Дикая и опасная - Кира Стрельникова

Я смутно слышала, как хлопнула дверь соседней комнаты — Ольга уехала, ощутила сквозь сон облегчение и удовлетворение и второй раз уже проснулась позже, часам к одиннадцати. Несмотря на то что вроде выспалась и отдохнула, учитывая предыдущую трудную ночь, тревога не хотела выселяться из мыслей. В голове крутился один вопрос: что делать?

— Ты чего, едва глаза продрав, напрягаться начинаешь? — раздался вопрос с нотками недоумения.

Немного хриплый со сна голос Вердена вырвал из раздумий. Подняла голову и обнаружила, что практически лежу на нем, хотя раньше как-то старалась все-таки устраиваться просто рядом. Неожиданно почувствовала легкий дискомфорт от осознания того, что так мне нравится больше. Блин. Я попыталась вяло дать пинка собственным взбунтовавшимся ощущениям, но не получилось. Ладно. В данный конкретный момент воевать не хотелось.

— А что, есть поводы расслабляться? — Я все-таки сползла с Тима и уселась рядом на пятки. — Что делать-то будем?

Он тоже сел, опершись спиной на подушку, задумчиво посмотрел на меня, потом неожиданно обхватил за талию и посадил лицом к себе так, что я оказалась верхом на его бедрах. Мм… двусмысленная поза, однако, но отвлекаться не позволю. Вернула очень выразительный взгляд и скрестила руки на груди. Сначала разговор, а потом все остальное, если у меня настроение будет.

— Ну, поскольку утренний хлоп мы прохлопали, — Верден усмехнулся, сцепив пальцы на моей талии, — потому что кто-то слишком любит поспать, значит, дождемся вечера, я отправлю уточнение по поводу назначения, ну и дальше в зависимости от ответа будем решать. Пока Ольги нет, у нас имеется дней десять точно для прояснения ситуации.

— Ты как-то подозрительно спокоен, — прищурилась я. — А Грановская, между прочим, слишком уверенная вчера была для простой ошибки. Может, еще Николаичу звякнуть? Пусть по своим каналам пробьет, вдруг имеет выход на кого-то с Базы? — Беспокойство не хотело меня отпускать, никак.

— Мысль хорошая! — Верден кивнул. — Если он еще не умотал отдыхать. Кстати, не хочешь тоже где-нибудь кости погреть?

Я только открыла рот для возмущенной отповеди — у нас тут ЧП, а он о каких-то поездках думает! — но Тим поднял палец, не дав сказать ни слова.

— Да или нет, Соня? — Он не сводил с меня пристального взгляда.

Ой, ладно, с ним бесполезно спорить, да и что-то мне подсказывало, что это самое ЧП мы не проясним, пока не начнутся рабочие будни. Я нехотя ответила:

— Да.

— Супер, — он улыбнулся, — на тебя благотворно влияют перемены, Сонька. — Верден нахально подмигнул. — С тобой становится легче договориться.

— Так почему ты спокойный как удав? — Да, я могу быть настойчивой.

А чего это я дергаюсь, а он нет?!

— А смысл бегать по потолку и вырывать волосы на всех частях тела, когда план действий намечен? — Тим пожал плечами. — Ты разве можешь сделать что-то вот прямо сейчас, не сходя с места, кроме как позвонить Николаичу? И до вечера еще уйма времени, а ответ по моему запросу вообще будет завтра утром. Лягуха, выдыхай уже, — Верден издал смешок, — пока ничего смертельного не произошло. Неприятно, признаю, да, но не более. Иди сюда. — Альбинос вдруг притянул меня к себе и поцеловал.

И только я расслабилась немного, увлекшись занятием, как ушлый красноглазый, крепко обхватив меня за талию, быстро перевернулся, и я снова оказалась на спине! Спасибо хоть руки не стал держать. Сердце скакнуло к горлу, я уперлась ладонями в его плечи, попытавшись сдвинуть наглеца, — ага, мечты, мечты. Пока хватала ртом воздух, выцарапывая хоть какие-то слова из съежившегося сознания и опять, опять сражаясь с разраставшимся страхом, Верден посмотрел на меня долгим взглядом и медленно улыбнулся.

— Я же сказал, предупреждать не буду, — тихо произнес он.

Выразить мое отношение к происходящему он не дал, заткнув рот очередным поцелуем. Вот черт. И что расстраивало больше всего, телу было наплевать на эмоции, пока я гоняла тараканов в голове, оно уже самостоятельно приняло решение, что требует продолжения банкета, и плевать, в какой позе это будет происходить. Твою мать, вокруг одни предатели!

После завтрака я позвонила Николаичу и очень обрадовалась, когда он все-таки взял трубку.

— Александровская? Что, уже проблемы? — добродушно отозвался он.

— Да, — не поддержала его веселого тона. — Семен Николаевич, не телефонный разговор, мы можем где-нибудь встретиться?

— Конечно, — он резко стал серьезным, — давай. Я через двадцать минут подъеду, там около метро есть скверик, ждите где-нибудь на скамейке.

Вот за что люблю иметь с ним дело, так это за то, что лишних вопросов не задает. Знает, раз звоню — значит надо, остальное выясним на месте. Мы с Тимом быстро собрались и пошли, решив прогуляться пешком, благо погода стояла хорошая. Николаич, как всегда, оказался пунктуален.

— Ну, что у вас? — Он опустился на скамейку, скользнув по окружающим вроде как равнодушным взглядом, но я откуда-то поняла: проверяет.

Хотя тут гуляли вполне себе безобидные мамаши с детьми и тусовались студенты с пивом. Вряд ли враги какие затесались.

— Вот, вчера пришло. — Верден протянул злополучное назначение с фамилией Ольги.

Николаич пробежал глазами листок и нахмурился.

— Что за фигня? — раздраженно произнес он. — Я лично ваши дела отправлял, не может такого быть!

— А как вы их отправляете? За ними кто-то приезжает или, наоборот, отвозите куда-то? — поинтересовалась я.