Юнит - Леока Хабарова

– А то, что он может убить нас, тебя не беспокоит?

Одновременно с последним словом раздался глухой удар. Потом еще и еще. И снова. Черт! В том, что топор одолеет сверхпрочный сплав переборки, Рита сильно сомневалась. Но…

– Если он повредит механизм блокировки – нам конец! – озвучил Паша ее мысль.

– Как выбраться отсюда? – Маргарита принялась озираться по сторонам. Сообразить, где они находятся, в темноте не представлялось возможным даже с очками ночного видения. – Здесь есть аварийный выход?

– Нет тут ничего! Это же кладовка техническая!

Удары обрушились на дверь с новой яростью. Джон приглушенно рычал. Топор скрежетал о сомкнутые створки.

В полном отчаянии Рита врубила мыслесвязь, но ничего, кроме шипения и хрипов, не услышала.

Антиматерию им в печень!

И тут в голову пришла совершенно безумная идея.

– Паша! – Беликова вцепилась в руку товарища. – Ты помнишь теорию шнурков?

– Белка? – Павличенко уставился на нее как на идиотку. – Ты сбрендила? Какие шнурки? Да он нас сейчас на дрова порубит!

– Не порубит, – уверенно возразила Рита. – Мы отвлечем его, а сами прорвемся в коридор и доберемся до аварийной лестницы. Отыщем остальных, а потом…

Новый мощный удар сбил ее с мысли. Механизм блокировки лязгнул, и массивные створки – не без участия сильных рук – медленно поехали в сторону.

– Паша! – крикнула Беликова. – Нет у меня времени объяснять! Просто делай, что говорю, и тогда, возможно, мы выберемся живыми!

Все сработало как по нотам. Вломившегося Джона удалось дезориентировать, и он с разлету атаковал гору хлама. А когда сообразил, что к чему, Павел со всей дури толкнул его в спину. Удачно толкнул: Рита как раз успела броситься лорду Кавендишу под ноги, и юнит на полсекунды утратил равновесие. Этого хватило. Беликова потянулась к его кедам – всего-то и надо шнурок потянуть! – и опешила.

– Бежи-им!!! – заорала она не своим голосом и ухватила Пашку за рукав.

– Эй! – растерянно воскликнул Павличенко. – А как же шнурки?

– Нет у него никаких шнурков! – Маргарита еле успела вытолкать товарища из кладовки: Джон как раз нанес новый удар и с рычанием замахнулся снова. – У него кроссовки на липучках!

Они снова ломанулись по коридору точно остервенелые. Бежали быстрее спринтеров-олимпийцев. Возможно, даже какой-нибудь рекорд побили. Павел начал отставать: все же его подготовка заметно уступала Ритиной, но это уже не пугало – до аварийной лестницы осталось рукой подать. Всего лишь пара поворотов. Пара изгибов мрачной цельнометаллической кишки.

– Давай, Пашка! Поднажми! – выдохнула Рита, ощущая, что и ее силы скоро иссякнут.

– Жму! – отозвался Павличенко. Он покраснел что твой томат, вспотел и разлохматился. – Давай направо!

Они повернулся направо.

– А на следующей развилке нале… – Паша не договорил. Осекся на полуслове и замер.

Впрочем, как и Рита.

Они оба замерли и прерывисто дышали. Впереди, прямо у выхода к лестнице, стояли киборги. В полумраке их глаза мерцали, будто тлеющие угли. Здоровые, стандартного роста метр девяносто, они напоминали истуканов. Но Рита прекрасно знала, на что эти истуканы способны. Киборги во много раз превосходили людей в силе и скорости. То, что им с Пашкой удалось ускользнуть от слетевшего с катушек Джона, объяснялось просто: лорд Кавендиш потерял много крови, и его базовые характеристики заметно понизились. Но вот эти друзья – другое дело.

Двадцать красных точек во мгле…

– Десять против двоих, – прохрипела Маргарита.

– Одиннадцать, – поправил Павличенко, и Рита обреченно обернулась.

Джон уже не бежал. Шел с топором наперевес и тупо пялился вперед. Бессмысленный тяжелый взгляд не предвещал ничего хорошего…

– Нам конец, – изрек Павел гробовым голосом.

Юнит семь-два-семь на ходу перехватил топор, чтобы ловчее замахнуться, и Рита выпалила:

– Уильям!