Часовой Армагеддона - Сергей Щеглов

— Сейчас — нет, — коротко ответил Великий Черный. — Раньше… — Он приложил ладони к вискам и на секунду задумался. — Да, смог бы. Если бы захотел.

— Во какой он у меня, Великий Черный! — похвастался Валентин Баратынскому. Тот понимающе покивал и поставил перед Черным свою кружку; разумеется, пустую.

Великий Черный снова махнул рукой — с прежним результатом.

— Наш человек! — убежденно сказал Леонид, припадая к пиву. — Ты расскажи, расскажи, как все было, — обратился он к Валентину. — Он же тебя пивом напоил? Нечего тут понты разводить!

— Кидать, — машинально поправил Валентин. — Ну ладно, значит, дело было так. — Он отхлебнул пива. — Смотрю я — через Обруч, конечно, — наезжают эти двое на Серого. А тот и глазом не ведет, потому что в трансе — все-таки праздник, верные Воители тут и там, речь он им толкает… Короче, как после литра пива. А Георг с Детмаром — трезвые, злые, как с бодуна. Ну и, конечно, сделал он их в два счета — Детмара закодировал самого себя талисманом тырить, а Георга и вовсе в кокон завернул, так что тот секунды три всем своим талисманом только пузырь надувал, пыжился. Ну а потом Серый кокон-то приоткрыл — как раз когда Детмар очухался и по Серому со всей силы влепил — да так приоткрыл, что аккурат в Детмара-то все эта хренотень и вдарила, голова по плацу так и покатилась! Серый тут же тьфу на защиту и блочок на Жезл — тут и пиздец Детмару. Ну, думаю, с одним-то Георгом он теперь в два счета разделается, блин, такой момент упускать? — Валентин хрястнул кулаком по столу. — Не таков русский богатырь! Лезу Серому под черепушку и втюхиваю ему — бей, мол, со всей силы, хули думать, мочить надо! Ну он и шарах. И Георг шарах. А Т-буря уже вовсю, талисманы потихоньку с ума съехали — только на шарах их и хватило — еще два трупа возле Башни дополнят праздничный пейзаж!

— Бля буду, — восхитился Леонид, — ну ты и монстр!

— А что нам-демонам! — завопил Валентин, приходя уже в совершеннейшее буйство и осыпая синими искрами с пальцев соломенные маты на полу. Но тут Леонид громко икнул:

— Чего это он? — палец его уставился на Великого Черного.

Великий Черный изящно откинул плащ и опустился на одно колено, склонив свою голову в сторону Валентина. Валентин замер, отсчитывая удары сердца. Я не слишком перебрал, спросил он себя, и сам же ответил — слишком. Весь день не жравши, коньяк, потом пиво…

— Прими мою клятву, — пропищал Великий, хотя и довольно маленький Черный, — о победитель врага моего! Клянусь быть слугой твоим сто лет и еще один год, в благодарность за содеянное тобою! И пусть небо обрушится на землю…

— Это запросто, — вставил Валентин.

— … и сокрушит меня, если забуду я об этой клятве по собственной ли неосторожности или по чужому наущению!

— Валь, — хрипло сказал Леонид, показывая вверх. — Глянь…

Валентин посмотрел вверх, и мурашки пробежали по его спине. Небо потеряло зеленовато-голубой цвет и черным гранитом нависло над дырявой крышей веранды. Такое небо вполне могло прихлопнуть. Так значит, Великий Черный говорил всерьез?

— Брехня, — обиженно сказал Валентин. — Талион говорил мне, что ты — человек Тьмы. То есть чего хочешь, то и делаешь. Толку-то тогда клятвы давать!

Великий Черный поднялся с колена и приложил руку к груди.

— Моим клятвам ты можешь верить, как своим собственным, о Фалер из неизвестной страны! Ведь ты и сам — человек Тьмы!

— Я?! - возмутился Валентин. — Да я же…

— Точно-точно, — поддакнул Леонид. — Чего хочешь, того и делаешь. Занга послал, Натоми послал, принца Акино послать осталось! Еще пива! — прикрикнул он на Великого Черного, и кружка его моментально наполнилась. — Видишь же, — сказал Леонид Валентину, — служит! Я думаю так — попьем еще месяц, будет пивом снабжать, значит, верить можно.

Валентин подпер голову руками и посмотрел на Великого Черного. Умерший и снова воскресший, потерявший память о трех самых интересных годах своей жизни, почти бессильный, спеленатый магическими нитями, вынужденный теперь многие годы провести в бутылке, Великих Черный все же оставался самими собой — и Великим, и Черным. Он разливал пиво по кружкам с большим величием, чем Валентин истреблял тальменов.

А я, подумал Валентин; что мне осталось? Подарочный набор талисманов?

— Знаешь, Леня, — сказал он потухшим голосом, — я пожалуй пойду. Что-то не хочется мне больше пива…

— Да уж, — кивнул Леонид. — Слушай, это в самом деле Не-Джо?

— Тебе что, пиво не понравилось? — усмехнулся Валентин. — В самом деле…

— И часовню на самом деле ты развалил? — спросил Леонид уже совершенно серьезно. Валентин уныло кивнул.

— Э, тогда всё! — решительно заявил Леонид, сметая со стола кружки и пустые бутылки. — Домой, домой, и спать! Всем спать!

Вдохновленный собственными словами, он поднялся из-за стола и, изрядно пошатываясь, побрел к входной двери. Около нее он остановился, сосредоточил на Валентине ставший вдруг совершенно пьяным взгляд и сказал:

— Это… Плохо будет, приходи. Пивка выпьем!

Валентин расхохотался, обхватив голову руками. Когда он отсмеялся, Баратынский уже скрылся в доме, а Великий Черный тоненькой струйкой вился над бутылкой, устраиваясь в ней поудобнее.

— Домой, — сказал Валентин. — Пожалуй, да, пора домой.

Он потер переговорное кольцо, заказывая Т-портал. Затем аккуратно уложил бутылку с Черным в мешок и повесил его на плечо. Собрав волю в кулак, встал — и удивился, что сумел удержаться на ногах.

Портал открылся домой, в гостиную. Валентин шагнул вперед, успел разглядеть накрытый по всем правилам, ломящийся от кушаний стол, Диану в вечернем платье, скучающую с листком магических картинок в руках, — и тут ноги его наконец подвели.

Потеряв равновесие, Валентин запнулся о кресло и упал, сильно ударившись об угол стола. Тарелки так и посыпались на пол, и что самое неприятное, бутыль с Великим Черным вывалилась из мешка.

Валентин невероятно извернулся и сумел поймать ее в сантиметре от пола.

— Хорош, — ледяным тоном произнесла Диана, отбросив листок, который с мягким шуршанием прилип к полу. — Знаешь, Валентин, я специально приготовила ужин. Хотя и знала, каким ты вернешься. Посмотри на себя — на ногах не стоишь, а все равно с бутылкой… По крайней мере, тебе будет чем позавтракать!

— Диана! — воскликнул Валентин, глядя на нее снизу вверх.

— Прощай, — сказала Диана, вставая и окутываясь желтым пламенем портала. — Все это слишком однообразно; и я рада, что это наконец кончилось.

Портал закрылся, порыв ветра качнул скатерть на поваленном столе.

Валентин поставил бутыль со своим новым слугой на пол, повернулся и сел, скрестив ноги.

— Сходил на работу, называется, — пробормотал он, качая головой.