Мастер рун - Михаил Михайлов

– Ни разу, – честно ответил парень. – Выглядят как уроды, жертвы безумного мага или Саалигира. Сильные очень и живучие.

– Миньоны – это слуги демонов, добровольно принявшие в себя демоническую кровь и прошедшие ритуал. Сильны, кровожадны, не умеют отступать и всегда выполняют приказы своих хозяев демонов.

– Ими командовала Оливера, её они слушались.

Дюнкер тяжело посмотрел на девушку, на которую уже надели ошейник, потом вздохнул:

– По большому счёту, прикончить её надо, да жрецы озлобятся. Им суд с пристрастием подавай, интересно, видите ли, как и отчего люди идут под власть демонов. Ладно, скрутим её посильнее да барону пред его светлые очи первым же делом поставим, как в замок прибудем. Пускай он решает, что с ней делать. И мертвецов этих заберём.

В замок вернулись лишь к вечеру следующего дня. Уставших, грязных людей отмыли, накормили и предоставили отдых. А вот Косте поспать не удалось – около полуночи к нему в комнату постучалась Танша. Девушка сама решила посетить землянина.

Когда Костя открыл дверь, девушка повисла на его шее и стала покрывать лицо поцелуями.

– Милый мой Кост, я так по тебе соскучилась, так волновалась, – торопливо шептала девушка, прижимаясь всем телом к Косте. – С тобою ничего не случилось, ты не ранен?

– Танша, всё хорошо, я цел и невредим, а разбойники все уничтожены, а кт выжил, тот в плену, – успокоил баронетту Костя, часто целуя её в губы, щечки и шею.

– Расскажи, как это было. Я слышала, что ты сражался с демонами. Там было страшно?

– Бой был жесток, от разбойничьих стрел небо чернело, а от их криков стыла кровь в жилах. Вместе с простыми людьми на нас бежали миньоны – свирепые, не знающие боли, страха и жалости демонические создания, а их главарь-маг забрасывал меня и воинов огненными шарами и сбрасывал лавину за лавиной…

Рассказчик из Кости был хороший, от его слов девушка то бледнела, то краснела, иногда тихо вскрикивая и прикусывая костяшки жемчужными зубками. Рассказ закончился в кровати, и в этот раз баронетта превзошла себя. Костя даже испугался, что на её крики и стоны прибегут все стражники во главе с бароном. Настоящая, пусть и приукрашенная, история и главный её участник в лице рассказчика возбудили девушку сверх меры.

– К отцу приехал гонец от княгини, и я слышала, как они говорили о тебя. Что-то связанное с рыцарским званием, обещанным отцом тебе, – сообщила перед своим уходом девушка, потом лукаво улыбнулась, чмокнула в левую щеку Костю и добавила. – Папа пообещал, что обязательно сделает тебя рыцарем, я его очень-очень попросила, а ещё Алия и Милена. Они сказали, что ты такой милый.

Обряд посвящения в рыцари оказался очень долгим и громоздким, переполненным ненужными (по мнению землянина) деталями. Костя несколько часов провёл в храме богини Матери Ашуйи, затем баронский писарь зачитывал десятки имён дворян, которые оказались рыцарями и оставили заметный след в истории. При этом после окончания короткого рассказа о каждой такой личности, Косте вменялось громко и чётко произносить фразу «буду достойным сему рыцарю!». И всё это под присмотром десятков пар глаз – баронского семейства, самых опытных дружинников, их командиров, жрецов.

Апофеозом стало омовение: Костя разделся, остался в одних подштанниках, встал в бронзовый тазик, а барон попеременно поливал его сверху ледяной и очень горячей, чуть ли не кипятком, водой из крошечного ковшика.

После купания Д'Рамст собственноручно обрядил Костю в латы, оставив непокрытой голову, а на пояс повесил простой кинжал.

Костя стоял на одном колене, опустив голову к полу, напротив него на небольшом столе, покрытом рыцарским плащом, лежал обнаженный меч, пояс с пустыми ножнами и золочёные шпоры. Рядом со столом стоял барон в доспехах, опоясанный золочёным (а может, и золотым), собранным из узорных пластин, поясом.

– Ныне рождается новый рыцарь, доказавший делами своими, что сталь в руке его служит делам правым и карает преступников, – Д'Рамст взял пояс обеими руками и приказал. – Встань, воин.

Распрямившегося Костю, барон опоясал поясом и произнёс:

– Да будут препоясаны чресла твоим сим воинским знаком!

После этого взял меч и коснулся мечом левого и правого плеча, взял Костю за руку и вложил в неё рукоять меча, после чего вставил оружие в ножны.

– Усмиряй гордыню свою, как бы высоко не поднялся, помни, что ты равный среди достойных и благородство не в титуле и золоте, а в крови твоей и твоём первом мече!

После меча уже сам барон встал на колено, чтобы привязать шпоры к сабатонам.

– Нет позора преклонить колено пред достойным, помни это, а так же гони из сердца презрение к тем, кого считаешь недостойными себя. Помни, что пред богами и король и серв равны.

Когда барон выпрямился, Костя опустился на колено, вынул из ножен кинжал и протянул тот рукоятью в сторона барона, при этом рукоятка лежала на левой ладони, клинок на правой, а острие смотрело в шею землянина.

– Прими мою верность или отпусти служить миру, народу и богам.

Барон взял кинжал и внимательно посмотрел в глаза Кости. Если сейчас он спрячет за пояс, то быть землянину его вассалом. Несмотря на все клятвы и заверения такое иногда происходило, и рыцарю скрипя сердцем и лелея планы отмщения, приходилось служить.

– Ты благороден и достоин рыцарского звания, воин Кост Кост. Я не могу принять твою службу ибо чувствую – миру и богам нужна твоя помощь, – с этими словами Д'Рамст подал рукоятью вперёд кинжал Косте. – Защищай вдов и сирот, охраняй храмы, спасай обречённых, избегай несправедливой среды и нечистого заработка.

В самую последнюю очередь плечи Кости укрыл плащ – из тяжёлого серебристого щёлка с белой меховой оторочкой и вышитым золотой тесьмой контуром рыцарского щита-тарча в центр которого был вписал пустой гербовый щит. Отсутствие герба означало, что Костя из свободных всадников, не имеющих ни надела, ни славы предков и господина, всё это он должен теперь заслужить сам.

На этом ритуал посвящения в рыцари был закончен. Зрители стали расходится, сам Костя и Д'Рамст направились в баронский кабинет.

– Снимай броню, необязательно в ней постоянно ходить, – сказал барон и первым подал пример, принявшись разоблачаться с помощью пожилого слуги. К Косте поспешил второй, совсем молодой паренёк не старше пятнадцати лет. Металлические защёлки и крепления выигрывали рядом с кожаными ремнями, так что, землянин снял железо раньше Д'Рамста. Чтобы не смущать друг друга нательным бельём, оба мужчины надели длинные пушистые халаты с шёлковой подстёжкой. Броню слуги унесли, пообещав уложить ту в Костиной комнате. Оставили только оружие, которое теперь должно быть с землянином постоянно. Ну, в этом замке и в ближайший месяц, по крайней мере.

– Выпьем за твой титул, – барон собственноручно наполнил два серебряных кубка рубиновой ароматной жидкостью и поднёс один из них Косте. – За тебя, сэр рыцарь.