Файролл. Право выбора - Андрей Васильев

Тишина – вот то, на что я сразу обратил внимание. Нет шума, который сопровождал меня в игре последние дни, нет гвалта, визгов детворы, топота ног. Тихо падает снежок, тихо посапывают стражники на постах, даже собака грызет кость у лестницы как-то приглушенно, по-интеллигентному. Кабы ей на шею салфетку повязать – так от иного ресторанного сидельца и не отличить. Тишина и покой.

– Ну, наконец-то. – Я сразу Кролину и не заметил. Она, оказывается, устроилась на охапке сена, которую невесть кто и невесть зачем притащил к основанию лестницы, ведущей во внутренние помещения замка. – Думала, что проспал.

– Да нет, с чего бы? – удивился я – Я гулеванил в меру, годы у меня уже не те. Это вам, молодежи, лишь бы танцы до упаду, а я дядька уже старый, меня даже на каток не пускают уже.

– А на каток-то почему не пускают? – изумилась Кро.

– Так из меня песочек уже сыплется, пусть и то-о-оненькой струйкой, зато постоянно, – жалобно поведал ей я. – Народ из-за этого скользить не может. А лед – он на то и сделан, чтобы скользить.

– Да ну тебя, – отмахнулась Кролина. – Напугаешь сейчас меня, а я девушка впечатлительная, трепетная, склонная к самокопанию. Возьму и передумаю с тобой встречаться завтра.

«А и передумай», – подумалось мне. – «Я не против. И лень мне, и вообще…».

– Не ценишь ты моего хорошего к тебе отношения, – немедленно начал закреплять свои позиции я. – А зря. Я сразу тебя предупреждаю, на дальних подступах, чего тебя ждет, какое преотвратнейшее зрелище.

– Слушай, мне с тобой не жить, – хмыкнула Кролина – А если кто чего и подумает – так это только для твоего самолюбия плюс. Все, хорош в остроумии состязаться, тем более что я все равно побежу. Победю… Тебя сделаю!

– Шиш ты меня сделаешь, – парировал я ее самонадеянный выпад. – Таких как я уже лет десять не выпускают. А может, и пятнадцать. Но чтобы подсластить эту пилюлю – на вот, держи. С Новым годом тебя, любимая замша.

И я протянул Кро кольцо, не без удовольствия заметив, что она удивилась – видно, не ожидала такого. Ну и зря, праздник же.

– Спасибо. – Девушка приняла подарок и повертела его перед глазами. – Ох ты, какая славная штучка! Ты ж за нее небось столько отвалил!

– Не будем о деньгах, дорогая, – барственно ответил ей я. – Мои чувства к тебе не исчисляются в денежном эквиваленте.

– Балабол. – Маленький кулачок Кролины ударил меня в плечо. – Язык у тебя без костей, честное слово.

Она надела кольцо на большой палец правой руки, предварительно сняв с него другое, с бриллиантиком, и снова повертела его перед глазами.

– Вещь. А я свинка, тебе ничего не приготовила.

– Ничего, – утешил ее я. – На 23 февраля подаришь мне какой-нибудь хлам. Пробник мужских духов или носков дюжину.

– Фу, – сморщила носик эльфийка. – Это пусть тебе жена дарит.

– Не женат я, моя милая Кролина. – На моем лице появилась вселенская грусть. – Видно, такова моя судьба-судьбинушка.

– Да ты что? – Ладошки Кро прижались к щекам, в глазах появилось почти искреннее сожаление. – Так помимо того, что ты старый, так еще и одинокий, совершенно никому не нужный? Вы только посмотрите на него – и он еще не хочет провести пару часов в кофейне с юной и прекрасной девушкой, ну хотя бы для того, чтобы было что вспоминать одинокими зимними ночами. Самому с собой, наедине…

– С тобой хорошо одно дело наперегонки есть. – Елки-палки, а она меня уела. Вот же язык без костей. – Пока я ложку зачерпну, ты всю тарелку опустошишь.

