Зеркала - Мария Покусаева

Словно у него было право говорить с богами на «ты».

Богов было двенадцать, поэтому храмы, такие, как этот или как тот, который стоял на Площади Согласия, посвящали им всем. Только порядок размещения статуй мог отличаться в зависимости от местности, но одно было неизменно: вход охранял Двуликий, повелитель дорог и дверей, а напротив входа, за спиной жреца, стоял Милосердный.

Тот, который владел жизнью и смертью.

Богиня была по его правую руку как верная сестра, а по левую – тот, кто отвечал за магию как за потоки волшебной силы.

Кроме Дюжины были еще десятки святых, преподобных и прочих почитаемых имен, и когда Кондор сказал, что выбрать можно любого, он не шутил. Все Двенадцать были равны.

– И кто же из них твой покровитель? – спросила я.

В центре зала в несколько рядов стояли скамьи, как в католическом храме, красивые, с деревянной резьбой и обитыми бархатом сиденьями, и сейчас мы заняли одну из них, спрятавшись за колонной. Справа от меня была статуя Сияющего, того бога, который покровительствовал искусствам и красоте.

Кондор улыбнулся:

– Я могу попросить тебя догадаться? – сказал он. – Не сейчас, пусть это будет… проверкой на сообразительность, – добавил он, когда понял, что я начала озираться по сторонам. – Посмотрим, что ты думаешь обо мне. Я не буду смеяться, правда, насколько бы ни был твой ответ далеким от истины.

Я моргнула.

– В конце концов, я привел тебя сюда чуть за другим, – продолжил волшебник и задумчиво провел пальцами по спинке скамьи, стоящей перед нами, словно стирал с нее несуществующую пыль.

Я сидела, вцепившись руками в сиденье и скрестив лодыжки, как школьница, скучающая во дворе. Мне было неуютно и странно оказаться здесь, в невероятной тишине, которую нарушали лишь наши голоса и легкое потрескивание горящих свечей. Ни жрецов, ни слуг, ни посетителей – сейчас здесь не было никого, и мне казалось, что этот наш тайный визит нарушал сразу десяток правил и тянул на какое-нибудь публичное наказание за оскорбление чести королевской семьи.

Но Кондор был спокоен, и я заставила себя перестать искать поводы бояться.

– Несколько лет назад, – сказал волшебник, глядя вперед, на статую хрупкого юноши, почти мальчишки, опирающегося не то на крест, не то на посох с поперечной перекладиной, которая делала его на крест похожей. – Шесть или семь, я сейчас боюсь сказать точнее, двое юношей из благородных семей попали в большой переплет. Они оказались на материке Латиерра Нуова ровно в тот момент, когда местные жители, устав от жестокости аглаверских захватчиков, призвали своих собственных богов помочь им навести порядок. Аглавер к тому моменту владел колониями в Новом Свете почти тридцать лет и, надо сказать, не собирался ни с кем делиться ими, поэтому Иберия и Ангрия, а также пара других стран, пытались основать свои колонии. Новая земля оказалась очень богата. – Кондор усмехнулся. – И, конечно, за право владеть ей велись войны, в которых мы воевали то друг с другом, то с теми, кто на той земле жил.

– Я поняла, о чем ты, – сказала я.

«Значит, – подумала я, – история здесь похожа на нашу, хоть и отличается от нее. Вот тебе и Новый Свет, и конкистадоры, и война за колонии».

Жаль, что я знаю историю своего мира не настолько хорошо, чтобы понять все и сразу.

– Не сомневаюсь. – Он кивнул. – Не буду рассказывать тебе, как я туда попал, это слишком долгая и не очень приятная история. Будем считать, что, как и полагается юноше из благородной древней семьи, я после совершеннолетия уехал смотреть мир. И попал в компанию другого юноши из благородной и древней семьи, который тоже уехал смотреть мир, но чуть дальше, чем надеялись его родители. Так мы познакомились с Даром.

Я кивнула в знак того, что внимательно его слушаю.

– Путешествие окончилось немного не так, как мы оба хотели, и мы бежали с Латиерра Нуова на первом попавшемся корабле. Он шел через Чи в Бхарту, и мы застряли в Бхарте. В одном из храмов, которые местные жители называют Домами Знаний. Понимаю, что веду тебя окольными путями, милая. – Волшебник посмотрел на меня. – Но иначе мне сложно рассказать это так, чтобы ты поверила, что ли?

– Не переживай, – ответила я. – Я тебя внимательно слушаю.

Внимательно слушаю и очень, очень старательно пытаюсь понять.

– В Бхарте мы застряли на несколько месяцев. К счастью, Дар к тому моменту уже успел научиться многому, в том числе дипломатии и паре чужих языков. Мы попали к жрецам Дома Знаний, и один из них, узнав, откуда мы, рассказал нам неприятную новость. То, что случилось с Латиерра Нуова, всколыхнуло магические потоки по всему миру. Поменяло баланс сил. Мы не чувствовали этих изменений, потому что они пока были малозаметными, но между материком и остальным миром появился барьер, который нельзя пройти. Наш мир разделился на два мира, и никто не знает, что происходит сейчас там, за этим барьером. Мы знаем только, что магия в нашем мире начала… – он замолчал на минуту, словно пытался подобрать слово.

– Ослабевать? – подсказала я.

– Не совсем. – Кондор снова провел пальцем по дереву. – Скорее, она из реки, спокойно текущей в нужном направлении, стала вдруг болотом, потому что появился барьер, не дающий ей течь дальше. И со временем что-то случится. Я не могу сказать, что именно: исчезнет сила совсем, или ее будет слишком сложно использовать, или, наоборот, она начнет замыкаться сама на себе, и мир погрузится в хаос, но… – Он вздохнул и провел рукой по волосам. – Но пока мы плыли из Бхарты домой, я подумал, что можно попробовать что-то изменить. И стал искать все, что было можно, о создании переходов, дверей и порталов. Как ты понимаешь, не тех, которые открывались бы в этом мире и вели в другую его точку. Других. Способных открываться в другие миры.

Он пристально посмотрел на меня, словно ждал, когда же я сложу в голове два и два и пойму, к чему он клонит.

Не понять было сложно.

– И зеркало – как раз такой портал.

– Именно. – Кондор ухмыльнулся. – У меня было достаточно знаний, силы и связей, чтобы решиться на подобное и выпросить себе статус Хранителя, а вместе с ним получить и доступ к такому артефакту. Но было одно но.

– Гости вроде меня?

– О нет! – ответил он с внезапным весельем в голосе, словно моя догадка показалась ему забавной. – Нет, гости вроде тебя лишь побочный эффект нужного мне ритуала. Не обижайся, Мари. Если подобная дверь открыта, что-то или кто-то должен в нее войти. И хорошо, если этот кто-то милая девушка вроде тебя, а не чудовище с изнанки. Вроде того, которое ты видела.

Его рука скользнула вниз и мягко сжала мои пальцы.

– Все дело было в том, что Дар не только мой друг, но и мой принц, – сказал Кондор. – И у него есть свой собственный интерес. Я не могу раскрыть тебе всех подробностей, потому что, к счастью, сам их не знаю, а если бы знал, пожалуй, предпочел бы прятать это знание ото всех. Но если коротко, то Дар не отказался бы от еще одного доказательства своей власти, а появление кого-то вроде тебя, посланницы, жрицы, избранной – называй это так, как тебе хочется…