Скрижаль Мораны - Наталья Жильцова

Род подхватил меня под руку, и меня внезапно пронзила боль. Вздрогнув, я рефлекторно отшатнулась и только потом поняла, что произошло: касание темного магистра оказалось столь же болезненным для светлых, как и прикосновение света к тьме.

— Извини, — сразу же отпустил меня некромант.

— Нет, это ты извини. Я просто не ожидала…

— Понимаю.

Род грустно улыбнулся, и это стало последней каплей. Хватит. Не достойна я света. Мой брат убийца, люблю я вампира, а один из лучших друзей вынужден извиняться за то, что его прикосновения причиняют мне боль.

Едва за некромантом закрылась дверь, я резко развернулась и направилась к Анхайлигу.

Как оказалось, Анхайлиг тоже работал в темноте. Я в полной мере оценила эту общую особенность сына и отца, спотыкаясь при входе в его кабинет и пребольно ударяясь локтем о дверной косяк. Да что ж такое-то?!

Вспыхнул запоздалый светильник. Мысленно ругнувшись на всех любителей темноты и потирая локоть, я подошла к столу архимага.

— Тень? Хорошо, что зашла, — поприветствовал тот, отрываясь от какого-то документа. — Скоро я буду оформлять бумаги на перевод. Решила, куда отправишься? К целителям или к элементалистам?

— Никуда, — твердо ответила я. — Я хочу остаться у вас.

Анхайлиг с непониманием уставился на меня. Я в свою очередь на него, показывая, что не шучу. Лицо архимага помрачнело.

— Ты думаешь, можно вот так беспрепятственно менять сторону силы туда-сюда? И не надейся! — сообщил он. — Иногда случаются ошибки. Именно поэтому нам дана возможность исправить их и помочь сделать выбор повторно.

— Но Визул…

— Визул своими действиями изрядно пошатнул баланс, — перебил Анхайлиг. — И даже тогда он обращал к свету только потенциальных магов. Ты среди них единственная проявленная, причем как раз в твоем случае он поступил верно, это признал и Артур.

— Вы же знаете, что я перешла только из-за обстоятельств! — воскликнула я. — Я не хочу здесь оставаться!

— Это не выбор разума, просто чувства. — Архимаг равнодушно махнул рукой. — Успокоишься, еще спасибо скажешь, что так все обернулось.

— Нет! — Я до боли сжала пальцы. — Дело не только в них!

— Тогда убеди меня, почему я должен оспорить волю Двайны? — Анхайлиг скептично прищурился. — Она, знаешь ли, большая собственница.

Взгляд непроницаемых черных глаз оказался неожиданно тяжелым, и я, не выдержав, опустила голову.

— Визул говорил, что все маги находятся под чьим-либо влиянием, — тихо сказала я. — И я не хочу в итоге подчиняться кому-то, подобному ему. А еще не хочу, чтобы простые прикосновения друзей причиняли нам взаимную боль.

Вздохнув, Анхайлиг поднялся и подошел поближе.

— Помнишь своего дружка Сержа? — спросил он.

Я кивнула.

— Так вот, он не был проявленным, когда пришел ко мне.

— Вы толкнули его во Тьму?

— Верно, — подтвердил некромант. — Мне не хватало учеников, их всегда не хватает. А Серж показал себя вполне сносным магом. К тому же парню просто некуда было больше идти. Я видел это, знал, что Академия — его последняя надежда, какой она была и для тебя. И когда я спросил его, готов ли он стать темным, чтобы обучаться у меня, он согласился. Не мог не согласиться, хотя не думаю, что он когда-нибудь в реальной жизни сам принял бы Тьму.

— Почему?

— Он слишком добр для этого. А чтобы стать проявленным темным, как ты знаешь, необходима смерть. Понимал это и Серж. И когда я спросил, способен ли он убить, парень честно ответил, что нет.

Облегченно вздохнув, я обрадовалась, что свои давние подозрения оставила при себе и не задала тогда Сержу этот вопрос.

— Рано радуешься. — Анхайлиг помрачнел. — То, что я сказал тогда ему, скажу теперь и тебе. Тьма меняет. Конечно, она не делает из нас убийц сразу, но душа со временем черствеет. И однажды ты убьешь. Не в горячке, не случайно, а с полным осознанием того, что делаешь. И ты не сможешь прикрыться Велиаром, это будешь только ты. И сейчас я задам вопрос снова. Ты все еще хочешь вернуться?

Я понимала, что он прав. Теперь я видела Тьму другой: холодной, равнодушной, опасной. Однако слишком многое осталось на темной стороне, чтобы я могла отступить.

— Свою судьбу строим мы сами, — сказала я. — Не знаю, что будет со мной дальше, но знаю точно, что на этой стороне я быть не могу.

— Упрямица. — Анхайлиг достал церемониальный кинжал и повертел его в руках. — Что ж, хорошо. Но предупреждаю, процесс не из приятных.

— На все согласна! — боясь, что он передумает, сразу воскликнула я.

Архимаг вздохнул, а потом резко вогнал кинжал мне в сердце.

Как подкошенная, я рухнула на каменный пол.

Здесь были туманные сумерки. Легкое рассеянное сияние обволакивало и убаюкивало, однако я не поддалась мгновенному порыву задремать, а старательно заозиралась по сторонам, высматривая черный балахон. Ну где же ты? Где?

«Неожиданно, — вдруг раздался мягкий, но грустный голос. — Не думала, что придется забирать тебя так скоро».

Сумерки на мгновение вспыхнули, и рядом возникла знакомая светлая фигура. Пресветлая Двайна, богиня жизни.

— Ой, — растерянно уставилась на нее я, — а мне казалось, должна прийти Посланница. Обычно ведь она забирает души?

«Да, — с мягкой улыбкой кивнула Двайна. — Всех, кроме проявленных светлых. Их души принадлежат мне».

Вот этого я не учла. Надеялась, что просто смогу уговорить Многоликую вернуть меня обратно, а оказалось, кроме Двайны, никто решать ничего и не будет!

«Бедняжка. — Она тем временем подошла ближе. — Тебя убил темный?»

— Я… пришла сама, — запинаясь, начала я. — С просьбой. Пожалуйста, позволь мне вернуться обратно.

Улыбка с лица богини пропала, а взгляд голубых глаз мгновенно заледенел.

«Это невозможно».

— Но почему?!

«Сила Антеро изначально была светлой. Она отсюда вышла, ко мне она и вернется».

— Но Визул стольких обратил к Свету! Разве это недостаточная компенсация за одну меня?

«Нет, — холодно отрезала Двайна. — Ты останешься здесь, Амелинда. Пусть мертвой, но моей».

— Прошу, пойми! — Я умоляюще посмотрела на нее. — Там тот, кого я люблю!

Светлую богиню передернуло.

«Ты даже не представляешь, каков архивампир на самом деле. Ты любишь только часть его, а узнав другую, сама сбежала бы».

От бессилия я застонала. Глядя на суровое лицо богини, я поняла, что просить бесполезно и решение она не изменит. А ведь Анхайлиг сразу предупреждал о том, что Двайна собственница. Неужели все напрасно? Как глупо было надеяться на чудо!