Маг с привидениями - Кристофер Сташеф

А вот последний всадник отстал на несколько десятков метров. Он был полноват и тяжело, с присвистом дышал, погоняя коня. Когда он проезжал под веткой, Рамон спрыгнул на круп его коня и ударил всадника по затылку рукояткой ножа. Всадник обмяк, глаза его закатились, Рамон сбросил его с коня. Тот упал и покатился под деревья, а Рамон натянул поводья. Конь испуганно заржал, но Рамон успокаивающе заговорил с ним, и ему удалось заставить коня попятиться и уйти с тропы.

Лай ищейки сменился озадаченным ворчанием. Конники стали переругиваться, послышался свист плети. Собака взвыла от боли и, судя по вою, направилась в обратную сторону.

Рамон направил коня в кусты у тропинки, под завесу густой листвы. Там он торопливо спешился, подбежал к морде коня и стал шептать ласковые слова, чтобы конь не заржал.

Собака приближалась. Она бежала по обратному следу Химены и Рамона и лаяла так, словно след был свежим. Конники проехали мимо. До слуха супругов Мэнтрелл донеслась одна фраза:

— Треклятые волшебники! Они повели нас по ложному следу!

Затем погоня исчезла из виду. Всадники даже не удосужились поискать пропавшего товарища. Конь оказался на диво послушным и не издал ни звука.

Рамон заново оседлал коня и, выехав на тропу, подскакал к спасительной ветке:

— Быстрее, Химена! Пока они не опомнились!

Химена спрыгнула с ветки, подбежала к лошади. Рамон взял ее за руку, и Химена, подпрыгнув, уселась впереди мужа. Рамон развернул лошадь и бережно пришпорил. Лошадь галопом поскакала по тропе.

Далеко позади утихал лай собаки. Через несколько минут он снова сменился обескураженным воем, за которым последовала ругань, потом послышался визг, и люди снова погнали пса обратно по тропе.

— Что же это за собака такая, если идет по нашему следу даже тогда, когда мы скачем на коне? — проговорил Рамон.

— Это собака, чующая магию и тех, кто ею владеет, — отозвалась Химена. — Страшно подумать о том, кто таких собак разводит!

— А ведь я произносил заклинания, когда заметал следы! — удивленно воскликнул Рамон.

— И я тоже! Погоняй коня, Рамон, и молись, чтобы они нас не догнали!

И вдруг лес закончился. Тропа вывела беглецов на поле. Вдалеке желтели и зеленели поля, примыкающие к стенам монастыря, озаренного лучами заходящего солнца.

— Вот спасение, которое я предвидела! — воскликнула Химена. — Погоняй коня, Рамон!

Но несчастному коню трудно было везти двоих и при этом скакать во весь опор. Как ни понукал его Рамон, конь не мог обогнать погоню. Лай, вой и конский топот настигали беглецов.

* * *

— Тс-с-с! — Сэр Оризан остановился, поднял руку и, нахмурившись, оглянулся назад.

Все остальные замерли и стали прислушиваться. Долан выпучил глаза и принялся качать головой.

— Он тоже слышит — что бы это ни было, — заключил Мэт.

— И я, — осклабился Бохи. — Это воет пес, каких держат колдуны. Наполовину собака, наполовину дух.

Мэт поежился:

— Зачем такая собака нужна?

— А затем, чтобы магов выслеживать! — каркнул Бохи.

— Пожалуй, нам лучше поторопиться, — решил Мэт, развернулся и прибавил шагу.

Сэр Оризан нагнал его.

— Можно и бегом.

— Минуту бегом, минуту — шагом, — согласился Мэт. — Выдержишь, Бохи?

— «Выдержишь»! — фыркнул бохан. — Да я вас еще и обгоню! Держись крепче, Долан! — крикнул он и обогнал людей.

Мэт, не слишком спеша, побежал за ним. Сэр Оризан, пристроившийся за ним следом, спросил:

— Безопасно ли дать ему уйти далеко вперед и скрыться?

— Для нас — безопасно. Вот что по этому поводу думает Долан — это другой вопрос. И все же, я думаю, бохан раньше всех нас доберется до укрытия.

— Какого укрытия? — тяжело дыша, осведомился сержант Брок.

— До монастыря, — отозвался Мэт. — При монастыре скорее всего есть гостиница. Если наши преследователи — сборище злых духов, они не смогут ступить на святую землю.

— Это верно, — с некоторой долей облегчения проговорил на бегу сэр Оризан.

— А что... — задыхаясь, проговорил сержант Брок, — если это... не духи, а... люди?

— Тогда за стену монастыря не сможет проникнуть только их адская псина, — мрачно отозвался Мэт, — а нам, вероятно, придется сразиться с теми, кто гонится за нами.

Сержант-Брок усмехнулся и проверил, легко ли вынимается из ножен меч.

— Я сказал: «вероятно», — одернул его Мэт. — Ничего не обещаю.

— Вы разбирайтесь... со злым колдовством, — выдохнул Брок. — А уж мы... разделаемся... со злыми людьми. Верно я... говорю... сэр рыцарь?

— Совершенно верно, — ответил сэр Оризан и злорадно усмехнулся.

Следующую минуту они шли пешком, затем снова перешли на бег. И вдруг позади явственно послышался стук копыт.

— Бегом! — крикнул Мэт и припустил во всю прыть, но через пару мгновений лошадь поравнялась с ним. В седле сидел, как ни странно, Долан. Он помахал спутникам рукой. Вид у него был, надо сказать, обескураженный и напуганный. В другой руке он сжимал поводья второй лошади.

Мэт вытаращил глаза.

— Как ты оказался позади нас? — И сам ответил на свой вопрос:

— Глупо было спрашивать. Ведь ты ехал верхом на бохане.

— Придержи лошадей! — крикнул сэр Оризан, и Долан послушно натянул поводья обеих лошадей. Те перешли на шаг, и этого вполне хватило сержанту Броку для того, чтобы обежать вокруг них и перехватить у Долана поводья свободной лошади. Сэр Оризан схватил вожжи той лошади, на которой сидел Долан, они с Броком остановили коней и быстро оседлали их. Сэр Оризан сел позади Долана, Мэт — позади сержанта Брока. Рыцарь и оруженосец пришпорили лошадей, и те помчались галопом.

— По идее, надо бы поинтересоваться, что произошло с хозяевами этих скакунов, — пробормотал Мэт, — но если подумать, то, пожалуй что, лучше этого не знать.

Долан весьма выразительно покачал головой.

— Надо скорее! — крикнул сэр Оризан. — Если эти кони нагнали нас, то и остальные недалеко.

— Это верно! — откликнулся Мэт. — И наши преследователи по-прежнему идут туда, куда их ведет пес!

— И скоро пес учует свежий след! — угрюмо проговорил Брок.

И верно — лай и вой мерзкого пса послышался совсем недалеко. Мэт рискнул оглянуться и увидел облако пыли, а в нем — силуэты нескольких лошадей, а впереди них — странного, уродливого зверя, который, невзирая на вопиющие нарушения пропорций телосложения, мчался еще быстрее коней. Сержант гнал лошадь все быстрее.

— А я думал, пехотинцам не разрешают ездить верхом, — заметил Мэт.