Тень темной королевы - Раймонд Фейст

Впереди послышались ругань и крики: табун сбился в кучу, и Билли Гудвин отчаянно, но безуспешно пытался помочь лошадям преодолеть узкий скальный проход. Это была последняя сложность: дальше уже начинался относительно спокойный спуск к долине реки Ведры.

Эрик крикнул Билли, чтобы тот возвращался в хвост табуна, а сам поехал вперед. Оказалось, что лошадь, испугавшись чего-то, заартачилась, не желая идти в проход, и загородила дорогу другим. Эрик направил свою лошадь прямо на нее и толкнул вперед. Она со ржанием помчалась между скал, и за ней устремились и остальные. Эрик остановился, дожидаясь, пока не пройдет весь табун в тридцать голов, а потом присоединился к Билли и Накору.

— Теперь спуск пойдет легче, — сказал Билли. Внезапно кобыла Накора укусила его лошадь, и та взвилась на дыбы.

— Берегись! — закричал Накор.

Билли потерял поводья и вылетел из седла. Спрыгнув с лошади, Эрик подбежал к нему, а лошадь Билли поскакала вслед за табуном.

Остекленевшие глаза Билли неподвижно смотрели в небо. Он ударился затылком о большой камень, и на землю уже натекла лужица крови.

— Что с ним? — крикнул Накор.

— Мертв, — сказал Эрик.

На мгновение воцарилось молчание. Потом Накор сказал:

— Я поеду за табуном. А ты отвези его туда, где его можно будет похоронить.

Эрик нагнулся и, поднимая Билли, вспомнил, как точно так же поднимал тело Тиндаля.

— Проклятие! — выпрямившись, пробормотал он, и на глаза его сами собой навернулись слезы. Внезапно Эрик осознал, что из тех, кто стоял на эшафоте в тот памятный день. Билли погиб первым, и задрожал. — Проклятие! — повторял он, сжимая и разжимая кулаки. — Почему? — вопрошал он судьбу.

Только что Билли гарцевал на лошади — и вот уже лежит мертвый. И все из-за того, что ему попалась плохо обученная лошадь, которая понесла от укуса другой кобылы.

Эрик не мог понять, почему смерть Билли так его испугала, но он буквально дрожал от страха. Взяв себя в руки, он набрал в грудь побольше воздуха, зажмурился, наклонился и поднял Билли. Тело оказалось удивительно легким. Эрик пошел к своей лошади, и та попятилась при его приближении.

— Стоять! — почти взвизгнул Эрик и, перекинув труп через холку, забрался в седло. — Проклятие, — прошептал он опять, стараясь загнать на задворки души обиду и ужас.

* * *

На место Билли перевели некоего Натомби; он говорил с сильным кешийским акцентом. Пятеро остальных встретили его доброжелательно, но сдержанно: он был для них посторонним. Впрочем, свои обязанности Натомби выполнял четко и без напоминаний — Кэлис готовил людей с расчетом на полную взаимозаменяемость.

После того как отряд миновал перевал, Кирзон вывел их на тропу, ведущую вниз, и вместе с сыновьями вернулся к своей охоте. Кэлис заплатил им золотом и пожелал счастливого пути.

Времени на психологические раздумья почти не оставалось, и Эрик постепенно похоронил в себе переживания, вызванные гибелью Билли.

Через пять дней отряд наткнулся на крутой подъем. Кэлис взял с собой Эрика и лично отправился на разведку. Нужно было найти дорогу, по которой мог бы пройти весь отряд. Разворачиваться на узкой тропе и возвращаться на перевал было бы чистым безумием.

На гребне скалы они остановились, и, посмотрев вниз, Эрик ужаснулся.

На севере расползался огромный столб дыма, сквозь который просвечивало красное солнце.

— Далеко это отсюда? — с содроганием спросил Эрик.

— Еще больше сотни миль, — ответил Кэлис. — Судя по всему, они жгут все деревни поблизости от Хайпура. Ветер сносит дым к востоку, иначе мы бы давно почувствовали запах гари.

