к нему и, почтительно склонившись, поцеловал перстень на его руке. Жрец благословил его и вышел из кабинета. Вслед за ним вышли лучники и плотно закрыли за собой двери. Ториэль остался наедине с незнакомцем, чье лицо было по-прежнему закрыто капюшоном.

— А вы довольны?

Злотарь откинул капюшон.

— Да, ваше высочество. Мы довольны.

— Дождитесь до завтра, — приветливо сказал Ториэль, словно и не лежали у них под ногами двое мертвецов, один из которых приходился ему отцом. — Предателю барону отрубят голову, и вы сможете увезти ее с собой.

— Как скажете, ваше высочество.

— И не забудьте передать его величеству Георгу Первому мои приветствия, заверения в дружбе и надежду, что торговый договор будет подписан незамедлительно.

— Непременно, ваше высочество.

— Прекрасно. А теперь удалитесь через тайный ход. Необходимо выполнить все должные церемонии, все-таки сегодня я потерял отца. Будем скорбеть…

Знакомые рыцари-найманы провели Рустама в ореховый кабинет. Король стоял у окна и наблюдал за солнцем, скрывающимся за горизонтом. За столом сидели его советники: граф Честер, коннетабль Лансье и гоблинский банкир Бартольдо. Король повернулся, встретился взглядом с осунувшимся Рустамом и тихо попросил:

— Оставьте нас, господа.

Советники поклонились и вышли. Остались только двое найманов-командоров, стоявших у двери на страже.

— Наедине, — настойчиво сказал король, выразительно на них посмотрев.

Командоры удивленно переглянулись.

— Это приказ.

Найманы поклонились и вышли. Дверь захлопнулась.

— Садись, — угрюмо приказал Георг и, достав бутылку вина, собственноручно наполнил бокалы. — Пей.

— Я не пью, ваше величество… уже не пью.

— Правильно, — похвалил его Георг. — Тогда и я не буду. — Отставив свой бокал в сторону, он сел напротив Рустама. — Я хочу поговорить с тобой не только как твой король, но и как брат Айрин.

— О чем, ваше величество? — Рустам нахмурился.

— Чтобы рассказать тебе то, что нужно было рассказать давно и что раньше было нельзя.

— Мне кажется, я уже все знаю, ваше величество.

— Если бы ты знал все, этого разговора не было бы.

Рустам вздохнул, сквозь натянувшуюся кожу на лице проступили широкие скулы.

— Как скажете, ваше величество.

— Я не буду с тобой играть или хитрить. — Глаза Георга смотрели грустно и устало. — Я поговорю с тобой откровенно. Эльфы узнали о происхождении Айрин раньше меня и моих советников. Они начали интригу. Перед нами стоял выбор: просто отразить удар или войти в ритм, втянуть их в игру и навязать свои правила. Мы понимали, что невозможно бесконечно защищаться, и уже давно готовились к контрудару. Завязавшаяся интрига открыла перед нами новые возможности. Я был честен с Айрин и предложил выбирать ей: она могла остаться при дворце старой девой или выйти за тебя замуж и дать нам тем самым разыграть свою партию. Ты знаешь, что она выбрала.

Плечи Рустама передернулись, словно от холода. Он помрачнел еще больше.

— Началась игра, — продолжил Георг свой рассказ. — Мы вышли на наследника герцога Эландриэля, его старшего (и, к счастью, нелюбимого) сына Ториэля. Этот юный эльф оказался далеко не так глуп, как думал его отец. Уже долгие годы под маской забитого дурачка скрывался настоящий волк. Герцогство Аркское граничит с четырьмя государствами: нами, Эдвитанией, гномами Торбина и оркской степью. С орками эльфы не торговали никогда. С нами перестали торговать после войны. А как только было объявлено о моей женитьбе, мой будущий тесть король Эдгар пошел нам навстречу и тоже разорвал торговый договор. Герцогство имеет выход к морю, но торговые эльфийские кланы все равно понесли ощутимые потери. Они уже давно были недовольны политикой герцога Эландриэля. Война поначалу привела их в восторг, но ее последствия стоили им слишком дорого. Они попробовали выступить, и герцог очень жестоко поставил их на место. Вот тут-то Ториэль разыграл свою первую карту: он договорился с купеческой гильдией, и они обеспечили его деньгами и поддержкой. Вторым козырем Ториэля стали жрецы Неиклота. В свое время его дед начал интригу, желая подмять верховный конклав. Он добился определенных успехов, но только временных, и тем не менее его сын Эландриэль, придя к власти, решил продолжить его интригу.