Хозяин дома на утесе - Карина Пьянкова

Учитывая, сколько, собственно говоря, времени минуло с той истории, я бы на месте друга особенно не рассчитывала на то, что Амелия Картрайт может сменить гнев на милость.

А я думала, что уж Майкл Страуд не из тех мужчин, которые могут выкинуть подобный фокус. Наверное, не так уж сильно он и любил эту женщину, раз столкнувшись с трудностями, не нашел иного выхода, как отступить. Еще и деньги взял.

— Прошу, не смотри на меня с таким осуждением, Лив, — тихо взмолился мой друг, все еще не решаясь собрать мне в глаза. Каким образом при этом он узнал, что в моей взгляде именно осуждение, стало загадкой. Но узнал. — Я и сам понимаю, насколько глуп и жалок.

Понимает он. Мужчины вечно это повторяют, вот только на самом деле они понятия не имеют, какую боль причиняют своими выходками.

— Сколько прошло лет? Десять? — не без сарказма осведомилась я.

Майк как будто пытался стать меньше.

— Девять лет, три месяца и десять дней, — еле слышно произнес священник.

Я даже присвистнула. Если кто-то считает дни… Значит, дело действительно дрянь. А если женщина спустя девять лет все еще пылает праведным гневом, значит, не все чувства успели перегореть.

— Как вообще так вышло, что именно она приехала сюда? — простонал совершенно раздавленный Майк, вцепившись руками в светлую шевелюру. — Неужели не нашлось другого подходящего эксперта?

Ответа на этот вопрос у меня не было. Вполне возможно, что были и другие специалисты нужного нам профиля. А, возможно, что и нет…

— Не знаю, — ответила я, понимая, что сопереживать другу не выходит. Куда больше я сочувствовала женщине, которая больше девяти лет не знала, как так вышло, что любимый человек просто исчез из ее жизни, даже не удосужившись сообщить, почему так обошелся с ней.

— Возможно, это твое запоздавшее воздаяние за грехи, преподобный Страуд.

Или таково было желание Дина Лестера — довести старую историю до логического конца. Зачем ему это могло понадобиться, уже другой вопрос.

В коридоре раздались шаги, и мы с Майком смолкли.

— Преподобный, вы не хотите выпить чаю? — подала голос тетя Дженнифер.

А ведь я ее просила… Но, видимо, теперь прислушиваться к моим пожеланиям в этом доме никто не планирует. Да, наверное, не стоило все эти годы вести себя как слишком уж приличная и покладистая племянница, тогда бы сейчас бы тетя не устроила режим террора. Наверное.

— С удовольствием, — отозвался Майк, теперь все-таки посмотрев на меня.

Расстроенный или нет, но он не забыл о том, что я просила не мешать нашему разговору и осознал, что приход тети неспроста.

— Она в курсе твоих любовных похождений? Поэтому?.. — едва слышно спросил Страуд.

Я тяжело вздохнула.

— В курсе, но не знает, с кем. И хорошо бы не узнала как можно дольше, — также тихо отозвалась я.

Майк с довольно странным для священника понимания кивнул. Все-таки, наверное, он в первую очередь мой лучший друг, и только во вторую — мой пастырь.

Тетя на кухне глядела на нас с досадой. Значит, подслушать не удалось. И слава тебе господи, что не удалось. Не хотелось подрывать веру в доброго пастыря неблаговидной историей из его прошлого. Если мне тетя не простила интрижки с неизвестным любовником, то преподобному грехи юности и подавно не простит.

— Как там ваш новый начальник, Ливви? — поинтересовалась тетя Дженнифер, разливая чай.

Я обмерла, в первый момент подумав, что она каким-то образом поняла, с кем я провела ночь.

— Как его рана? Бедный юноша… Он продолжает работать даже в таком состоянии.

У меня от сердца отлегло, и от облегчения я опустошила свою чашку одним глотком. О Леонарде Фелтоне тетушка говорила с теплом и сердечностью, стало быть, в ее голове не появилось мысли, что он и есть «коварный соблазнитель», покусившийся на добродетель ее дорого племянницы.

Ответил за меня Майк, вовремя перетянув внимание на себя:

— Я видел сегодня детектива Фелтона, и выглядел он практически здоровым. Думаю, он чувствует себя достаточно неплохо.

Ну, в целом, да, за бок шеф хватался действительно все меньше и меньше, да и вел себя вполне бодро, как вполне здоровый человек. Да и ночью он Фелтон показал себя как вполне бодрый и энергичный мужчина.

— Такой милый молодой человек, вежливый, элегантный, — принялась расхваливать тетушка моего начальника с таким восторгом, что даже было удивительно. При этом она не забывала подкладывать Майку куски пирога. Тот вздыхал и покладисто ел. Оставалось только гадать, когда место в преподобном закончится.

— Так старается помочь жителям Кроули, — продолжила между тем восторгаться Леонардом Фелтоном тетя Дженнифер. — Ливви, а как ему живется в Доме-на-Утесе?

Причем тут дом, я вообще не поняла, уж о том, что там происходит, тете Дженнифер никто не мог доложить. Значит, речь идет не о том, что покой жилища моего шефа нарушают неизвестные преступники.

— Вроде бы все хорошо. У него там даже родственники уже успели погостить. Полный восторг.

И как же вовремя они уехали! Не спровадь Фелтон многочисленную родню из дома, у тети бы сегодня не было причин на меня сердиться. И это было бы действительно печально, стоит сказать.

— Значит, в доме детективу Фелтону понравилось, — сделала вывод тетя. Вот только ее тон показался каким-то слегка… странноватым. Но ведь дом, выбранный приезжим аристократом был невероятно красив, благоустроен, не имелось оснований думать, что жить там некомфортно.

Практически жилище мечты, если не принимать в расчет тайные ходы. Однако о последней детали широкой публике известно не было. Но почему-то тетя все равно не уверена, что жить в Доме-на-Утесе — действительно приятно. И, главное, почему она знает чем-то, о чем не знаю я. Мы ведь обе живем в Кроули всю жизнь, а я еще и работаю в полиции! Майкл тоже недоуменно нахмурился, не понимая, в чем, собственно говоря, дело.

— А что не так с домом? — с подозрением уточнила я, с тоской глядя на пирог, который мне есть категорически не следовало. И раньше старалась следить за фигурой, а тут еще и такой повод появился держать себя в форме. — Ты что-то знаешь?

Тетя пожала плечами, видимо, не понимая, с чего бы меня заинтересовали такие подробности.

— Ну, просто я как-то разговорилась с миссис Фостер где-то год назад, когда та приезжала посмотреть, как ведется уборка после отъезда очередных арендаторов, так она говорила, что в доме иногда происходит странное. Вещи пропадают или перемещаются. Они с мужем так переживали, думали, что в дом кто-то пробирается. Даже камеры поставили.

Вот теперь хотя бы понятно, с чего Фостерам взбрело в голову задуматься о системе видеонаблюдения в городке, где даже дома подчас не запирают. Ловили взломщиков. Вот только хозяева дома и временные жильцы вряд ли предполагали, что чужаки проникают не снаружи дома, а изнутри.