Башни заката - Лиланд Экстон Модезитт

Она пожимает плечами:

— Разумно все, что обеспечивает выживание, капитан. А без Мага-Буреносца и войск, которые он призовет, ты был бы мертв до исхода года.

— К этому… хм… надо привыкнуть, — со вздохом произносит Хайел.

— Привыкай. И советую: побыстрее, — язвительно замечает Мегера. — Учти, против любой из стражей Оплота твой Зарлен выстоял бы не дольше, чем против Креслина.

— Но чтобы мои люди строили жилые помещения…

— Не беспокойся, новые стражи тоже возьмутся за работу. Строить придется очень много. Например, нам потребуется портовая гостиница.

— Гостиница? — теперь на Креслина смотрит не только Хайел, но и Мегера.

— А почему бы и нет? — ухмыляется юноша. — Раз люди будут к нам приплывать, то почему бы нам, на законном основании, не получать с них деньги за стол и кров? Само собой, там будет и питейное заведение — думаю, твои стражи это оценят.

— Хм, питейное заведение… — заинтересованно бормочет Хайел. — Может, с него и начать?

Креслин пожимает плечами:

— Почему бы и нет? Надо только заглянуть в планы Клерриса.

— А разве нам сразу потребуется такое большое помещение? — спрашивает, посмотрев на чертеж, Мегера. — Может, сделать его поменьше, но предусмотреть возможность последующего расширения?

— А по мне, если уж строить, так строить, — заявляет Хайел. Креслин прокашливается:

— И вот еще что…

— Да? — настороженно спрашивает явно не ждущий ничего хорошего Хайел.

— Каждое утро я буду заниматься с твоими людьми боевой подготовкой. И с тобой тоже.

— Но если ты собираешься заменить нас на…

— Хайел, — нетерпеливо перебивает его Креслин, — пойми, я никого ни на кого не собираюсь менять. Нам будет нужен каждый человек, умеющий обращаться с клинком. Кроме того, я не собираюсь устраивать здесь второй Западный Оплот, где оружием владеют только женщины. А Мегера не допустит превращения острова в новый Фэрхэвен или Монтгрен, где женщины считаются низшими существами. Я хочу равенства, но равенство мало провозгласить. Оно будет возможно, лишь если твои люди окажутся способными внушить к себе уважение.

Под выразительным взглядом регента капитан отступает на полшага.

— Все это относится и к тебе, — добавляет Креслин. — Завтра поутру собери здесь своих людей. Я скажу им то же самое, что ты только что слышал.

— Будет сделано, — говорит Хайел и утирает вспотевший лоб. Мегера па прощание награждает Хайела такой улыбкой, что тот пятится.

Выйдя из дома, она подходит к Креслицу и спрашивает:

— Как ты собираешься со всем этим справиться?

— Я и не собираюсь, — с улыбкой отвечает юноша. — Ясно, что у меня на все рук не хватит, но ты ведь тоже регент. Я надеялся, что ты возьмешь на себя надзор либо над работами в гавани, либо над строительством крепости. А садами и растениями займется Клеррис, хотя мне хочется, чтобы он научил этому искусству и нас с тобой.

Мегера качает головой, и ее огненно-рыжие волосы разлетаются по ветру.

— Да ты никак вознамерился создать из ничего державу, способную бросить вызов Фэрхэвену.

— Ничего подобного. Отшельничий не будет никому угрожать. Однако мы не допустим, чтобы кто-то угрожал нам.

— Вот как… — задумавшись, Мегера переводит взгляд с убогой крепостцы на развалюху, служащую им обоим пристанищем, а подняв глаза, видит Креслина, быстрым шагом направляющегося к растущим на склоне холма корявым деревцам. На ее губах мелькает едва заметная улыбка.

Внизу, в гавани, к пристани причаливает рыбацкое суденышко, над мачтой которого в расчете на поживу кружат чайки. Две женщины уже катят вниз по пыльной тропе тачку, чтобы сгрузить улов. Потом рыбу выпотрошат и разложат сушиться под старыми сетями, более или менее оберегающими ее от прожорливых птиц.

Оглянувшись в сторону склона, туда, где у ограды сада суковатых ябрушей стоит Креслин, Мегера вновь качает головой. Но на сей раз в этом движении сквозит завистливая печаль.