Ученица рыцаря - Мирослава Адьяр

Ну и как вы думаете, какое оправдание наставник придумал, чтобы поселить нас в одной комнате? Ну конечно же: из-за праздника свободных мест совсем нет.

Я не сомневалась.

Мы оба знали, что так будет, но почему-то продолжали играть в игру, делая вид, что такой поворот – полная неожиданность. Мне полагалось смутиться и опустить глаза, Эктор должен был уверить меня, что может поспать на полу.

Кто ему даст спать на полу – вы только подумайте?

Комната оказалась крохотной и выходила окнами прямо на площадь с костром. Я успела подумать, что стоила она, наверное, куда дороже, чем любая другая комната, но за спиной щелкнул замок и все мысли сразу же вылетели из головы.

Я так и застыла у подоконника, вцепившись пальцами в потемневшее дерево, и считала проходящих мимо гостиницы людей. Солнце почти село – только самый его краешек, кроваво-красный, все еще подсвечивал крыши домов.

Пламя внизу набирало обороты, ревело, подбрасывая вверх охряные искры, облизывало дерево, жадно накидываясь на каждую сухую щепку. Слышались песни, а кто-то уже кружился в танце, увлекая за собой всех, оказавшихся на пути.

Скинув туфли, я с облегчением вздохнула и прикрыла глаза. Да, все-таки обычные сапоги мне куда привычнее. Эриса будет в бешенстве, когда узнает, что я так и не потанцевала.

Придется ей немного соврать.

Тяжелые ладони опустились на мои плечи, чуть-чуть сжали. Под пальцами зашуршала ткань платья, и этот звук прокатился по мне волной мурашек. Я не чувствовала угрозы, как обычно было с другими мужчинами. Как было с Русланом.

Эктор не подавлял собой, он не расплескивал вокруг волны опасности, властности и силы. Ему не нужно было демонстрировать свое нутро, чтобы стало понятно: перед тобой серьезный противник. Сильный, умелый и способный дать отпор кому угодно.

Достаточно просто заглянуть в глаза.

– Я стольких вещей не сделал сегодня, – теплое дыхание пошевелило волосы у меня на макушке. – Не сказал, что ты прекрасно выглядишь в этом платье. Не подарил тебе букет.

Я фыркнула.

– Мне вы запретили его дарить. Кстати, почему?

– Потому что тебе не нужен букет, чтобы надеяться на взаимность, – Эктор прижался губами к моей шее, и я крупно вздрогнула, а сердце подскочило к горлу и застряло где-то под подбородком. – А вот мне очень даже нужен.

– Вы верите во все эти сказки?

– Немного.

– Эктор, мне казалось, что вы в книжном магазине все поняли и без букета. И даже раньше, разве нет?

За спиной прозвучал тихий смешок, и давление на плечи пропало, позволив мне повернуться – чтобы сразу же оказаться в кольце сильных рук, лицом к лицу.

– Ты не понимаешь, Саша, это же игра! Все эти ухаживания и кружения друг вокруг друга. Мне они нужны, чтобы вспомнить как это вообще бывает. Я все замечал, конечно, – мужчина подхватил мою руку и устроил ее на своем плече, а другую положил на пояс. Он собирался танцевать? Прямо здесь? – Но ты сама подумай, наша первая встреча была чудовищной.

– Да уж…

– Твое обучение – жестоким, – он шагнул назад, увлекая меня в танец. В крохотной комнате было почти негде развернуться, но Эктор так умело вел, что я не налетела ни на стул, ни на пару табуреток, ни на кровать. Он кружил меня точно в центре, на свободном месте, и смотрел в глаза, не позволяя отвернуться. – Для меня это обычное дело, но человек из другого мира – не привык. Ты меня ненавидела.

– Это не так…

– Ну глупости же. – Резкий поворот – и меня отклонили назад, обжигая поцелуем горло и ключицы. – Ненавидела! Я всегда был в твоих мыслях. Украдкой, чтобы ты ничего не почувствовала. Я должен был…

Догадка пришла сама собой. Странно, что я раньше об этом не подумала.

– Решили, что разум ведьмы все еще управляет телом?

– Я не мог просто отбросить этот вариант. – Поворот – и теплая ладонь легла на мое бедро, приподнимая ногу. Пальцы скользнули по моей щиколотке, во взгляде наставника вспыхнули золотистые смешинки. – Чулки? Серьезно?

– Эриса настояла! – пискнула я, а Эктор только усмехнулся и по-хозяйски прошелся рукой до самой кружевной резинки.

– Ах Эриса настояла, – он хитро улыбнулся. – Мы их оставим, ты не против?

У меня хватило сил только качнуть головой, а Эктор как ни в чем не бывало продолжил танцевать, показывая мне новые и новые движения.

– Я действительно думал, что все это ловкий обман, – сказал он. – Чародеи способны обмануть артубират. Об этом не принято говорить, но я-то знал! И не хотел мириться с мыслью, что – все! – мой шанс на возмездие упущен. А когда ваша внешность изменилась, тело подстроилось под новую душу, сомнения отпали. Не сразу, конечно. Я еще долго к тебе присматривался, а ты все терпела. Стискивала зубы и сносила что угодно. Тебя вела мысль о свободе, о дальней дороге, об избавлении, о путешествиях. Ты много читала, все время была чем-то занята, не давала себе расслабиться, постоянно что-то искала. Я этим проникся. Увлекся тобой. Мне стало любопытно, а когда я очнулся, то понял, что это уже не просто любопытство. А потом случилось наказание плетью, и я…

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

– В этом нет вашей вины.

– Есть, – твердость в его голосе можно было ощутить кожей. Она по вкусу походила на металл. – Наставник всегда отвечает за ученика, пока тот под его опекой.

– Вы не могли знать! Это несчастный случай!

Я упрямо вскинула голову и коснулась лица Эктора.

– Ритер сказал, что вы меня защищали перед Советом. Что вы пытались отстоять меня, хотя могли этого и не делать.

– Что значит “мог не делать”? Не мог! Это неправильно, и любой наставник на моем месте поступил бы так же. И, вообще, Ритер слишком много говорит.

– Возможно, недостаточно. Иначе я бы знала о вас больше.

Эктор остановился, отступил назад. Его взгляд стал нечитаемым – как обычно бывало, когда мужчина закрывался в себе.

– У меня очень простая история, Саша, – он скинул куртку и аккуратно положил ее на стул. Прошагав к столу, Эктор плеснул в глиняный кубок воды из кувшина и осушил его одним глотком. Я удивилась тому, что это не вино. Впрочем, всем в этой комнате была нужна ясная голова. – Я попал в Орден еще совсем мальчишкой. Моя семья погибла, когда мне было восемь. Их забрала белая чума, а меня приютила тетка. Когда мне исполнилось двенадцать – не стало и ее, а я решил попытать удачу среди рыцарей. Голод, знаешь ли, толкает людей на отчаянные поступки, да и помогать мне было больше некому. Я выучился, прошел испытания и получил силу на востоке. Какое-то время странствовал, пока не подумал, что осесть – хорошая идея. Учил других. У меня даже была семья, но ее историю ты и так знаешь.