Дом скорпиона - Нэнси Фармер

— Это еще почему?!

Чачо яростно вырывался. Однако секундной заминки оказалось достаточно, чтобы он пришел в себя. Он тяжело опустился на пол и стиснул кулаки. Остальные мальчишки разочарованно застонали, но все же расступились в стороны, когда Хорхе поднялся на четвереньки и ящерицей метнулся к двери.

Никто не произнес ни слова. Чачо сидел на полу и тяжело дышал. Фиделито всхлипывал в уголке, где его крепко держал Флако. Матт дрожал, как в лихорадке. Он боялся даже представить, что произойдет дальше.

Впрочем, ждать пришлось недолго. В коридоре прогрохотали шаги, и в комнату ворвался отряд хранителей — все двадцать. Все как один были вооружены парализующими ружьями, и мальчишки боязливо вжались в стены. Хранители схватили Матта и Чачо. Им скрутили руки за спиной, заклеили рты липкой лентой.

— Вас посадят под замок,— обратился Карлос к остальным ребятам.— Завтра решим, что с вами делать. Мы не потерпим — повторяю, не потерпим! — никаких массовых беспорядков!

— Хотите узнать, что сделал Хорхе? — сказал Флако.

— То, что сделали вы, во много раз хуже! — закричал Карлос.

— Он хотел убить Фиделито!

Карлос, похоже, испугался не на шутку. Он посмотрел на малыша, робко выглядывающего из-за спины Флако.

— Он нагло врет! — заорал Хорхе, потирая рукой поврежденное плечо.

— Нас тут двести человек,— ответил Флако.— И все это видели.

В его словах, понял Матт, таилась нешуточная угроза. В спальне две сотни мальчишек. Как бы хорошо вооружены ни были хранители, им не совладать с толпой такой численности.

Видимо, до Карлоса это тоже дошло. Он попятился к двери и сделал знак остальным хранителям отступить. Но мальчишки, точно пыльный вихрь на бескрайних солончаковых равнинах, ринулись к двери и преградили выход. Хранители оказались в западне.

— По-моему, вы должны нас выслушать,— сказал Флако.

— Поговорим завтра,— миролюбиво предложил Карлос.

«Нет,— мысленно взмолился Матт.— Не отпускайте их! Как только они выйдут, они тут же запрут дверь. И никогда не услышат правды».

Но сказать он ничего не мог, потому что рот у него был заклеен.

— Лучше сейчас,— решительно возразил Флако. Карлос сглотнул и крепче стиснул парализующее ружье.

— Их развратил этот гнилой аристократишка,— сказал Хорхе — С тех пор как здесь появился этот высокомерный гаденыш, все пошло наперекосяк. Это он возглавил нападение, а остальные пошли у него на поводу. Он у них вожак. А остальные — низкие лакеи!

— Не усугубляй! — сказал Карлос.

— Луна, тот, что в лазарете, рассказал мне одну прелюбопытнейшую вещь,— продолжал Хорхе.— Когда принесли аристократишку, Луна помогал укладывать его на кровать. И увидел на его правой ступне какую-то странную надпись.

«О нет! — ужаснулся Матт.— Только не это!»

— Вдоль нее тянется старый шрам, но Луна все-таки сумел разобрать слова: «Собственность семейства Алак-ран».

— Алакран? — переспросил Карлос.— Но ведь это имя старого вампира, который правит Страной грез...

— Знаю,— с довольным видом сказал Хорхе.— Хотел бы я знать, каким образом человек может быть чьей-то собственностью. Разве что он там работает. Или он сбежавший крот!

По комнате прокатился глухой ропот.

— Не употребляй этого гнусного слова,— укорил его Карлос.

— Прошу прощения.— Хорхе криво ухмыльнулся.— Я всего лишь говорил на языке, который понятен этим мальчишкам. Я как раз думал, что делать с этой информацией, как вдруг возникли непредвиденные трудности. Смешно, нельзя не признать, в самом деле смешно, что все эти лакеи присягнули на верность не настоящему аристократу, а жалкому кроту — простите, зомби!

«Нет, нет, нет!» — твердил про себя Матт.

Вот и обнаружено его слабое место! Хоть хранитель и сделал неверный вывод из его татуировки, все равно он втоптан в грязь по самые уши.

— Не верю,— сказал Флако.

— Возьми и посмотри,— предложил Хорхе.

Флако подошел к Матту и опустился на колени. Поднял глаза, словно извиняясь взглядом. Матт не сопротивлялся — это было бесполезно. Он безропотно позволил парню повернуть свою ступню к свету и ждал неизбежной реакции.

— Хорхе говорит правду. Здесь написано: «Собственность семейства Алакран»! — во всеуслышание провозгласил Флако.

Мятежный дух тотчас же покинул мальчишек. Они отошли от двери и медленно разбрелись по своим койкам.

— П-погодите,— произнес голос, который Матт ожидал услышать меньше всего.— Любой... гм... да, любой может попасть в Страну грез. Но это еще не значит... гм... что он плохой.

— Замолкни, Тон-Тон,— велел ему Хорхе.— Думать ты все равно не умеешь.

— Нет, я... гм... думал, я думал,— сказал парень.— Наши родители тоже бежали... гм... в Страну грез, и их там п-превратили в з-зомби.

Ему явно было нелегко говорить об этом.

— Моего отца не превратили в зомби,— возразил Флако.— Он живет в Соединенных Штатах и владеет киностудией. Вот заработает достаточно денег и пришлет за мной гравилет!

— Мы... гм... все г-говорим себе так,— не унимался Тон-Тон.— Но это н-неправда. Все наши родители кроты.

Сразу несколько мальчишек разразились протестующими возгласами.

— Наши м-мамы и п-папы не плохие, им просто не повезло,— твердил Тон-Тон с присущей ему настойчивостью.— Вот и М-матт тоже не плохой!

— Ложись-ка ты лучше спать,— сказал ему Хорхе.— Кому охота слушать твои бредни? Ты всегда был дураком, дураком и помрешь. Твое счастье, что я вытащил тебя из Страны грез прежде, чем понял, какой ты кретин.

— Я н-не кретин! — вскричал Тон-Тон, но никто его уже не слушал.

Мальчишки отшатнулись от Матта, как от чего-то нечистого. Хранители вытолкали его и Чачо из комнаты, и Карлос запер дверь снаружи.

Их отвели в тесный чулан, где невозможно было даже лечь. Внутри было темно и душно. Бетонный пол холодил ноги. Мальчики всю ночь просидели, прижавшись к стене, и Матт был несказанно рад, что здесь темно и что рты у них заклеены. Потому что так он не услышит, как Чачо назовет его кротом, и не увидит, как друг сожмется, пытаясь отодвинуться подальше. Матт бы этого не перенес.