У Эрика вдруг слегка защипало глаза.

— По-моему, я уже чувствую.

Кэлис улыбнулся своей странной полуулыбкой.

— Когда подъедем ближе, будет еще хуже.

Дорогу они, к счастью, нашли, и на обратном пути Эрик спросил:

— Капитан, каковы наши шансы вернуться домой?

Кэлис рассмеялся, и Эрик недоуменно взглянул на него.

— Ты первый, кто набрался мужества прямо об этом спросить; а я все гадал, кто же это будет.

Эрик промолчал.

— Отвечу так: наши шансы вернуться домой таковы, какими мы сами их сделаем. Только богам известно, насколько безумен наш план, — сказал Кэлис.

— А почему нельзя было заслать одного человека, чтобы он все разнюхал, а потом вытащить его оттуда?

— Хороший вопрос, — ответил Кэлис. — Мы пробовали. И не раз. — Он все время оглядывался, словно боялся преследования. — В этих краях не принято держать регулярную армию, как у нас в Королевстве или в Кеше. Человек здесь сражается за свою семью или племя, служит в дворцовой гвардии или продает свой меч. В крупных битвах дерутся наемники.

— Тем более. Если с обеих сторон дерутся наемники, одному человеку легче было бы проскользнуть.

Кэлис кивнул, словно бы соглашаясь.

— Справедливо. Казалось бы. Но один человек привлекает внимание, особенно если он не знаком с местными обычаями. Зато отряд наемников из далеких краев в этих местах обычное явление. И репутация много значит. Итак, я — Кэлис, мы

— Кровавые Орлы, и никто дважды не взглянет на эльфа, живущего среди людей. «Долгоживущий» во главе отряда наемников — редкость, но такое уже бывало. Если бы ты, Эрик, пришел сюда в одиночку, тебя бы быстро обнаружили с помощью магии или обычного вероломства. Но на солдата моего отряда никто не обратит никакого внимания. — Он помолчал, вглядываясь в сопки, спускающиеся вниз, к реке. — Не правда ли, красивое место?

— Да, мне тоже здесь нравится, — сказал Эрик.

Кэлис еще помолчал, а потом сказал:

— Эрик, в первый раз я попал в эту страну двадцать четыре года назад. С тех пор я побывал здесь еще дважды и оставил здесь столько могил, что ты и представить не в состоянии.

— Там, на Острове Мага, я случайно услышал разговор де Лонгвиля с Накором, — признался Эрик, сворачивая лошадь от края тропы. — Даже слушать об этом было ужасно.

— Да, это был настоящий кошмар. В этом походе погибли лучшие люди Королевства. Отборные воины. Фостер, де Лонгвиль и горстка других спаслись вместе со мной, да и то потому лишь, что нам повезло: мы пошли не в том направлении, где враги ожидали нас встретить. — Кэлис снова замолк ненадолго. — Вот почему я принял план Бобби и убедил Аруту, что для этого нужны люди, которые отчаялись остаться в живых. Готовность умереть за честь знамени у солдата в крови, а мы должны сделать все, чтобы остаться в живых — разумеется, исключая предательство.

Эрик кивнул:

— И солдаты не смогли бы убедительно изобразить наемников.

— И это тоже. Боюсь, ты встретишься с людьми, Эрик, которые отнюдь не сделают тебя лучше. — Кэлис оценивающе поглядел на Эрика. — Ты попал в довольно необычную компанию. Мы искали людей вполне определенного склада: способных на безудержный гнев, лишенных любых идеалов, таких же жестоких, как те, с кем им придется сражаться, — и в то же время нам нужны были люди, а не отбросы, которые буря войны обычно выносит на берег. Нам нужны были люди, которые, когда придет время, выполнят свой долг, а не побегут. — Кэлис улыбнулся, и на сей раз по-настоящему весело. — Или, на худой конец, побегут в правильном направлении, не теряя при этом разума. — И вдруг, словно эта мысль только что пришла ему в голову, он сказал: