Новая Эпоха - Сергей Джевага

В солнечном сплетении появилась тупая боль, и я отступил. Но обостренное волшебством зрение уловило нечто странное. Белесое марево у подножия холма расступилось, показались строи охранения, укрепления, блеснул металл лат. Дорожка разреженного пространства побежала дальше, зацепила краем опушку леса. И там, у зарослей густого кустарника возникла мелкая фигурка в облачке серебристых искр.

Вздрогнув, я усилил заклятие, снял пассивную защиту. Но ничего кроме тумана не разглядел и решил – показалось, игры усталого разума.

– Что? – поинтересовался Аш, глядя на меня с жадным любопытством.

– Прости.

– Ладно. Хоть попытался.

В голосе старшего прозвучало разочарование. Он отвернулся и снова окинул взглядом горизонт. Но когда я попытался объяснить неудачу, брат неожиданно вскинул руку в предостерегающем жесте, указал на стену леса вдалеке. Оттуда на серую гладь поля выходили люди. Сначала по одному, по двое, потом целыми десятками и сотнями. Неторопливо и как-то совершенно обыденно растекались речными рукавами, собирались вместе, создавали шеренги, ряды. Все происходило без лишнего шума: ни криков, ни рева горнов, ни боя барабанов…

В груди стало ужасно зябко, земля под ногами покачнулась. Над верхушками деревьев, наконец, показался краешек солнца, и кровавые блики ярко полыхнули на остриях двуручных мечей, алебард, выпуклых пластинах щитов, подсветили мрачные фигуры, будто сотканные из кусочков ночи.

Терн сделал первый ход, изматывающее ожидание закончилось.

Боль в солнечном сплетении стала настолько сильной, что в глазах помутилось. Я узрел исполинскую мощь, подобно океанской волне накатывающую с Востока. Темную мощь, холодную. А с Запада тем временем текла иная Сила – яростная и горячая. Словно грозовая ночь и день сближались, чтобы схлестнуться в бою. Вот только отчего-то перепутали стороны света.

– Эскер!

На миг связь с реальностью потерялась, накатила боль. Но крик заставил очнуться, вырвал из наваждения. Я сообразил, что сижу на коленях: потный, задыхающийся. Брат рядом на корточках, хлопает меня по щекам и кажется испуганным.

– Эск! Что случилось?

– Жив, – просипел я. – Сейчас, дай отдышаться… сейчас.

Попал одновременно под два ментальных удара. Вряд ли били специально по мне, скорее прощупывали друг друга, а я затесался между молотом и наковальней. Еще и раскрылся. Лишь Знаки в ауре и спасли: перестроились, образовали новые цепочки узоров. Одни сгорели и рассыпались, но другие выдержали и частично отразили сокрушительные мысленные тараны.

И естественно я суматошно восстанавливал оболочки, пытаясь сдержать чужой напор – словно подпирал плотину плечами. Но отвлекшись на одно, забыл о другом.

Второй удар пришел через Астрал. Два энергетических всплеска столкнулись друг с другом, породили бурю. Взбесившиеся потоки Силы пронзили насквозь, рванули ядро крючковатой лапой. И я застонал, снова обвис на руках у старшего. Окунулся в темноту, потом увидел лес: зеленоватый сумрак и мрачные силуэты деревьев, несколько неподвижных человеческих теней, суета и блеск железа на заднем фоне. Впереди стоял худощавый жилистый мужчина с резкими чертами лица и темными глазами. Смотрел в пустоту, шептал…

Терн даже не сбился с ритма заклинания. Но почувствовал незримое присутствие, улыбнулся. Он знал о нас, пелена Ирна никого не обманула. Древний специально ударил так, чтобы мое сознание закружило в бушующих ветрах энергии… намек, предупреждение – не лезь, не смей.

Оскорблено зарычав, я попытался сделать хоть что-то: помешать, исказить плетение, отвесить пощечину. Но непреодолимая сила потащила обратно, швырнула в реальность.

