Всем, кому должна - прощаю - Настя Любимка

— Потанцуем!

Вечер продолжался, а я все никак не могла выкинуть из головы леди Зоргану и Дариона. Может стоит побродить по тайным ходам, да поискать ее покои? Вдруг чего узнаю? Но это ведь некрасиво… Да и откуда во мне такое любопытство? Наверно от того, что Дарион с ней оттанцевал четыре танца. А затем и вовсе принялся ухаживать за столом.

А судя по тому, как провожал их парочку взглядом супруг, его волновал точно такой же вопрос: любовники ли его тетя и друг?

Но долго задаваться подобными вопросами Макс мне не дал. Заставлял концентрировать свое внимание только на нем и его действиях. Честно говоря, я иногда чувствовала себя голой, особенно, когда князь будто невзначай касался кожи пальцами, тех участков, где они были открытыми. Или смотрел пронизывающе, призывно, томно, я бы сказала порочно. У меня дух перехватывало от этих взглядов.

— Надин, как же ты красива, — страстный шепот во время очередного медленного танца, от которого кружится голова. — Твой аромат сводит меня с ума.

Наверно, для каждой женщины важно знать, что она желанна. Желанна настолько, что мужчина не боится показаться глупым или смешным, признаваясь в своих желаниях. Что он открыт и откровенен, вот только страсть — это ведь еще не все. И я не могла окунуться в омут с головой, потому что заточение в покоях еще живо в моей памяти.

Пусть и я согласилась попробовать довериться, однако сразу — вряд ли выйдет.

— Макс, пойдем на балкон, хочется на воздух. — Попросила я.

— Ты меня опередила, — улыбнулся муж, — у меня есть для тебя сюрприз.

Чернильная тьма закружила нас. А в следующий момент мы оказались в той самой беседке, в которую вел тайный ход. Запахи ночи, свежего ветра и цветов, ударили в нос.

Я жадно сделала вдох и медленно выдохнула. Ночная прохлада опалила оголенные плечи, постепенно остужая разгорячённое тело. Небо было усеяно мириадами звезд, яркими, красивыми и такими далекими.

— Сейчас начнется, — прошептал князь, выводя меня из беседки и вставая позади.

Он крепко обнял и провел ладонями по плечам. Вероятно, желая согреть. Только вот холодно мне совершено не было. О чем я ему говорить нее стала. Мне нравились его прикосновения. И обманывать себя в этом я не хотела.

— Смотри, Надин.

Как давно я не видела фейерверков.

Первый залп, пущенный в воздух, обескуражил и немного дезориентировал. Несмотря на то, что супруг предупреждал, что сейчас будет какое-то событие. Второй же заставил облокотиться на грудь мужа и улыбнуться. На небосводе расцветали красочные цветы и яркими искорками падали на землю. Огромные красные, розовые, синие и голубые цветы…

Я отчётливо видела розы и ромашки, васильки и орхидеи. Необыкновенно красиво. Но по-настоящему меня поразили совсем не цветы, а огромная парящая птица, которая была соткана из множества огней и словно бы накрывала собой небо…

Не сразу я различила длинную шею… Лебедь… На звездном небе раскинул крылья лебедь.

— Потрясающе, — прошептала я. — Это потрясающе, Макс.

— Я рад, что тебе понравилось. Еще не все, смотри, Надин.

Я чувствовала, что супруг нежно улыбается, а еще то, что ему необыкновенно приятно от того, что он сумел мне угодить.

Вторая птица появилась несколько позже первой и была чуть помельче…

«Пара», — поняла я. Лебединая пара…

— Я клянусь тебе в верности, — жарко прошептал Макс, — точно также, как лебедь складывает крылья, потеряв любимую, так и я сложу свою голову. Я не смогу без тебя. Не отталкивай меня, позволь нам быть счастливыми.

