Игра - Фарит Маратович Ахмеджанов

— Не похоже, чтобы ему это нравилось, — хмыкнул Калей.

Феликс позвал Гонда, тот присоединился к троице, в основном, как они заметили, отвечая на вопросы Стальфа. Потом то же самое проделали с Фоли и Роли. Отпустив их Пирон встал и объявил побудку, Стальф остался сидеть, что-то выцарапывая на своих свитках, а Феликс побрел к друзьям.

— Чего они опять? — полюбопытствовал Раин.

Тот пожал плечами.

— Спрашивали про дороги, шахты, рудники, где что добывается и прочее. Стальф все допытывался, не появлялись ли на местном рынке странные камни.

— В смысле — странные?

— Не ко мне вопрос. Насколько я понял, Стальфа интересует, не начал ли кто-нибудь разрабатывать всякие заброшенные шахты и выработки. Морийские, в частности.

— И что?

— Ничего. Морийских самоцветов не появлялось, их любой гном сразу узнает. А странные камни все время откуда-нибудь вылезают. То клад старый найдут, тот еще что. В общем, ничего особенного.

— А Пирон?

— Пирон слушал только. Спросил только, если в Эреборе кинут клич — пойдут ли гномы в Морию.

— И?

Феликс надулся и замолчал.

— Чего ответили-то они?

— Ну… Гонд сказал, что если… если сын Франира кинет клич — гномская молодежь за ним пойдет.

— Да уж, нехилую ты тут делаешь карьеру, — проговорил Калей. — Феликс, сын Франира. Государь Мории.

— Молчи уж, — проворчал тот. — Собственно, из-за этого, возможно, Фараф и переживал. Ему, как будущему государю Эребора нафиг не нужен такой конкурент.

— Потенциальный. Ты ж не собираешься всерьез гномов возглавлять.

Феликс вздохнул.

— Может и придется. На нас, аристократах, знаешь ли, лежит огромная ответственность… которую простым смертным и не понять…

Калей вытаращил глаза, Феликс захихикал.

— Купился? Какой я, нафиг, государь. Нашли тоже мне Балина. Хотя…

— Чего хотя?

— Для гномов мое появление — довольно неожиданный и значимый фактор. Это уже без шуток, это мне Стальф сказал. Многое… меняется в их раскладах, и многие попытаются из этого что-то для себя извлечь.

— Политика, — сказал Раин.

— Ага. Она самая.

— А сам ты что думаешь?

Феликс напрягся.

— Ничего не думаю. Вообще.

— А что насчет сегодня? Какой план?

— Разведка должна вернуться, тогда и будем решать. Скорее всего — вперед пойдем.

Вернулась разведка через час с небольшим. После короткого разговора Пирон скомандовал общий сбор.

— Враг покинул место стоянки и движется к противоположному краю долины, — сказал он так, чтобы все слышали. — О преследовании пока, по всей видимости, не догадывается. Движемся следом, близко не приближаемся.

Феликс, как высокопоставленное лицо, и Калей, как картограф и писарь, двигались в середине походного порядка, рядом со Стальфом. И, надо сказать. Феликс самым активным образом со Стальфом общался — видимо, решил воспользоваться своим новым статусом для добычи информации. Гонд шагал рядом, изредка что-то добавляя к рассказу. Павол оставался стражником, тащил службу, Савон как отрядный повар находился в хвосте. Раина приписали к нему, кухонным работником. Он не возражал, хотя подозревал, что ему очень скоро надоесть таскать, мыть и заворачивать в холст котлы и сковородки.

Припасы — сухари и крупы — тащили все, Савон и Раин персонально, кроме посуды, отвечали за соль и приправы.

— Что думаешь обо всем этом? — спросил Раин после примерно получаса ходьбы в молчании. Темп передвижения был пока умеренным.

— О чем?

— Ну… вообще.

— События развиваются слишком быстро, — ответил Савон. — Новой информации мало. А вчерашняя требует глубокого обдумывания. Пока ничего.

— Как ты считаешь. Пирон много слышал?

— Не думаю, — сказал Савон. — Да если и много… какая сейчас нафиг разница?

— А вдруг кто-то местный научился порталом пользоваться?

— Как это?

— Ну, мы когда от Речной Стражи узнали, что в Мории произошло, сразу подумали, что это кто-то наш. А вдруг нет? Вдруг местный?

Савон поразмыслил.

— В принципе, в этом нет ничего особо невероятного. Просто непонятно, что именно он мог научиться сделать? Возвращаться ему некуда, он отсюда. Телепорт к другому стационару? Так второй — в Эреборе, что ему там делать?

— Там ведь есть вариант перехода на площадку.

— Ну да. Но ты ж эту площадку сначала сам сделать должен. На нехилом уровне магии, насколько я помню. Или этот… кристалл Белегоста найти. Дурацкое название, кстати.

— Вот я и подумал, — сказал Раин. — А вдруг какой-то наш продвинулся, сделал площадки, а потом… уфф, тут уже меня несет, — вдруг признался он.

— Это да, с этим трудно бороться, — засмеялся Савон. — По себе знаю. Ты знаешь, что я лично думаю?

— Откуда мне знать?

— И правда, откуда. Так вот, я так думаю, что этот парень из Мории не домой уходит. Он бы ушел, а вернулся бы уже на Севере или на Юге, как и все. У него в Мории — корневая запись. Он успел ее сделать и теперь к ней возвращается. И обновляет ее при случае.

— Я тоже так подумал, — после недолгого молчания сказал Раин. — Если б у него был пояс — он бы сохранился перед битвой, вернулся бы и ее переиграл. Но если пояса нет, тогда остается только корневое сохранение. Его мало кто использует обычно. Я вот — вообще никогда. Хотя оно удобно иногда… Только что это нам дает?

— Ничего, — вздохнул Савон. — Вернее, ничего хорошего — вообще. У него корень, он к нему возвращается, все накопленное сохраняет. То есть если он доберется до Мории, тогда снова запустит свой квест.

— По времени, в общем-то, подходит, — проговорил Раин. — Речная стража его заловила весной. Значит точка его сохранения — раньше. Он нападал на караваны на Андуине, там ему дали по зубам, он вернулся и пошел на Север. Там что-то делал, а тут ты… он, видимо, воспользовался остатками твоей армии, а может уже и сам к тому времени что-то набрал. Затаился на время, потом пошел на Пригорье.

— Имея в виду в случае чего метнуться обратно в Морию, — добавил Савон. — Только тут вот что не сплясывается.

— Что?

— Получается, что он одновременно удирал от стражи к востоку от Мглистого, и при этом — шел на Север к западу от него же. Каково?

Раин задумался.

— Глюк программы, — предположил он. — Наш верховный ИИ не может для каждого случая делать свой мир. Вот и…

— На глюки слишком многое можно списать, — хмыкнул Савон. — Ладно, подумаем еще.

Шли часа четыре, потом Пирон объявил привал. Костра разжигать не стали — обошлись сухарями и водой из родника, что тек неподалеку. Пирон долго разговаривал с разведчиками, потом куда-то ушел с ними, Стальф прилег, Феликс и Калей присоединились к друзьям.

— Что нового?

— Ничего, — мрачно сказал претендент на престол. — Пока ничего.

— А что делать думаешь? — спросил