Огонь в крови - Купава Огинская

И мне стало холодно.

Волосы медленно дотлевали, когда на мои голые плечи опустилась выдержавшая встречу с огнем куртка.

— И чего… Яна была права? Я теперь действительно не человек?

— Не совсем человек. — кивнул Абель, осторожно обнимая меня. Уткнувшись носом в его рубашку, я глухо сказала:

— Я Ашта-Хэша убила.

— Да. Яхве будет опечален, он хотел откусить ему голову лично… — весело ответил Абель. Как всякий дракон, он не видел в этом особой трагедии.

— Нет. Я человека убила!

— Веда, хочу тебе напомнить — ты уже не человек. Когда научишься обращаться с моим огнем, сможешь гордо зваться хранительницей гнезда, но пока ты просто моя хранительница. И не человек.

— И что, мне теперь можно убивать людей? — голос не дрожал, я не дрожала, и не хотела плакать. И…не чувствовала я за собой никакой вины. Словно бы и не я на самом деле беса сожгла. Сама ведь только что Абелю сказала, что виновата, а вины не чувствовала. И это пугало сильнее всего.

— Можно. — заявил он, но услышав мой сдавленный всхлип с сомнением спросил. — Нельзя?

— Я уже и не знаю…

— Золотце, ты пока подумай, а я сейчас решу один вопрос, ладно? А то этот вопрос уже дыру в моей спине просверлил.

Драконица действительно смотрела только на него. Не спеша превращаться или нападать.

— Что смотришь, как мы с тобой разговаривать будем? — раздраженно спросил ужас.

Мальви решила считать это приказом к действию. Превратилась. Поразив Абеля своим изможденным видом, и сразу перешла к мольбам и просьбам. Помочь им с братом, уничтожить их кристаллы, который бес носил на цепочке, по соседству с кристаллом Яхве, взять в стаю и все объяснить.

Она действительно была совсем молодой, эта драконица. Юной. Напуганной и несчастной.

И пока Раданэш с похудевшей, побледневшей, но живой дочерью выпутывали драконов из ловушки, Мальви вместе со своим братом, носившим совершенно неоригинальное имя Мальни, слушали Девора.

Отморозок, кажется, успел привыкнуть к тому, что растолковывать все выпадало на его долю, хотя оба водяных дракона пошли под крыло Абеля.

Яхве утешал свою хранительницу, я все никак не могла привыкнуть к неожиданно коротким волосам. Они едва доставали до плечь и очень меня этим печалили. И кожа, покрытая сажей, чесалась под наскоро наброшенной одеждой.

Командор дожидался своего приговора в темнице. Занял койку одного из аристократов, с достоинством встретившего новость о смене власти…вернее о возвращении власти к законному королю. Что примечательно, командор был целенький. Несколько синяков и сломанная рука — не в счет. Но усердно и с охотой сдал тех, кто помогал ему в воздвижении на трон Ашта-Хэша.

Сдал он всех, и съеден не был до сих пор исключительно по одной причине — Абель решительно отказывался отходить от меня хоть на шаг. Боялся, что я вновь воспламенюсь, пока его поблизости не будет.

Не верил, что я успокоилась и больше не планирую никаких поджегов.

— Ну в самом деле, я чувствую себя совершенно обычно. ДА и сил на то, чтобы просто стоять у меня уже нет. Что уж про призыв твоего огня говорить? — почесав плечо, я уныло вздохнула.

Внизу, на площади, отделенный от меня целой лестницей, Раданэш что-то негромко выговаривал принцессе. Та кивала, но все еще не могла освободить драконов.

Героическое спасение стаи затягивалось.

Прислуга, подуставшая от столь частой смены власти, уныло перетаскивала останки разрушенных драконов в телеги, чтобы, стало быть, вывести за город. Первоначально было решено просто сгрузить их где-нибудь у леса, но Абель настоял на том, чтобы камни были похоронены. Ну…как настоял? Сухо приказал и проникновенно улыбнулся, продемонстрировав свою клыкастость.

Камни закапывать обещали с уважением.

Я смирно ждала, сидя на верхних ступенях, на куртке Абеля, подперев щеку ладошкой. Ждала, пока первая неразбериха уляжется и станет ясно, что будет дальше.

— Не хочу рисковать. — Абель сидел рядом, почти не смотрел на человеческую возню, предпочитая коситься на альбиноса, его перенервничавшую хранительницу и Девора, с тоской во взгляде объяснявшего водным, чего происходит и почему стая у них такая оригинальная.

Пробудив драконов, Ашта-Хэш не потрудился им что-то объяснить, и если Яхве, благодаря видовым особенностям характера, еще пытался как-то понять, что происходит, то близнецы томились в неведение, не представляя, что власть кристалла над ними не абсолютна и можно найти лазейку в любом приказе. Если захотеть.

Раза с седьмого ловушка поддалась. Первой из нее вырвалась ледяная драконица, что, наверное, неудивительно — если все, что Девор мне про их самок рассказывал правда, то целеустремленности этой дамочке было не занимать.

Драконица взревела, прислуга прыснула в стороны, побросав весь свой трудовой инвентарь. Раданэш успел оттащить дочь за статую Гэдаша, укрывших от брызнувшего в разные стороны крошева.

Абель подскочил, с тоской посмотрел на меня, потом на беснующееся крылатое чудище, озверевшее от очередного обращения в камень.

— Иди-иди, спасай людей и драконов. — покивала я.

— Сиди здесь, — велел он, — почувствуешь себя странно — кричи.

— Как скажешь. — покладисто пообещала я. Ужас вроде как поверил и отвернулся, и вопрос, неожиданно закравшийся в мой мозг, нагнал его уже в пути. — Абель!

— Ммм? — он не притормозил, но значительно замедлил спуск, полуобернувшись ко мне.

— Скажи, а спокойно жить мы когда-нибудь будем?

Хотела объяснить свой вопрос. Рассказать о том, что все произошедшее за последние недели слишком необычно и непривычно для моей прежней, тихой жизни, что возвращение из безумного путешествия оказалось таким же неожиданно сумасшедшим, и мне просто хотелось знать есть ли надежда, что впереди меня больше не ждет никаких потрясений…

Абель понял все сам. Улыбнулся и пожал плечами.

— Прости.

И поспешил вниз, подгоняемый шипением скинувшего каменный кокон лесного дракона и энергичной бранью впечатленной Бьерры, остервенело стиравшей с рук каменную пыль.

— Ну что, несчастье. — стоило только Абелю уйти, как рядом очутился Девор. Упал на куртку, обнял за плечи, вздохнул. — Вернулась домой?

— И чего ты такой счастливый?

— Мир изменился, а вы, люди, нет, все так же грызетесь за власть. И это не может не радовать. — Хохотнул он. — Ведь значит, что мир изменился не так уж сильно.

— Какой-то у тебя неправильный оптимизм. — кисло заметила я. — И чего ты драконов бросил?

Мы не сговариваясь повернулись к близняшкам, в этот момент пугавшим своим полудохлым видом Эвику.

— Пусть Яхве с ними немного помучается. Мне надоело.