И может быть я бы и повелась на его красивые речи. Но я прекрасно помнила о том, что выбора его лишила магия. А потому голову не теряла. Да, красиво. Да, его слова меня взволновали. Я все-таки живая, но…

— Лебеди — свободные птицы, Макс. Они парят в небесах и самец не запирает свою пару в гнезде, не разрешая ей увидеть неба. Сейчас ты пытаешься завершить ритуал, но скажи мне, что будет дальше? Каким ты видишь наш союз? Я знаю, что моя душа была отправлена на перерождение, знаю, что прошлая я совершила много ошибок в отношении нас, но сегодня я та, кто переродилась трижды. Та, которая помнит лишь последнюю жизнь. В другом мире. С другими реалиями. Воспитанием. От этого не отмахнешься.

Я вновь взглянула на небо, где медленно таяли яркие птицы. Я хочу свободы. Это не значит, что я не буду уважать решения мужа, в отношении той же безопасности, но и марионеткой я не стану. Все должно обсуждаться и обговариваться.

— Я не была счастливой на Земле, Макс. Меня предал тот, ради которого я была способна на все. Мой сын, за которого я бы не раздумывая отдала жизнь. В тот страшный для меня вечер я бежала прочь из собственной квартиры, бежала, задыхаясь от боли и чувства несправедливости. Не дай Бог тебе пережить то, что пережила я, когда поняла, что моя жизнь для моего ребенка — пыль, досадная помеха для достижения цели. — На миг прикрыла глаза, прогоняя видения прошлой жизни, мне все еще было больно, и решительно обернулась лицом к супругу. — Перед тем, как я погибла на Земле, я поклялась себе, что отныне никогда не стану поступать так, как не хочу. Не позволю за себя решать, как мне жить и что делать. Не буду забывать о своих мечтах и желаниях. Но когда Богиня Тьмы предложила выбор — умереть, уйдя на новое перерождение, или стать твоей женой, я пожалела тебя и тех, кто связан с тобой. Однако…

— Однако, что? — хрипло спросил Максимиллиан.

— Это не значит, что моя клятва исчезла, Макс. Моя память при мне. Я никогда не буду покорной овцой, которая живет лишь желаниями мужа и детей. Я уже наелась этого досыта. Я хочу посмотреть мир, научиться чему-то новому, чувствовать себя полезной и что самое главное — счастливой. Я сама приняла этот выбор — стать твоей женой, и не отказываюсь от него. Но каким будет наш брак — решать мы должны вместе. И учитывать надежды и желания друг друга. Без насилия, без шантажа и недомолвок. Я готова хранить верность, Макс. Поверь, каждая женщина в глубине души мечтает об одном единственном, а не о море поклонников. Об одном, который сможет заполнить собой ее сердце.

— Я понял тебя, — тихо ответил супруг. — Как и то, что ты совершенно ничего не знаешь о нашем мире. И о том, чем должны заниматься княгини. Но я услышал, Надин. Я постараюсь не давить и не требовать того, чего ты дать не сможешь.

Я не знаю, каких усилий потребовалось князю, чтобы дать такое обещание. Но здесь и сейчас я была ему благодарна за то, что он не только прислушался ко мне, а услышал. Шаг навстречу мы друг другу сделали.

— Ты права в том, что я желаю закрепить наш брак. И также я вижу твой страх. Меньше всего мне хочется, чтобы наша близость принесла тебе боль и разочарование от того, кем ты стала. Я буду ждать столько, сколько тебе потребуется, Надин. Правда, прости, удержаться, чтобы не прикасаться к тебе вовсе, у меня не получится. — Он так ласково улыбнулся, что и у меня на губах расцвела улыбка. — Ты манишь меня не хуже, чем мотылька — огонь, даже сильнее… Твое дыхание, то, как смело ты смотришь или робко касаешься меня в ответ, еще неуверенно, — это возбуждает, Надин. Но ты права в одном, я не желаю тебя сломать, мне нужна ты вся целиком, твоё желание принадлежать мне душой и телом, и ради этого я буду ждать.