Взрослые тайны - Пирс Энтони

Увидев своего детеныша, Чекс обрадовалась, но она понимала, что с его выходом проблема не исчезла. Никаких обязательств относительно своих действий Черион на себя не брал, а, стало быть, мог продолжать попытки вернуть сына.

– Ой, мы совсем забыли предупредить, – воскликнул Дольф, – Че сказал, что сам выйдет поговорить с вами. И Гвендолин с ним.

Такую непростительную забывчивость можно было списать лишь на то, что принц еще оставался мальчишкой. Вот женится, тогда и спрос с него будет другой.

Кентавры помчались к створу туннеля, и Чекс обняла своего сына.

– Вижу, с тобой все в порядке! – с облегчением воскликнула она.

– Конечно, мама, – отозвался малыш. – Меня никто не обижал. Я решил остаться с Гвендолин, так что домой не вернусь.

– Но почему? – спросила она, ибо не считала себя вправе показать, что знает ответ.

– Я взвесил все обстоятельства, посоветовался с Дженни и принял соответствующее решение.

Это Чекс понимала. Но как могла она оставить своего ребенка у гоблинов!

– Если ты не дашь этому поступку вразумительного объяснения, – сказал Черион, – я не смогу признать твое решение и буду продолжать попытки вырвать тебя из плена.

На это Че отвечать не счел нужным.

– Отец, мама, – промолвил он. – Позвольте представить вам мою спутницу Гвендолин, дочь гоблинатора Грыжи и Годивы…

– Привет, Гвендолин, – сказали Чекс и Черион в один голос.

– Привет, Черион. Привет, Чекс, – отозвалась девочка, застенчиво моргая. Выглядела она очень мило, как, впрочем, и все гоблинские девочки. А надо сказать, что если у других народов внешность не обязательно определяла характер, то у гоблинов дело обстояло именно так. Уродливые гоблины были все как один злыднями, а их хорошенькие жены имели вполне добродушный нрав.

– А также моего друга Дженни, – продолжил Че, повернувшись к девочке-эльфу. Та тоже была в гоблинском платьице, только не в красном, как у Гвенни, а в голубом, однако и при этом выглядела совершенно по-эльфийски. Если, конечно, не считать заостренных ушек.

– Дженни помогла мне спастись от гоблинов Золотой Орды и утешала в тяжелые минуты.

– Привет, – столь же застенчиво промолвила Дженни. – С тобой, кентаврица Чекс, мы уже встречались. Ты дала мне эти очки.

– Конечно, дорогая, – промолвила Чекс. – Я рада, что они тебе пригодились.

– И кота Сэмми, – заключил Че, указывая на лежавший у его передних копыт пушистый рыжий клубок.

Кот навострил ухо.

– Привет, кот Сэмми, – поздоровался Черион. – А теперь, когда все познакомились, мне хотелось бы поговорить с вождем гоблинов. Наше дело не закончено.

Из створа туннеля показалась гоблинша постарше.

Ее сопровождали Нада и Налдо.

– Это Годива, на время болезни она замещает своего мужа, гоблинатора Грыжу, – представила гоблиншу Нада. – Мой брат, принц Налдо. Годива, это Черион и Чекс, отец и мать Че.

– Как вы знаете, ваш сын Че согласился стать спутником моей дочери, – промолвила Годива. – В свете этого решения ваши дальнейшие враждебные действия представляются бессмысленными.

– Ты похитила нашего ребенка и удерживала его в плену, – указал Черион. – Поэтому его согласие на что бы то ни было не снимает с тебя вину и в наших глазах не является основанием для того, чтобы оставить его в горе.

– Я поступила так, как была вынуждена поступить, – сказала Годива.

– И я поступлю так, как вынуждаешь меня ты, – отозвался Черион.

– Ох, Че, я ведь не хотела никаких неприятностей, – вздохнула Гвендолин.

– А все из-за меня! – воскликнула Дженни со слезами на глазах. – Наверное, я приняла не правильное решение.

– Нет, – возразил ей Че, прежде чем Черион успел заговорить. И Черион промолчал, не желая спорить с сыном.

– Мы смотрим на это по-разному, – сказала Чекс Годиве, – но в любом случае такой вопрос не решить кому-то одному. Надо бы найти компромисс.

Черион не стал спорить и с этим. Но когда заговорил с Годивой, голос его звучал уверенно:

– Я не питаю никаких недобрых чувств к твоей дочери, но и от своего сына не откажусь. Он уникален в том смысле, в каком твоя дочь вовсе не уникальна, и необходим для нашего рода в несравненно большей степени, чем твоя дочь для вашего. Тебе стоит подыскать для Гвендолин другого спутника, ибо Че в вашей горе не останется.

– Ну, что ж, – ответила ничуть не обескураженная Годива. – Значит, решим вопрос в бою.

– Но я не хочу войны! – с рыданиями воскликнула Гвендолин. – Че, тебе лучше пойти домой.