Наследство - Екатерина Оленева

– Неважно, наука или нет – важно то, что всё это время я был рядом с тобой. Направлял, оберегал, помогал…

– И? – протянула Кора. – Что дальше?

– Как минимум, признай, что я был хорошим слугой. Как максимум…

– Ну? Что – как максимум?

– Как максимум, хороших слуг принято награждать.

– Вот как? И какую же награду ты хочешь?

Дориан пододвинулся ближе, хотя между ними ещё и сохранилась дистанция:

– Я хочу тебя.

Они обменялись взглядами:

– Ух ты! Всего-то лишь? – издевательским тоном протянула Кора. – Такую незначительную мелочь…

– Не передёргивай. Я серьёзно. Столько лет я пытался вернуть твою мать… но мне никогда её не получить. А вот новый дуэт вполне может состояться.

– То есть, тебе всё равно? Одна женщина, другая?..

– Вовсе нет. Мне не всё равно. И в своей жизни я по-настоящему хотел только двух женщин: её и – тебя.

– Знаешь, в этом есть что-то извращённое. Твоя одержимость ею…

– Согласен. Но она уже в прошлом.

– Я – не моя мать!

– Я знаю. В отличие от неё, ты способна на живые чувства. Мэри всегда действовала из расчёта и чувства собственной выгоды. Она была великолепна, умна, сильна и умела всегда добиваться своего. Но у тебя, хоть ты и наполовину демон, есть человеческое сердце…

– Сейчас есть. Потому что моя демоническая половина спит. А вот когда она пробудится, знаешь ли ты, какой я буду? Останется ли от меня, от той, что стоит перед тобой, хоть что-то, что сейчас делает меня собой? Каково это – быть чудовищем?

– Чудовищ не существует. Они есть лишь в чьём-то разуме…

– Не смей вешать мне на уши эту лапшу, дешевле, чем китайскую! Чудовища существуют – ещё как существуют! Те, кто убивают других людей ради своей выгоды, быстро или медленно – чудовища. Не зная жалости, сострадания, не способные к сопереживанию – чудовища. Те, кто развращают, толкают к саморазрушению людей; те, кто отрицают истинные ценности сознательно подменяя их на суррогаты, кто искусственно раздувает пожар чужих страстей, сжигающей души дотла – кто они, как не чудовища? Что я должна сделать, чтобы обрести истинную силу демона, Дориан? Какие ритуалы пройти? Я должна отринуть Бога, а для этого мне придётся спокойно смотреть, как людей, наполнивших этот дом, будут склонять ко всем видам блуда, а потом прирежут, как скот? Этого вы от меня ждёте? Хотя нет, вряд ли мне позволят просто смотреть – я должна буду в этом участвовать, не так ли? Я должна буду убивать сама, собственными руками.

– Все убивают. Такова жизнь. У всего есть цена…

– Эту песню ты уже пел. Достаточно. Я услышала достаточно. Тебе всё равно, какой я буду – для тебя важно лишь то, что я тебе принесу. Ты с самого начала пытался завладеть моим доверием, влюбить меня в себя не потому, что я для тебя значила хоть что-то… тебе нужна принцесса. Дочь твоего господина в качестве награды за то, что ты все эти годы держал Двери открытыми. Тебе нужна дочь демона, источник Силы и Власти. Сама я не значу для тебя ничего.

По лицу Дориана пробежала тень:

– Если я так плох, скажи, почему я до сих пор не взял тебя? Станешь отрицать, что я мог бы это сделать в любой момент, с той самой первой нашей встречи? Станешь отрицать, что хотела меня?..

Он сделал ещё один шаг и теперь они стояли рядом, лицом к лицу, глядя друг на друга враждебно, словно бросая друг другу вызов.

– В ту ночь, в хижине, когда ты чуть не утонула в пруду…

– Привлечённую туда твоими чарами. Доверчиво развесившая уши дурочка. Надеюсь, ты хорошо в тот момент развлёкся.

– Если бы твои чувства были мне безразличны, разве…

– Мои чувства к твоей сдержанности не имеют отношения. До сих пор ты не взял меня потому, что не был уверен, что это придётся по душе моему отцу и моей матери. И ещё потому, что хотел меня не в любовницы – ты хочешь всё! Трусливый расчёт – вот что стоит за твоим поведением, а вовсе не уважение и чуткое отношения к моим желаниям.

– Хорошо. Давай. Делай из меня злодея.

– Зачем мне что-то делать. Ты и сам прекрасно справишься. Закончим этот разговор. Как ты сам сказал – Господин ждёт меня. Негоже с этим затягивать. Кто их знает, демонов, какими они становятся, если немного затянуть с исполнением их желаний.