Дикая и опасная - Кира Стрельникова

Пока не пришел Верден, я места себе не находила, все валилось из рук. И едва в коридоре послышались шаги, поспешила навстречу.

— Тим, а вот если там есть «крот», то, может, зря мы написали, что подозреваем кого-то за спиной Ольги? — выпалила я не дававший покоя вопрос. — Может, надо было молчать в тряпочку?

— А я ничего такого в подробностях не писал. — Тим хитро улыбнулся. — Просто переспросил, нет ли ошибки в назначении — это нормально, поскольку с первого курса знал, что меня назначат. Если бы не спросил, вот тогда забеспокоились бы, и логично продолжить, а не стоит ли кто за спиной у Ольги из покровителей, что я и озвучил. Все, вопрос исчерпан, — решительно заявил он, закрывая тему. — Будем рыпаться дальше — уже можем огрести, я говорил. Так что успокойся, никто по твою душу не придет в ближайшее время. У нас самолет через два дня, на Родос летим, — резко перевел он тему. — Собрала сумку-то?

Вот не зря, не зря Вердена с первого курса выделили. Я бы и не подумала о том, что можно же и не напрямую попытаться узнать, зарядила в лоб бы, да и все.

— Ну, раз такое дело, то да, только и остается, что отдыхать, — вздохнула я. — Сумку ща соберу до конца.

Через два дня утром мы отбыли греть кости и полоскаться в двух морях. В кои-то веки у меня было отличное настроение и твердое намерение в ближайшие десять дней не портить себе отдых ничем. Пусть Верден радуется, буду паинькой. И даже не буду рычать сильно, если опять… будет на спину валить. Так, покусаю, чтоб не расслаблялся.

Возвращались мы дня за два до первого числа, и по пути из аэропорта домой Верден провел для меня краткий инструктаж, как вести себя с Ольгой.

— Лучше темы назначения особо не касайся, она сейчас только этого и ждет. Так, можно пошутить разок разве что. Скорее, Ольга ко мне будет с вопросами приставать, а мы — усиленно делать вид, что приняли ситуацию. Когда получим первое дело, посмотрим, как она действовать начнет. — Верден усмехнулся. — Если что, предоставь инициативу мне, оки?

— Оки, — кивнула я и поморщилась. — Надеюсь, ей все-таки хватит совести не устраивать нам откровенные подлянки и подставы.

Тим ничего не ответил, но на его лице появилось задумчивое выражение, он обнял меня, и я не сопротивлялась, прижавшись к его плечу и задремав. Отпуск получился хорошим, я действительно отдохнула и временно договорилась с тараканами, чтобы они портили мне жизнь поменьше. Интуиция подсказывала, что скоро будет не до личных проблем. Она не ошиблась.

Грановская уже была дома, тоже загоревшая, веселая, но я подметила в глубине глаз странный огонек, когда она посмотрела на ввалившихся в коридор нас.

— Как отдых? — непринужденно осведомилась Ольга.

— Отлично. — Верден нейтрально улыбнулся. — Давно дома?

— Да вчера утром приехала. — Она села на диван в гостиной и взяла ноут. — Еда в холодильнике есть, если что.

Я помалкивала, исподтишка наблюдая за ней. Вроде все как обычно, но… чувствовалось напряжение в воздухе. Она словно ждала чего-то от нас, а мы, бросив сумки, просто ушли в ванную. Вдвоем. Тут я тоже не возражала, в присутствии Ольги мне спокойнее было рядом с Тимом.

— Сонь, сходишь завтра со мной в одно место? — спросил вдруг он, пока я снимала сарафан и включала воду.

Да, сарафан, длинный такой, до пола. Все-таки в Греции слишком жарко для любимых штанов, да и в Питере тоже погодка радовала на удивление.

— Куда? — Я избавилась от остальной одежды и забралась под душ, жмурясь от удовольствия под горячими струями.

— Мм… ты как к татуировкам относишься? — огорошил Тим, пристроившись за спиной и обняв.

Я еще больше удивилась.

— Никогда о них не задумывалась. А что? — Любопытство подняло нос, нетерпеливо им пошевелив.

— Хочу тебе сделать.

Она, внезапно, однако.

— Зачем? — повернулась к нему, уставившись в очень задумчивые красные глаза.

— Амулет украсть могут, — кратко пояснил он, но я опять ничего не поняла. — Защиту тебе сделать хочу, — терпеливо добавил Верден. — Такую, чтобы в случае, если меня рядом вдруг не окажется, ты могла справиться. Ты не против?

— Защита с помощью татушки? — Я хмыкнула. — Интересненько…

— Руны, — улыбнулся он. — Покруче любого амулета будет. Согласна?

Почесала в затылке, подумала. Почему бы и нет? Верден плохого не посоветует, а уж в рунах рубит будь здоров.

— Ладно, схожу. А что, сам будешь делать? — тут же спросила снова.

— Почти, — он усмехнулся, — у друга салон есть, я как-то подрабатывал. Контур он сделает, а остальное я сам.

Идея как-то неожиданно очень понравилась, и я сразу поняла, где хочу: на запястье.

— Здесь, — показала где. — Нормально будет?

— Отлично. — Тим осторожно провел подушечкой пальца по коже, и я поспешно отдернула руку.

— Эй, но-но, — помахала пальцем перед его носом. — Никаких развлечений в душе, хватит с тебя отпуска, беру таймаут! — категорично заявила, но кто ж меня слушать будет.

— Что, и спать будешь с Ольгой? — Противный альбинос прищурился, его ладони скользнули на талию. — Не боишься?

— Она, по крайней мере, приставать не будет, когда я спать хочу, — буркнула я, решительно отведя его руки. — Верден, поимей совесть, хорошенького понемножку! А то привыкнешь. И вообще, я помыться хочу!

— Мм, хочу привыкнуть, — мурлыкнул он, за что получил чувствительный шлепок по животу.

— Облезешь, — решительно заявила я на его наглое заявление. — И вообще, еще одно поползновение, вылетишь отсюда на фиг! — пригрозила ему, и — о чудо! — альбинос внял.

Он издал смешок, но руки убрал.

— Интересно было бы посмотреть на это. — Верден ухмыльнулся. — Ладно, ладно, Сонька, успокойся. Просто помоемся и пойдем ужинать.

Черт. Последнее время такие вот перепалки, не то в шутку, не то всерьез, случались регулярно, и… как-то мне они нравились. Где-то ну очень глубоко в душе.

Вечером, как и планировала, пошла спать к себе. Присутствие Грановской, конечно, нервировало, но она засиделась в кабинете, и поэтому я уснула раньше, чем Ольга тоже легла. А на следующий день, позавтракав, мы засобирались. Грановская, сидевшая в гостиной и смотревшая телик, покосилась на нас и словно невзначай поинтересовалась:

— Гулять?

— Типа того. — Тим спокойно кивнул. — Пока есть возможность и не нагрузили работой. Бай-бай!

Чем дальше в лес, тем толще партизаны… Я успела заметить недовольно поджатые губы Грановской, прежде чем уйти. Да что с ней такое происходит?! Пока спускались, вытащила мобильник и набрала Николаича.

— Привет, как вы там? — тут же откликнулся он.

— Все вернулись, завтра, я полагаю, нас уже чем-то озадачат, — ответила я. — У вас никаких сведений?