Спящий дракон - Александр Мазин

– Еще? – спросил юноша, заметив, что чаша опустела.

– Хорош! – и, облизываясь: – Как твои дела с фьёль, парнишка?

– Не твое дело! – сказал Санти, нисколько не удивившись.

– Совет! – Пард перестал облизываться и поднял переднюю лапу.– Обо мне – никому! Сболтнешь – больше меня не увидишь!

– Больно ты нужен! – проворчал Санти.

– Думаешь, если у тебя есть фьёль, так ты уже герой? – ехидно поинтересовался «гость».– Так фьёльны приходят и уходят! А я, знаешь ли, не фьёльн! – Он вдруг поднялся на задние лапы и, повиливая задом, прошелся по комнате. Но быстро опустился и, как человек, потер передней лапой бок.

– До сих пор болит! – пожаловался он.– А уж три дня минуло! Возраст!

– Переел? – с мнимой заботой осведомился Санти.

– Если б! Сапогом поддали! Ублюдок пузатый! Это в моем-то возрасте!

– Врешь! – уверенно сказал Санти.

– Ну вру,– согласился удивительный зверь.– Ладно, все! – вдруг встрепенулся он.– За тобой идут! – И вспрыгнул на подоконник.– Так не проболтайся, парень! – напомнил он на прощанье и растворился в воздухе.

– Ладно! – крикнул ему вслед Санти и засмеялся.

* * *

Внутри возка Ортран разомкнул браслет вокруг запястья Желтого Цветка. Тот не обратил на это внимания, любуясь блеском оружия, которое нацепил на свободную левую руку.

Ортрану стало не по себе.

«Хорошо хоть – ехать недалеко!» – подумал он.

Возок катился по ровным плитам. Его сопровождали три десятка верховых. Вряд ли даже все воины Владения смогли бы помешать Желтому Цветку удрать, но Ортрану почему-то было спокойней оттого, что рядом было тридцать всадников.

«А ведь я сам учил его бою!» – подумал Начальник Стражи.

– Когда я поеду в Фаранг, привезу тебе новые свитки! – сказал он.– Тайские летописи. Ты ведь уже читаешь на тайском?

Желтолицый кивнул и улыбнулся, отчего лицо его сразу стало открытым и доверчивым, как у ребенка, и Ортран вспомнил, каким был Цветок три года назад. Но стальные крючья на левой руке Цветка напомнили ему о настоящем.

«Ох, Нассини! Что ты делаешь?» – подумал он.

– Цветок! – тихо сказал он, наклонясь к желтолицему.– Не убивай его!

Маленький рот растянулся в улыбке. Цветок качнул головой, то ли соглашаясь, то ли отказываясь.

Возок остановился. Толкнув дверцу, желтолицый выпрыгнул наружу. Ортран выбрался следом и смотрел, как Цветок, пританцовывая, направился к проходу, ведущему внутрь огражденного белой стеной цирка.

* * *

Биорк, Санти и Этайа добирались до места поединка пешком. Эрд приехал на парде и, войдя внутрь, безучастный, прислонился к каменному столбу. Он не знал, кто его противник, да это его и не волновало. Кто бы он ни был, Эрд его убьет. Если этого хочет Нассини. Светлорожденный вспомнил о том, как они были вместе, и стиснул зубы. Какой серой и бессмысленной казалась теперь вся его жизнь. Без Нассини.

Турнирная арена находилась в полумиле от замка. Это была почти круглая просторная площадка, окруженная тремя ярусами каменных сидений, с двумя широкими проходами, один напротив другого. Сейчас в одном из проходов толпились слуги, второй был открыт. Мраморные скамьи одной половины цирка были заполнены воинами и старшими из числа дворцовых слуг. Вторая половина была свободна, если не считать четырех мест в первом ряду, занятых Нилом, Санти, Биорком и Этайей. Выше, в особой ложе, на одном из двух тронов восседала соххогоя. Второй трон был свободен.

Ортран подошел к Эрду и предложил ему следовать за собой к месту, где светлорожденный мог бы подготовиться к поединку.

Эрд с помощью слуги надел и завязал подкольчужную куртку из пяти слоев паутинной ткани, а сверху – легкую, очень прочную кольчугу с родовым гербом на груди. Кольчуга была с рукавами и опускалась на три ладони ниже пояса, защищая пах. На голову Эрд надел круглый шлем со стрелкой и высоким золоченым гребнем. Крылья шлема широко расходились в стороны и назад, прикрывая шею. Как обычно, светлорожденный не надел ни кирасы, ни кильта, ни налокотников. Только поножи и боевой браслет вместо щита. Кроме своего меча, он взял еще кинжал с закрытой гардой.

Время шло. Жаркие лучи солнца жгли всех, кроме Нассини, над которой слуга держал зонт. Пламя дневного светила отражалось на полированном металле.

Этайа встала, сделала знак, и все четверо направились к светлорожденному.

– Приветствие тебе, светлейший! – радостно сказал Нил, который уже два дня не встречался с светлорожденным.

– Рад видеть тебя! – Эрд коснулся рукой в перчатке из толстой кожи плеча гиганта.

– Кто твой противник? – спросил Биорк.

Эрд покачал головой:

– Не знаю. Надеюсь, что достойный. Так сказала светлейшая.– Взгляд его обратился на соххогою, а потом снова вернулся к друзьям.

– Ты справишься с любым! – подбодрил его Биорк.

– Не сомневаюсь,– ответил светлорожденный без особого воодушевления.– Но хороший бой будет только с хорошим бойцом.

Ортран, державшийся в пяти шагах от Эрда, хотел что-то сказать, но заметил, что Нассини смотрит в их сторону, и промолчал.

Замковые стражники на первом ряду громко переговаривались. Они прикидывали боевые качества Эрда и гадали, кто будет его соперником. Отдельно, особняком от других, сидел Шуорд. Он затаил обиду. Не на Нила. Чужаку совсем не обязательно знать, кто он, и с ним Шуорд разберется потом, когда громилу примут в замковую стражу. Если десятник будет трезв, Нилу несдобровать. Нет, обижен он был на своих сотоварищей, которые не только не вступились за него, а явно стали на сторону чужака. Шуорд не забудет. Пусть только подвернется повод – он с ними сочтется! Пьян не пьян, а запомнил он всех, кто был тогда на поляне. Если б не запрет, он уже сегодня рассчитался бы с ними: порознь или разом – ему все равно. Чувствовал он себя нормально. Кастратовы припарки помогли. Ничего! Шуорд подождет!

– Здоров ли ты, светлейший? – вдруг спросила Этайа.

Эрд впился в нее взглядом, словно пытаясь проникнуть под вуаль и увидеть лицо.

– Почему ты спрашиваешь, благородная Этайа?

– Ты изменился!

– Может быть. Но я здоров.

Этайа кивнула и подтолкнула вперед Санти:

– Взгляни, светлейший, вот тот самый юноша!

– А! Поэт из Фаранга! Приветствую тебя! Рад! – сказал Эрд.

Он уже почти забыл, с какой целью они оказались во Владении. Но обрадовался смене темы разговора.

Тут Нассини сделала знак Ортрану, и тот подошел к друзьям:

– Прошу простить, светлейший! Время!

Эрд кивнул. Остальные отошли от него.

– Когда Владычица поднимет шарф,– сказал Начальник Стражи,– ты можешь начинать! – и добавил, хотя и понимал, что любое предупреждение бессмысленно: – Будь начеку!