Расправить крылья - Наталья Ружанская

— Может мне подарок захотелось любимому братишке и будущей золовке сделать, а то вдруг больше и не встретитесь. А тут такой шанс: романтика, солнышко, бабочки опять же, — притворно вздохнул светлый и забеспокоился, — или травка недостаточно мягкая?

Конрад только фыркнул, игнорируя намеки братца — нашелся суккуб-искуситель! В такой астральной проекции все сотворенное с вызванной душой накладывало отпечаток и на реальное физическое тело — те же синяки или стигматы проявлялись через секунду после соединения души с телом. Вот только сама ситуация к романтике не располагала…

— Иди ты в пень, благодетель! — на руках изобразив искомый пень и сучок, послал темный, устраиваясь в тени раскидистого дуба. Иллюзия-иллюзией, а солнышко и впрямь стало припекать, не иначе зловредный братец специально поднял температуру. — Работай, давай.

Ангел уточнять более подробный маршрут не стал, вполне справедливо опасаясь, что по столько заковыристому пути до искомого адреса не дойдет, а присел невдалеке на бережке звонкого лесного ручья и замер, медитируя.

Минут десять на полянке царила тишина, изредка нарушаемая птичьей перекличкой.

— Помоги, — хриплым, внезапно севшим голосом, прокашлял Айрэл, — не могу ее зацепить…

— Совсем никак?

— Такое впечатление, что слышать Зов она слышит, вот только отзываться совершенно не хочет. Странно… Давай так, звать будешь — ты, а я просто проведу ее к нам.

— Хорошо. Только я не совсем понимаю что мне делать.

— Просто позови. Она же твоя жена и, по идее, должна откликнуться.

По идее? Обнадежил…

Демон скептично хмыкнул и сосредоточился, воскрешая в памяти любимый образ: тоненькую фигурку, пухлые губки, которые хотелось целовать и целовать, золотой водопад волос, огромные голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц.

"Эля?.. Элечка, хорошая моя, ну отзовись"…

Тишина. Нехорошая. Будто перед бурей, когда секунду назад трепещущие на ветру листочки застывают в тяжелом удушливом воздухе, чтобы через секунду ветки прогнулись под штормовыми порывами, а небо скрылось под бушующей пеленой ливня.

"Эля? Пожалуйста, ответь".

Тишина стала любопытной. Словно дикая собака, давно брошенная хозяевами и вновь пришедшая к человеческому жилью погреться. Которая молча заглядывает в глаза, решая, стоят ли сломанные пьяным хозяином ребра и проржавевшая цепь того несчастного куска хлеба? А может лучше промерзлая лесная нора и голодная свобода?

"Если не отзовешься, то я вновь стану злобным Повелителем демонов и для начала скормлю Рысю вурдалакам, вновь поссорюсь с братом и начну войну"!..

Пространство всколыхнулась, выгнулось дугой и склеилось кусочками витражной мозаики. Через минуту на полянке материализовалась знакомая фигурка. Разъяренная белобрысая фурия вихрем налетела на счастливо улыбающегося темного, пытаясь пнуть его куда придется.

— Знаешь что?! Ты наглый, нахальный и самоуверенный демонюга!

Мужчина попытался схватить девушку за руки:

— Эля, ну успокойся, я пошутил.

Но она увернулась и скрестила руки на груди:

— Ах, вы только подумайте, он пошутил!!! Зато я — нет!

— Эля…

— А ты чего ожидал? Что я брошусь к тебе на шею и разрыдаюсь от счастья?!

— То есть супружеское лобзание после разлуки не состоится, — нарочито разочарованно протянул Айрэл, встревая в разговор. — А я так надеялся!

Два злобных взгляда встретились на светлом и вновь скрестились друг на друге, будто бойцовские петухи перед сражением. Конрад недоверчиво глядя на ангела опасливо произнес:

— Эля… это вообще — ты? Ты в порядке?

— Нет. Я не в порядке — это раз! И, во-вторых, это не я — это мой призрак вообще-то!

Мужчина замер, не зная как реагировать на эту новую девушку. Поначалу дурашливая встреча стала перерастать едва не в скандал. Куда только делась его маленькая застенчивая девочка? Элли тоже замолчала, потерла виски и устало вздохнула: вновь вышла из себя, а ведь так ждала встречи. В итоге сама повела себя как неврастеничка, рядом с которой слуги должны всегда держать флакончик с нюхательной солью.

Секунда и сильные руки обнимают ее крепко и надежно. Она испуганно попыталась отстраниться, но Конрад отрывисто, не давая времени на раздумья, прижал девушку к себе.

— Прости…

— Солнышко, я тебя чем-то обидел? Что с тобой?

— Взрослею, видимо… только как-то неправильно… — Элли прильнула к любимому, уткнувшись в широкую мужскую грудь, наслаждаясь мгновением спокойствия и ласки, и подумав, заявила. — Но я все равно на тебя обиделась! Я его жду-жду, а он! Ты меня вообще спасать думал?!

— Честно говоря, я полагал, что у тебя все-таки есть какой-то план, и ты как-то подашь весточку. Я собрал воинов и мы в любой момент можем напасть, но я боялся причинить тебе вред. И вообще, вот скажи мне, дорогая, кто тебя просил совершать этот идиотский поступок?

— А знаешь что, дорогой, — в тон мужчине отозвалась светлая, — если меня когда-нибудь угораздило бы заиметь от тебя детей, то я не хотела бы гадать, кого из них убьет ваша ненормальная красноглазая сестричка. Если уж избавляться — так действенно, а не сажать в смешную тюрьму, которая ее едва сдерживает. Но ты прав, план, если его можно так назвать, у меня есть.

— И что ты предлагаешь?

— Я думаю ты и сам знаешь, вот только в этот раз тебе действительно придется выбирать: или я, или она.

— Не понимаю…

— Что ж, я объясню.

Разговор вышел не долгим, но эмоциональным. Как только девушка озвучила свое предложение — разразилась буря: взбешенный демон рвал и метал, едва сдерживаясь, чтобы не схватить женушку, перекинуть через колено и не отшлепать как нашкодившего подростка. Дурацкий план, идиотская ситуация!

Светлая в долгу не осталась. Конрад и Элли то замолкали, то срывались на крик и взаимные упреки. Уступать никто не хотел. Наконец, разговор утих. Демон обхватил девушку в кольцо рук и недовольно покачал головой:

— Эля, ты просто сошла с ума.

— Еще нет, но скоро видимо сойду, если мы сейчас же не начнем что-то делать, — отстраняясь спокойно отозвалась девушка. — Чего ты боишься, ведь, ты уже один раз отправлял ее в Бездну, что помешало это сделать во второй? Может то, что ты просто не захотел?

— Конрад, она права, — вмешался Айрэл.

Темный сжал кулаки, не оборачиваясь, рявкнул:

— Знаю! Но это не значит, что мне это нравится.

— У тебя… у нас нет другого выхода. Выбирай.