Воин Сновидений - Ирина Сербжинская

Никита подумал.

– Давай свернем вот сюда, а там посмотрим…

– Заплутали мы, сворачивай не сворачивай… А как центральную аллею найти, ты помнишь? Нет?! И я тоже… Как же мы выход отыщем?

Приятель пожал плечами.

– Ну ладно, – упавшим голосом сказала Сати. – Пойдем куда глаза глядят. К ночи выбьемся из сил, потом у нас начнется бред и галлюцинации на почве голодания. Потом один из нас съест другого. Вот и все.

Она вытащила из кармана бумажку, вдоль и поперек исчерканную ужасным почерком начальника рекламного отдела.

– Западная аллея, сектор «Б». Где же ты, проклятый сектор «Б»?

Никита поднял глаза на указатель.

– Западная аллея – вот она. Пойдем вдоль, рано или поздно и до сектора доберемся.

Они пошли по неширокой, посыпанной песком дорожке.

– Знаешь, Никита, – понизив голос и озираясь по сторонам, проговорила Сати. – Я думаю, они нас просто видеть не хотят.

– Кто?

– Ну кто… те, к кому мы идем. Они нас не ждали, не приглашали, а мы явились, да еще и безо всякого предупреждения. Надо было хоть позвонить сначала. – Сати кивнула на ряды могил и прибавила: – Так в приличном обществе не принято – в гости без приглашения.

– Общество-шмобщество… ладно, в следующий раз телеграмму пошлем. И потом, все приличное общество-то у знакомого твоего, владельца частного кладбища. А тут – не общество, тут – публика.

– Да, не изысканно как-то…

Они свернули на боковую аллею и отыскали еще один указатель.

– А! Вот этот сектор «Б», наконец-то! – обрадовалась Сати.

Никита вытащил фотоаппарат.

– Ты быстрей снимай, – командовала она, присев на лавочку у оградки. – Не нравится мне здесь… Пусто как-то кругом, неуютно… А я недавно кино смотрела, так там ровно в полночь вылезали из могил…

– А ты чего хотела на кладбище-то? – резонно поинтересовался сисадмин, щелкая фотоаппаратом. – Не бойся, до полуночи далеко еще.

– Пока дорогу обратно найдем, как раз полночь настанет. И тогда из могил полезут эти самые… упыри да зомби. Сфотографировал? Пойдем отсюда скорее!

– Начальник рекламы говорил, кажется, чтоб ты впечатлений набралась? – поинтересовался сисадмин, делая последний кадр. – Ну и как?

– Впечатлений у меня уже выше крыши. – Сати поспешно вскочила со скамейки. – Вроде тихо кругом, а как-то не по себе. Да и Тильвус со своим заклятием… От этого тоже веселья не прибавляется, сам понимаешь… – Она вдруг насторожилась: – Слышишь? Вроде в кустах кто-то возится?

– Выдумываешь все, – снисходительно проговорил Никита, зачехляя фотоаппарат. – Кто там возиться может? Собака, наверное…

– Покойники, – шепотом предположила Сати. – Надо ноги уносить!

– Ноги-шмоги… Пойдем. А что там дальше было-то, в кино? После того как живые мертвецы вылезли из могил?

– Дальше? Вылезли, посовещались… их очень много было… да и двинулись в город. Захватили пиццерию, телеграф, телефон и студию телевидения…

– Откуда у нас в городе пиццерия? Что им тут захватывать? Разве что центральный гастроном или пельменную какую…

– Как знать… Хотя если они наше телевидение захватят, так сами же потом и наплачутся. Там народ работает ехидный, они любого зомби изведут насмешками…

Внезапно кусты зашуршали, раздвинулись, под чьей-то ногой хрустнул гравий. Сати замерла. Из зарослей боярышника на дорожку шагнул старик.

– Вот видишь? – снисходительным тоном проговорил Никита, кивая на него. – Дед какой-то. Небось приехал вчера могилку навестить, принял на грудь немного и не рассчитал. Развезло его, он и уснул в кустах. Да, похоже, он до сих пор на ногах плохо держится, – добавил сисадмин, заметив неуверенные движения пожилого человека. – А ты все: «покойники, покойники»…

– Ну да, – неуверенно согласилась Сати, не сводя глаз с внезапно объявившегося старика. Что-то в его облике казалось ей странным. Человек сделал пару шагов, споткнулся и остановился, осматриваясь. Потом поднял руку, поднес ладонь к глазам, внимательно рассматривая ее, сжал и разжал пальцы, наклонил голову к одному плечу, потом к другому, разминая мышцы. Видимо, ощущения ему понравились, и он улыбнулся, медленно и осторожно ощупывая пальцами собственное лицо. Не сводя глаз со старика, Сати сделала шаг назад и наткнулась на Никиту.

Старик расправил плечи, довольно усмехнулся и только тут обнаружил, что он не один. Он поднял голову и с интересом взглянул на людей. Сати заметила, что глаза у него вовсе не стариковские – темные, внимательные, словно затянутые льдом, глаза человека без возраста. И когда взгляд этих глаз остановился на ней, она взвизгнула и бросилась бежать сломя голову, не разбирая дороги.

– Куда ты? – крикнул опешивший Никита.

Сати пронеслась по дорожке, свернула на боковую аллею и оказалась возле знакомого уже памятника «цыганскому барону». Не раздумывая, она перепрыгнула через скамейку возле фонтанчика, пробежала по цветнику с левкоями, зацепилась ногой за корень и со всего размаха растянулась на земле. Что-то громко хрустнуло.

Подошел Никита, присел рядом на корточки.

– Слушай, я вот что сказать хотел, – серьезно проговорил он. – Ты бы прекращала ужастики на ночь смотреть, а? На кинокомедии переходи, а то насмотришься страшилок, вот потом и мерещится ерунда всякая. Ну чего ты припустила? Я тебя еле догнал.

Сати пошевелилась и осторожно села.

– Хрустнуло что-то, – растерянно сообщила она – Как думаешь, что?

Сисадмин пожал плечами.

– А! – воскликнула Сати в ужасе. – Наверное, я ногу сломала! Точно! Проклятые зомби! Все из-за них и из-за начальника рекламного отдела!

Она ощупала ногу и поморщилась.

– Больно?

Сати прислушалась к ощущениям.

– Пока нет, – честно призналась она. – Попозже заболит, наверное. Теперь надо в больницу срочно ехать. Пусть гипс наложат и костыли выдадут. Блин, теперь мне придется месяц или два таскаться на костылях! А на следующей неделе в дружественной редакции вечеринка. Что толку идти, если я даже не смогу танцевать!

Она стукнула кулаком по земле.

– Тяжелый случай, – согласился Никита. Он поднялся и посмотрел на нее сверху вниз. – Ну что? Будем сидеть здесь или двинем к машине?

Сати разозлилась:

– Как я двину со сломанной ногой?! Тоже мне, умник!

Сисадмин огляделся:

– Ну не ждать же, пока настанет полночь и зомби подтянутся… а, вон и центральный вход. Недалеко совсем. Держись!

Сати почувствовала, как рука Никиты скользнула за ее спину, а вторая подхватила под колени, потом он выпрямился и, держа ее на руках, направился к воротам. Там по-прежнему сидел сторож, глубокомысленно разглядывая шахматную доску.