Двурожденные. Книга 3. Браслеты Скорби - Брендон Сандерсон

Тот упал на колени, глядя вверх, на стену, всю в потеках запекшийся крови, где она когда-то капала с нескольких масок.

Мараси прижала ладонь ко рту. Трупов не было, но кровь говорила о бойне. Человек, которого она спасла, дрожащей рукой поднял собственную маску, переместил ее на затылок, открыв лицо. Молодой – куда моложе, чем она предполагала. Юнец, которому еще не исполнилось и двадцати, с короткой редкой бороденкой и усиками, не мигая смотрел на эти маски, раскинув руки в жесте, выражающем неверие.

Мараси шагнула вперед и собралась было приподнять подол юбки, чтобы он не коснулся окровавленного пола, но вспомнила, что на ней брюки.

Когда она подошла к юноше, тот повернулся и со слезами на глазах прошептал:

– Пожалуйста…

Вакс вошел в комнату.

Тельсин сидела, вертя в руке карандаш. На столе лежал говорящий ящик, но не издавал ни звука. Она не спеша повернулась, чтобы посмотреть, кто вошел, – и застыла, разинув рот.

Держа в другой руке алюминиевый пистолет, Вакс тихонько закрыл дверь. Он начал говорить, но Тельсин сорвалась со своего кресла и бросилась в его объятия. Прижалась к его груди и негромко зарыдала.

– Ржавь… – Вакс ощутил неловкость. – Что они с тобой сделали, Тельсин? – Он точно не знал, чего ждал от их воссоединения, но уж точно не этого. Как-то не представлял, что однажды увидит, как она плачет. Просто не помнил такого.

Покачав головой, Тельсин отодвинулась, шмыгнула носом и стиснула зубы. Она выглядела… старой. Не древней, но Вакс помнил сестру юной девушкой, а не женщиной средних лет.

Хоть это и было глупо, Вакс не ожидал, что возраст одолеет Тельсин. Она всегда казалась непобедимой.

– Здесь есть другой выход? – озираясь, спросил он.

– Нет, – ответила Тельсин. – У тебя есть еще оружие?

Вакс вытащил и вручил ей «стеррион»:

– Знаешь, как этим пользоваться?

– Я быстро учусь. – С оружием в руках Тельсин стала выглядеть куда более спокойной.

– Тельсин, он здесь? Наш дядя?

– Нет. Я только что говорила с ним через это устройство. Ему нравится… нравится проверять, как у меня дела. Я вынуждена повторять, до чего чудесны условия, в которых меня содержат. Он все еще притворяется, что я его гостья.

– Что ж, ты здесь больше не гостья. С этим покончено. Идем. – Вакс надеялся, что отвлекающий маневр Уэйна все еще действует.

Но Тельсин снова опустилась в кресло. Держа пистолет обеими руками, она невидящим взглядом уставилась в пространство:

– Столько вопросов. Почему ты вернулся? Ржавь… а почему ты ушел, Ваксиллиум? Ты не приехал, когда я посылала за тобой, когда состоялась моя помолвка с Маурином, когда умерли наши родители…

– Времени нет, – хватая ее за плечо, напомнил Вакс.

Тельсин обратила на него рассеянный взгляд:

– Ты всегда был тихим. Задумчивым. Как же ты здесь оказался? Я… твое лицо, Ваксиллиум. Ты постарел.

Дверь внезапно распахнулась. Возникший в проеме верзила с толстыми руками – Вакс сражался с ним в поезде – сначала замер, потом разинул рот, растерянно переводя взгляд с Вакса на Тельсин.

Тельсин в него выстрелила.

– Мы должны идти, – сказала Ме-Лаан.

– Возьмем его с собой. – Мараси указала на человека в маске.

– Зачем?

– Разве ты не поняла, Ме-Лаан? Тот корабль построен не Кругом. Он словно из другого мира, далекого и чужого. Наверно, потерпел крушение возле наших берегов, и Круг притащил его сюда, чтобы изучить.

Ме-Лаан склонила голову набок:

– Гармония и впрямь иногда говорит странные вещи о других народах, не из Бассейна… – Она моргнула, сосредоточившись на юноше, который стоял на коленях на окровавленном полу. – Ого! О-го-го!

Мараси кивнула. Вот оно – доказательство существования жизни за пределами Дикоземья и пустынь, что лежали позади него. Она не могла оставить этого человека здесь, в особенности с Кругом.

– Что ж, забирай его. – Кандра направилась к выходу. – Пора возвращаться к месту сбора.

Мараси поманила юношу за собой. В первый момент тот не шевельнулся, продолжая отрешенно глядеть на висевшие на стене пустые маски. Потом дрожащими пальцами ухватил свою и вернул ее на лицо. Встал, поплотнее запахнул одеяла и заковылял следом за Мараси, которая пересекла комнату с клетками и вошла в кабинет.

Ме-Лаан была уже в коридоре. Мараси подхватила винтовку и заторопилась следом. Ржавь, что скажет Ваксиллиум, когда узнает, что она подобрала этого несчастного? Она почти слышала его голос: «Ты его освободила, Мараси, но он считает тебя членом той же компании, которая, похоже, убила его друзей. Будь осторожна».

Она остановилась у двери и оглянулась, крепче сжимая винтовку. Ваксиллиум иногда вел себя как старый ворчун, но оказывался прав чаще, чем ошибался. Человек в маске мог оказаться опасным.

Юноша стоял посреди кабинета и растерянно озирался по сторонам. Сколько его держали в той клетушке, в темноте? Сколько он слушал, как его друзей забирают, пытают и убивают?

Ржавь и Разрушитель…

Юноша в маске отыскал взглядом сейф и, шаркая ногами, направился прямо к нему. Заглянул внутрь… На мгновение Мараси предположила, что незнакомец собирается взять деньги. Но разумеется, нет – он вытащил маленький диск с полосками ткани.

Дальше произошло то, чего Мараси ожидала меньше всего, – юноша вдруг стряхнул с себя одеяла…

Под ними оказалась вовсе не набедренная повязка, а штаны чуть ниже колен, тугие белые чулки, просторная белая рубашка и поверх нее аккуратный жилет того же красного цвета, что и маска, с двойным рядом пуговиц.

Мараси впервые видела подобную одежду, но это уж точно не был дикарский наряд. Резким движением засучив один рукав, юноша обнажил руку и с помощью полосок ткани привязал к ней диск.

Непонятный ритуал буквально преобразил незнакомца. Низенький, на пару дюймов ниже Уэйна, он словно вырос на фут, во взгляде появилась уверенность. Но, ржавь, что же делать? С этой-то маской его вряд ли можно счесть неприметным. Мараси с Ме-Лаан еще могли, не привлекая внимания, преодолевать короткие расстояния в здешних условиях, но этому юноше такое точно не по силам.

Где-то в ангаре раздались выстрелы.

Возможно, о том, как прокрасться незамеченными, уже не стоит и беспокоиться.

20

Труп с застывшим на лице потрясением рухнул через порог, продолжая одной рукой сжимать дверную ручку. Тельсин выстрелила четыре раза и попала только дважды, но этого оказалось достаточно.

Выругавшись, Вакс схватил сестру за руку и потащил через комнату. Другой рукой он отыскал на поясе флакон с металлическими хлопьями.

– Я их всех убью, Ваксиллиум, – шептала Тельсин, – всех до единого. Они держали меня в плену…