Сады Рэддхема - Лана Фиселлис

Раздаются ужасающие раскаты грома. Вздрагиваю, машинально оборачиваясь на звук. Сквозь голые кроны деревьев виднеются черные тучи, слишком быстро плывущие по небу. Вспоминаю: подобное было ровно перед тем, как я попала в Подземный Город. Тогда мы тоже пересеклись с этими тучами, только они находились дальше и не плыли с такой скоростью. Агата сказала, что это один из тех изощрённых способов, которыми маги воздуха выискивают неугодных Рураль.

Холод окатывает меня с головы до ног. Уж не знаю, от страха или от прохладного воздуха – проверять совсем не хочется. Рывком поворачиваю лошадь в сторону, указанную Региной.

Ветки хлещут по лицу, рукам и ногам, когда я не успеваю вовремя увернуться. И если на конечностях, скрытых тканью, останутся лишь синяки, то открытая кожа лица горит от боли. Но это не заставляет меня замедлиться.

Стук сердца в ушах оглушает и ненадолго лишает координации. Пальцы крепче сжимают поводья, ладони обжигает. Напрягаю мышцы до судорог в попытке удержаться в седле. Только яркий просвет между деревьев ещё заставляет меня скакать вперёд. Туда, где обрываются серые тучи и светлеет небо.

Чувствуется сухой воздух Дома Огня – остаётся всего один рывок. Череда деревьев резко обрывается; я оказываюсь на поляне. Отсюда уже прекрасно видны остров, мост и сверкающая на закатном солнце река.

Краем глаза замечаю шевеление справа. Там что-то темнеет. Можно даже не поворачивать головы, чтобы понять – из удлинившихся теней появляется Эклипс. Лопатка загорается, заставляя выгнуть спину.

Взгляд скользит налево, и я вся сжимаюсь изнутри. Красные, серые и зелёные одежды мельтешат перед глазами, отчего резко начинает кружиться голова и тошнота вновь подкатывает к горлу. Не вижу их радужек, но по отточенным, слишком идеальным для человека движениям понимаю – это те, кто пал под чарами Рураль. И выглядит это намного отвратительнее, чем я могла себе представить.

Я оплошала в ту же секунду, как только позволила себе рассмотреть своих преследователей. Потому что в следующую секунду меня оглушает свист, и я лечу куда-то вперёд.

«Если случится так, что будешь падать с лошади, постарайся защитить лицо от удара. Нос слишком легко сломать, а вот руки и ноги ещё можно уберечь от лишних травм». Всего за секунду перед глазами проносится урок «правильного падения» от Элиота, но я всё равно приземляюсь не так, как он учил.

Воздух вылетает из лёгких, а правое плечо, принявшее всю тяжесть на себя, начинает ныть.

– Стоять!

Этот голос я могу узнать из тысячи, сквозь гул сердца в ушах и подступающую боль. Он не принадлежит ни мне, ни Алистеру, ни даже Элиоту. Он незнакомый, но при этом я слышала его множество раз в своих снах и видениях. Я слышала его перед тем как в последний раз покинуть дом. Перед тем как выйти из душного клуба. Однажды он уже звал меня к себе. И имя… А… Ал…

Перекатываюсь на спину, обхватывая плечо, и сжимаю его, желая, чтобы исчезла хотя бы часть боли. «Селена, найди меня». Не сдерживаю тихого стона-мычания. Кое-как разлепляю веки: виднеются яркие всполохи света и мельтешащие чёрные точки. Это голос мужчины из моих снов. Как же его имя?.. Але… Алекс…

– Доложите Королеве. Мальчишку доставить живым во Дворец.

– А что делать с птицей?

– Что делать с птицей? – Левая лопатка слегка вибрирует от раздражённого тона мужчины. – Да мне плевать! Набейте перьями подушку, а труп выкиньте шакалам или пустынным волкам.

Чтобы повернуть голову, приходится буквально пересиливать себя. Желудок сворачивается от спазма – картина передо мной не из приятных. Хотя за последние пару часов стоило привыкнуть к подобному, да? Лошадь. Она лежит на сырой земле. Голова отдельно от туловища, в трёх шагах. Прижимаю ладонь ко рту в надежде подавить тошноту и заглушить вскрик.

Страх сковывает конечности, но внутренний голос рокочет. Нужно бежать. Бежать. Бежать. Бежать. Не только от Эклипс и солдат в разноцветных одеждах. Инстинкт самосохранения защищает меня не от этого. Он защищает меня от него. И, вторя голосу, я борюсь с болью в плече, с тошнотой и головокружением. Рывком сдвигаюсь с места на заплетающихся, ослабевших ногах.

– Я сказал всем стоять!

Снова рокот, но теперь во всём теле. Мне почти физически больно, словно по венам течёт раскалённое железо, обжигая сосуды и артерии. Слёзы начинают литься по щекам. Моё тело подчиняется этому зову, пытаясь сопротивляться желанию унести ноги как можно быстрее. Всё вокруг превращается в кашу из красок, а заветный мост кажется ещё дальше, чем был до этого. Волосы растрепались и теперь прилипают к мокрым щекам, острыми иглами лезут в глаза.

Падаю, запутываясь в собственных ногах, и вновь оказываюсь в грязи. Я не молю местных Святых о милости Королевы, а думаю лишь о том, чтобы он не подходил ко мне. Оставил меня…

– Сел… Эй, Сел…

Дёргаюсь, когда чужие руки приподнимают меня и помогают сесть. Меня знобит и трясёт. На плечи опускается какая-то ткань; острая боль стрелой пронзает всё тело, начиная от правого плеча и заканчивая кончиками волос. Стону, пытаясь вывернуться. Сквозь запах сырости и крови ощущаю кое-что ещё. Кофе. Ароматный, терпкий, свежесваренный.

Имя всхлипом слетает с моих губ:

– Миша…

– Да, Сел. Да, – слышу я совсем рядом. – Всё хорошо. Тебе не надо сопротивляться. Слышишь? Ты дома, Сел. Ты в безопасности. Только молю тебя, не сопротивляйся.

Я начинаю бредить? Или передо мной и правда Миша? Приподнимаю голову и едва ли могу поверить в увиденное. Миша… мой милый Миша с вечным беспорядком на голове, с крупными кудрями. Это одновременно он и не он. Есть в нём что-то чужое, страшное, пугающее. Отталкиваю его, пересекаясь с растерянным взглядом зелёных глаз.

– Нет, – шепчу я. – Нет, нет, нет. Ты всё знал… ты знал всё с самого начала. – Поднимаюсь на ноги, покачиваясь из стороны в сторону. – Ты знал, кто я. Ты знал, что тот мир… – Со свистом вытаскиваю кортик из ножен, но ладони так трясутся, что оружие падает в грязь.

– Селена, – мягко протягивает Миша, выпрямляясь и выставляя перед собой руки. – Селена, я прошу тебя…

– Нет! Не говори этого! Ты обманул меня! – срываюсь я на хриплый вскрик. – Я доверяла тебе, Миша. Всегда доверяла. Но ты… ты… предатель. Грязный предатель, – шепчу я, видя в глазах друга боль. – Предатель…

– Хватит бесполезных уговоров. – Замолкаю, слыша голос позади себя.

Чувствую, что он подходит ко мне. Я разворачиваюсь столь резко, что перед глазами всё плывёт, и,