Пробуждение Зеркала - Елена Ворон

Они послушались без разговоров. Джей нырнул на заднее сидение, Северин скользнул на место пилота, приподнял машину над землей, развернул открытой дверцей к Мстиславу.

Прислушиваясь к наступившей тишине, телохранитель прикрыл вырезанным куском шелка уснувшее Зеркало, быстро присыпал землей, привалил парой камней потяжелее. Дэсс говорил: нельзя смотреть в Изначальное Зеркало, страшные беды начнутся. Вот посмотрели — и Северин мало шею парню не сломал. Хотя тут-то, конечно, не в Зеркале дело.

Отряхнув ладони, Мстислав забрался в глайдер, кивнул в ответ на вопросительный взгляд брата: «Все в порядке», — и велел:

— Давай потихоньку наверх.

Машина поплыла сквозь туман; на лобовом стекле двинулось вниз изображение каменной стены.

— Слав, — опять начал неугомонный Джей, — теперь можно спросить?

Мстислав обернулся. Знатно брат младшенького приласкал: скула припухла, и глаз начал заплывать.

— Ну, спроси.

— Когда я городил вздор?

— Когда Север тебе в морду дал. Ты что, не помнишь?

— Нет, — растерянно признал Джей. — Как это может быть?

— Спроси у миллаушей, — посоветовал Мстислав, раздражаясь. — Они нами вертят как хотят. Заставляют чушь нести, кулаками махать, отражения… видеть… — Он сбился с мысли, потому что необычно погасшие отражения не вписывались в разумную схему.

Северин поставил глайдер на карнизе, неподалеку от лестницы Милосердного Бога, и накинулся на Мстислава с вопросами об отражениях, которые сам он упустил. Затем, немало озадаченный, обратился за разъяснением к миллаушам — сначала мысленно, потом вслух.

— Мила! — звал он. — Мила, ты меня слышишь?

Умные звери отмалчивались. Внезапно налетевший ветер уносил туман, шахта Изначального Зеркала виднелась все ясней, становилась различима простым глазом каменная резьба на стенах.

— Мила! — в последний раз позвал Северин. — Да что ж такое, а? — Видно было, что он глубоко уязвлен.

«Мила, у тебя есть серьезные причины молчать?» — мысленно спросил телохранитель.

«Мы работаем», — с заминкой, отозвался ее мягкий голос.

— Миллауши изволят работать, — сообщил Мстислав брату, не скрывая сарказма. — До нас ли им?

Лучше бы придержал язык. Северин совсем погрустнел, понурился.

Наверху неслись серые облака, остатки туманной дымки вокруг глайдера быстро таяли. На гладких стенках колодца тут и там вдруг зажглись красно-желтые искры, начали расцветать, разбегаться вширь яркими огоньками. Вот они уже загорелись повсюду — на карнизе, на лестнице, на испещренных резьбой стенах шахты.

— Что за черт? — вскинулся Джей. — Слав, это нас не угробит?

— Это миллауши устыдились, — съязвил Мстислав.

Затем переглянулся с братом.

— Север, а может, и впрямь так? Вспомни: отражения в Изначальном Зеркале и стеклах глайдера появились, когда ты начал извиняться за мордобой.

— Допустим, — согласился брат, размышляя.

— Отлично. Когда люди и СерИвы вдоволь поубивают друг дружку, Зеркала покажут тех, кто остался в живых и раскаялся.

— Замечательный ход, — подхватил Джей, вмиг уловивший суть дела. — Камеры наблюдения зафиксируют изображения виновных… признавших свою вину, и полиция с легкостью переловит преступников.

— Яркость и четкость изображения не будет соответствовать тяжести содеянного, — добавил Северин, обдумывая возможные последствия. — Отражение всего лишь покажет, насколько человека — или СерИва — мучает совесть.

— А если совесть заранее отменить, Зеркало не покажет ни-че-го, — выразительно закончил Джей.

Обозлившись, телохранитель выскочил из глайдера и крикнул в пространство:

— Звери, хорош чудить! Если это ваши штуки — уймитесь!

Золотисто-алые огни погасли. Мир поскучнел, снова сделался серым и холодным. Мстислав задавил злость. Значит, миллауши работают. Методом проб и ошибок настраивают Изначальное Зеркало и Зеркала СерИвов, которые, вероятно, напрямую связаны с Изначальным. Ну ладно, поглядим, что получится.

Джей с Северином тоже выбрались из машины. Втроем они постояли, оглядывая шахту, прислушиваясь. Наверху свистел ветер, но на карнизе под стеной было тихо.

— Не понимаю, как сюда приходят СерИвы, — произнес Джей. — По лестнице Милосердного Бога они не спускаются, а иного хода я не вижу.

— Рядом с лестницей есть потайная дверь, — откликнулся Северин. — Отсюда не разглядеть: стык в камнях еле заметен.

— Пойдем, посмотрим? Я схожу. — Джей тронулся с места. — Слав, ты со мной?

— Стой! — телохранитель вдруг всей кожей ощутил опасность.

Братья разом шагнули вперед, встали плечом к плечу: Мстислав — с парализатором, Северин — с разрядником Шенгле, который в ближнем бою не уступит и лучемету. Безоружный Джей оказался под их прикрытием.

Телохранитель был готов к тому, что нагрянут СерИвы — разобраться, кто расковырял упаковку Изначального Зеркала и надругался над святыней. Однако сейчас мелькнуло чувство, что в опасности кто-то маленький и беззащитный. Ребенок? СерИв? Кажется, он слышал чей-то крик…

Потайная дверь в скале отворилась. Из темноты метнулась золотистая фигурка, на миг замерла, оглядываясь, и затем кинулась к людям, таща за собой длинный шлейф желтого цвета. Дверь захлопнулась, прищемив конец этого шлейфа, и фигурка задергалась, пытаясь его оторвать. СерИвка, чья одежда развернулась на бегу.

— Дэсса? — признал телохранитель.

Юная княжна закричала, безнадежно сражаясь с отрезом желтого шелка, расшитого золотыми узорами. СерИвский шелк и ножом едва возьмешь, а голыми руками с ним тем более не справиться. Мстислав рванулся на помощь; Северин с Джеем ринулись следом.

— Прочь, прочь! — отчаянно кричала Дэсса. — Они вас убьют!

Телохранителю хватило его скромных познаний в языке СерИвов, чтобы это понять.

Подбежав, он сгреб маленькую княжну в охапку.

— Уходи! — умоляла Дэсса, барахтаясь, силясь вырваться, но не выпуская из рук упрямую ткань. — Тебя убьют! Там стража, стража!

Северин держал под прицелом вновь слившуюся со скалой дверь, а Джей забрал у Мстислава нож, натянул шелк, полоснул — и с легкостью разрезал. Здешний шелк оказался куда хлипче заморского. Княжна торопливо прикрылась оставшимся у нее куском ткани, не переставая кричать.

С СерИвкой на руках, Мстислав отступал к глайдеру.

— Север, Джей! Давайте в машину.

Связываться со стражей не хотелось. СерИвы сейчас будут в своем праве, а с песнями убийства шутки плохи. И пусть даже, обороняясь, пустить в ход не разрядник, а безобидный парализатор, неприятностей потом не оберешься. Святотатство, нападение на аборигенов, похищение княжны и черт знает, что еще им припишут.