– Какое дело? – не поняла Кролина.

– Жидкое, блин. – Ну не объяснять же ей, какое именно. – Все, пошли к этому старому черту, день не резиновый. Да, слушай, Гунтер не появлялся?

– Нет, – мотнула головой Кро, пряди волос мотнулись по лицу. – Запропал мой верный рыцарь.

Странно. По идее, он должен был прибыть сюда еще вчера. Он же НПС, он же не игрок?

– Зато вон твой верный сторожевой песик здесь. – Кро показала мне за спину, обернувшись, я увидел Назира. – Как без него?

– Привет. – Я помахал ассасину рукой, получив в ответ вежливую улыбку.

У шатра годи ничего не изменилось, тут как будто никто и не заморачивался с празднованием Нового года. Впрочем, может, так оно и есть – во-первых, они служители языческого культа, во-вторых, здесь же не центральная площадь, тут народ просто так не шляется, только по делу приходит. И праздники у них небось свои.

– Годи, – гаркнул я перед входом в шатер. – Дядька Талиен, ты тут? Откликнись, коли живой!

– Никак пришел? – из шатра послышался скрипучий голос годи. А после появился и он сам – обнаженный по пояс, костлявый, патлатый и с каким-то рисунком на груди. Похоже, что он его только что сам себе нарисовал, причем кровью. – Думал – струсишь. Правда-правда. А ты вон какой оказался – отважный, смелый и… Молодец, короче.

«И глупый», – закончил я фразу за него. Ну да, спасибо Барону, предупредил, что это за тип.

– Ну, а как же еще? – захлопал глазами я. – У нас в Тронье как? Пацан сказал – пацан сделал.

– Без сомнения – достойный город. – Годи явно был доволен. А вот с чего? Хотя догадываюсь я, в чем тут дело. Сдается мне этот пакостник хочет своего учителя вытащить из небытия и снова его в земную плоть одеть. Вот только какова его конечная цель? Какой смысл уступать высший пост в иерархии, который уже стал твоим, кому-то другому? Это нелогично. А в добрые устремления этого старого крысюка я не верил. Не в его случае – всё в лице годи говорило о том, что он записная сволочь, а кровавый знак на груди это подтверждал.

– Ну чего, папаша? – немного фамильярно подмигнул я священнослужителю. – Будем разговоры разговаривать или все-таки делом займемся?

– Никогда раньше не видела, чтобы человек так на тот свет стремился, – отметила Кро. – Ты там давай поосторожнее, если что, я одна с этой дикой дивизией могу и не справиться. Мистер Вонючка, хвала богам, куда-то запропал, но и без него у нас уникумов полный мешок.

– Жди меня, и я вернусь, – щелкнул я Кро по носу пальцем и шагнул в шатер, куда секундой раньше нырнул и годи. Назир было сунулся за мной, но его придержала Кролина, разумно заметив:

– Все равно выгонят.

Годи в полумраке выглядел крайне импозантно. Он успел напялить на себя ожерелье из чьих-то зубов, причем их размер говорил о том, что при жизни это был либо небольшой медведь, либо очень большой человек, и какую-то расписную накидку вроде плаща, причем сделанную явно из кожи. И надеюсь, что не человеческой. Он сейчас мне напомнил одного шамана из Заполярья, довелось мне с ним общаться года три назад, я туда в командировку ездил. Тот тоже перед камланием любил атмосферы нагнать, рассказать о том, что великий охотник Айеке-Тиермес все гонит по небу оленя Мяндаша, и как только он его стрелами нашпигует, так и всему миру капец. Ну? Согласитесь, при свете дня и домашнем комфорте вроде звучит как бред, но в его жилище, в духоте и полумраке, да под бубен, да после брусничной водки под бобрятину тушеную, я вправду начал верить и в оленя, и в громовика, и даже в Сациен – хозяйку вод.