Ущелье - Маргарита Епатко

Меч в руках становился горячим. Мужчина уже едва держал его. Он как живой что-то требовал от Петра.

– Я помню, что сказал дед, помню, – Петр поморщился, сжимая обжигающий ладони булат. Он стиснул зубы и остановился, стараясь не смотреть на прыгающую тварь.

– Если кто-то уже вонзал сюда клинок, значит это в принципе возможно, – мужчина размахнулся, ударяя по камню.

Пылающий сноп искр был ответом на неудачную попытку.

– Ладно, погорячился, с кем не бывает. – Петр размахнулся снова. И опять неудача.

Тварь прыгала вокруг, стараясь зацепиться когтями за невидимый верх стены. Пару раз ей это почти удавалось. Но она снова валилась обратно.

– Не дотянуться, не значит не перепрыгнуть, – подумал Петр и постарался сосредоточиться на следующем ударе.

Судя по всему, времени у него оставалось немного. Он занес руку и со всей дури шмякнул об камень. Меч обиженно зазвенел. Казалось, он ругает незадачливого воина.

– Я предупреждал, что не богатырь, – пробурчал Петр, ища возможно более рыхлое место в камне, куда, в конце концов, можно было бы воткнуть злополучный меч.

Плотоядное урчание за спиной заставило обернуться и посмотреть вверх. Существо в клочкастой белой шерсти облизывало громадные клыки, сидя наверху невидимой стены. Тварь была слишком высоко, чтобы он мог дотянуться до нее ударом. А вот у нее была полная свобода для маневра. Прыжок сверху и жертве не скрыться. Она явно не торопилась, наслаждаясь превосходством.

– Ну и хрен с тобой, – сказал Петр, с размаху опуская меч на замшелый камень. Но и этот жест отчаянья не получил вознаграждения. Меч категорически не хотел входить в валун.

– Проиграл, – довольно окрысилось создание. – То-то потешимся теперь, – прорычала она.

Петр нахмурился. Тварь не шутила. С горы валили густой туман, а из этого тумана выступали такие морды, такие зловещие чудовища, что тварь, в которую преобразилась бабка, казалась неудачной китайской игрушкой.

– Паноптикум, – выдохнул Петр и стоически занес руку для последнего удара.

Уж если они медлят, почему бы не использовать время в свою пользу.

– Не так бьешь, – над ним тенью пронесся силуэт жены.

Походя, она сбила с призрачной стены бабку и нырнула в туман. Из рук Коры как будто лился свет, разгонявший морок вокруг валуна.

Петр пожал плечами и снова безнадежно попытался всадить меч в камень. Его даже не удивил полет жены. Безумная поездка. Безумный поселок. Почему бы и им не присоединиться к этому празднику жизни?

Кора сделал круг над камнем, отгоняя морок еще дальше, и приземлилась на валун рядом с мужем.

– Удар надо наносить строго вертикально. Сверху вниз. Клинок должен идти ровно. Тогда все получиться, – будничным тоном сказала она, заставляя Петра расцепить обожженные ладони.

– Милая, ты опять командуешь, – улыбаясь, сказал Петр.

Она была жива. Она опять все знала лучше него и бестактно об этом заявляла. Но это, несомненно, было одно из самых счастливых мгновений его жизни.

– Тебя здорово приложили. Голова не кружится? – он обеспокоено посмотрел на ее рассеченный лоб.

– Тебя тоже кивнула она. Но сейчас надо торопиться. Я не смогу держать их слишком долго.

– Их? – не понял Петр.

– Их, – она показала в лес, откуда к ним двигалось разношерстное войско.

Мужчины, одетые в черкески и казачью форму. Люди в шароварах и полушалках, вооруженные до зубов, слаженно двигались под предводительством высокого мужчины с длинными кудрявыми волосами до плеч.

– Эй, люди! – он радостно замахал им рукой. – Давненько я не помню такого продвижения тумана. Повремените еще немного, и я вас отблагодарю по царски, – он что-то швырнул к их ногам. Крупные монеты покатились по валуну, отливая в свете заходящей луны тусклым желтым светом.

– Меч обхватывай двумя руками. Лезвием вертикально вниз. Заноси над головой. Твоего роста должно хватить, – четко, как приказ, сказала Кора.

Петр ухватил клинок.

– Эй, – в голосе кудрявого послышалось беспокойство. – Дорогой, твоя жена всегда тобой командует?!

– Моя жена, я и разберусь, – ответил Петр, с размаху загоняя клинок в неожиданно податливый камень.

Булат засветился так ярко, что им пришлось зажмуриться.

Слезы потекли из глаз. Они попятился назад.

– Все в порядке? – Кора вцепилась в его руку.

– Все хорошо, солнышко, – он с трудом разлепил глаза.

Клинок уже едва мерцал. Но булат, похоже, сделал свою работу. Призрачное войско у леса исчезло. Туман растаял. А от полоумной старушки остался лишь белый платок, зацепившимся за куст ожины.

– Надо все спрятать, – прошептала Кора, опускаясь на колени.

Она зашептала что-то себе под нос, и ползучие травы облепили валун с мечом. Прорезавшиеся у валуна колючие кусты раскинули ветки, а появившаяся рядом с ними молодая елочка, казалось, насмешливо глядела на удивленного Петра.

– Как ты это сделала? – спросил муж.

– Потом объясню, – улыбнулась она.

Кора внимательно смотрела на мужчину перед ней и думала, что могла бы любоваться им вечно.

– Эй! – треск кустов со стороны горы заставил парочку оторваться от обмена взглядами.

– Эй, – Сеня, чертыхаясь, вывалился из колючей ожины. – Знаешь, друг, – обратился он к движущемуся следом Мурату, – эта звериная тропа по почти отвесному склону, скорее для волков, чем для людей.

– Это единственный выход с этой стороны горы, – невозмутимо парировал смуглый мужчина. – К тому же мы шли на голоса. И, по-моему, не зря. Земля под ногами не горит.

– Не знаю, на какие голоса вы шли, – ворчливо произнес Марк, продираясь следом. – А я, в этот лес больше ни ногой.

– Сам жену нашел? – Сеня радостно смотрел на туристов. – Ну, ты хоть бы предупредил нас, когда из машины удрал, – укоризненно сказал он Петру.

– Так получилось, – скульптор смущенно пожал плечами.

– А где Димыч? – Кора посмотрела на Петра, потом на мужчин.

– С ним все в порядке. У Павла в отеле спит, – успокаивающе сказал Сеня.

Петр и Кора облегчено вздохнули.

– Вы вот что, идите с Марком к «Серебряному ручью». А мы с Муратом вытащим из пещеры Антонину.

Кора закусила губу и внимательно посмотрела на Мурата. Он улыбнулся одними глазами и сказал, обращаясь исключительно к ней.

– Думаю, дальше мы вполне справимся без вас, уважаемая.

– Разумеется, справитесь, – Петр демонстративно взял жены за руку.

Ему не понравился взгляд смуглого мужчины.