Холодный ветер ожег щеки, удушье сдавило горло. Я сморгнул слезы и посмотрел на поле.

Две темные кляксы расползались по пустоши: с востока, и с запада. Из чащ выходили сотни и тысячи людей. Одни закованы в крепкую броню, под реющими стягами. Другие казались беспорядочной толпой истощенного народа: больше похожие на зомби, чем на живых мужчин и женщин, стариков, детей.

Впрочем, Алар медлил, оттягивал бой. И, кажется, я догадывался почему. Светлый тоже знал о нашей армии. И пошел в наступление лишь, когда первые две фаланги имперцев перестроились в клинья, тяжеловесно поползли на юг, прямо к нашим порядкам. Это также позволило понять, что и тот, и другой враг в курсе лишь о нашем присутствии. Но не знают о реальной численности.

Лучше, чем полный провал. Хотя в тумане пока тишь да гладь: то ли не заметили, то ли посчитали непонятным маневром. Покричали, пошумели, когда заметили врагов, но замерли в нетерпеливом ожидании.

Их следовало предупредить. Заставить Ирна убрать полог, отдать приказ авангарду изготовиться к бою. Но едва я попытался позвать Альена, встать, как чудовищная боль выжгла внутренности. С губ слетел слабый хрип, в глазах в очередной раз потемнело…

* * *

Как и у остальных предводителей союзной армии, голова Аша раскалывалась и гудела. Он потратил слишком много сил на подготовку похода, последние дни практически не спал, ел на ходу, решал множество проблем и вопросов. К примеру, какие подразделения взять, а какие отправить на защиту городов, западных и южных рубежей. Как наладить снабжение, кого назначить наместником, да так, чтоб ни свои, ни чужие не догадались об отсутствии правителей. Заодно предупредить возможные волнения, позаботиться о соблюдении договоров между гильдиями и торговыми представительствами любимых соседей, организовать взаимодействие с магами Долины, гномами и орками хотя бы на уровне полевых командиров…

Все это – лишь верхушка бревна, тонущего в болоте. На деле братья то метались как блохи по сковороде, то сидели сутками, закопавшись в бумажках, раздавая указания подручным, разговаривая с офицерами и шпионами. Пили кофе, бодрящие зелья, использовали амулеты, любезно предоставленные Птицем, но равно шатались на ветру и нет… уже не молили Творца об избавлении, а просто надеялись, что сделанное не пойдет прахом.

Но в конце концов кошмар наяву как-то незаметно перетек из настоящего в прошлое. Рать собрана, оснащена минимумом необходимых припасов, а затем отправлена через порталы сюда, к пустоши посреди бескрайних лесов на границе Востока и Запада. И много часов окапывалась, рассредоточивалась, готовилась. Но теперь обходилась и без присмотра правителей, инициативу перехватили младшие чины, заставив сложный организм военной машины работать как гномьи часы.

Казалось бы – что еще нужно? Радуйся, отдыхай, спи, ты свое задание выполнил. Ну ладно, открывай изредка глаз и эдак лениво указывай пальчиком, поправляй. Ведь всегда найдутся чрезмерно старательные или напротив ленивые, глупые, самодуры…

Но вместо долгожданного облегчения он маялся и не находил себе места. Безделье оставляло послевкусие потери контроля, а тревоги и прочие мысли, которые приходилось думать, сжигали мозги.

Чтобы отвлечься Аш нарезал круги вокруг шатра и холма, наблюдал за притихшей армейской верхушкой. Кто-то действительно дремал, хотя счастливчиков с железными нервами нашлось немного. Кто-то в тысячный раз прожигал глазами карты, устраивал полкам проверки, учения, срывал злость на солдатах. Большинство же отирались невдалеке от вестовых, пытаясь перехватить если не новость, то слух. Порой играли в светские беседы, но быстро умолкали… слова отдавали фальшью, темы казались избитыми.