Горький пепел победы - Валерий Иващенко

- Ладно, это решаемо, - Валентайну хоть кусок в горло нынче не лез, но день обещал быть весьма жарким, а потому заправиться следовало основательно. - Чайка, поможешь?

Втихомолку хрустящая свежеподжаренным хлебцом (она таки распробовала и по достоинству оценила любимое лакомство дочери) Верайль обмерла - это и есть имя? Чайка? Птица мечты, светлая и чистая, свободная как морской ветер? Плохо, ой как плохо - мечтой любуются и грезят… да только, издали. Гнаться за нею пустое, уж в противном никого убеждать не надо.

Девица неопределённо дёрнула плечом, упрямо не награждая волшебника даже мимолётным взглядом.

- Ладно… сначала дела, сопли потом, - нехотя ответила она.

Потом снова сделала недовольную мордашку (Валлентайн непроизвольно залюбовался этим очаровательным бантиком губ) и добавила - некий тёмный лорд в Искажённых Мирах показал себя не только хорошим солдатом, но и отменным командиром. И Зепп, стоящий навытяжку у дверей трапезной, выпрямился ещё горделивее. Уж такая рекомендация из уст одной бешеной белки стоила многих иных других.

А Валлентайн, ощущая как внезапно забилось сердце, уронил на скатерть скомканную салфетку.

- Тогда за мной, - проронил он уже на ходу.

Утро на полуночном балконе, откуда почти не было видно моря, встречали редко. Но именно сюда направил свои стопы волшебник и лорд, и следом за ним неслышно следовала тоже отчего-то волнующаяся Чайка. Она напряглась и инстинктивно попыталась сопротивляться, когда серьёзный донельзя маркиз поставил её прямо на бьющий из-за башни солнечный свет и шепнул незнакомое, морозом и жаром сыпанувшее по всему телу заклятье.

- Ага, потрепыхайся ещё мне, - он процедил что-то ещё, и его невольная пациентка обессиленно уронила вдоль тела руки - против этой откровенно чёрной магии все её умения оказывались попросту бессильны.

На тень, затрясшуюся за спиной угрюмой и настороженно поглядывающей девицы, было страшно смотреть. Она корчилась, сотрясалась в муках - а затем всё же не выдержала, распалась на части. И пристально всматривающийся в них Валлентайн узнавал прежних обладательниц, после чего наступал на перечисленную ногой.

- Рыжая девица… а, Мазуня - привет! Ну, ламию не признать трудно… Ариэла? Здравствуй, - он запнулся на миг, нахмурившись при виде горделиво и независимо вытянувшейся в струнку эльфки. - Вот уж не ожидал вновь встретить тебя, Тэлль из рода Виал'Дро, непокорившаяся белка… ого, дракоша - да не простая…

При последних словах Чайка живо навострила ушки - её драконья часть сущности в основном отлёживалась себе в дальнем уголке души, добродушно похохатывая на все попытки что-то о себе разузнать. Тихушница, блин…

- И последняя… светлейшая Сандра? Вот уж омерзительная смесь… если б удалось вас разделить обратно, троих из пяти убил бы не медля и без малейшего угрызения совести, - Валлентайн хмуро отряхнул с рук остатки заклинания, обращая на недовольную рожицу девицы ровно столько внимания, сколько та и заслуживала.

То есть, никакого.

В принципе, если бы Чайка перекинулась в огненно-рыжую Мазуню или легконогую Ариэлу, то Валлентайн был бы тому только рад. Уж остальные ипостаси были просто невыносимы - а нынешний вид холёной красавицы стройных, слегка эльфийских пропорций любого мужчину мог ввести в состояние тихого обалдевания и даже ощущения собственной неполноценности при виде такой красоты.

Впрочем, лорд сейчас думал совсем о других материях.

- Сможешь обратиться в дракону, и со мной на загривке с воздуха немного полить огнём осаждающих? Ну, и я кое-чего добавлю - да так, что там и драпать не останется кому.

Уж кто-кто, а он тотчас признал в описаниях Кизима, Хорхе и Дея - чертовски сильных волшебников. Но в свою очередь, те тоже оказывались бессильны против чёрного. Против магии жизни и смерти, как порою невесело шутил Валлентайн наедине с собой. Да и первородная сила ослепительного драконьего пламени навряд ли подчинялась Кизиму как магу огня - этот хоть и мелкий, но всё же козырь стоило использовать с толком. Ну, а магия Воды, то уже резерв на самый крайний случай…

- Вот и всё, - Валлентайн осторожно спрятал завёрнутый в мягкую рогожу последний сосуд в глубокую кожаную суму наподобие перемётных для лошадей. - От света эту лихую смесь лучше держать подальше… и от Света тоже… они называют это "коктейль Молотова"

Селина легонько, неодобрительно покачала головой, поджав губы по своей привычке, и со вздохом потеребила внука за ухо.

- А без смертоубийства можно? Их же там тысяч тридцать. О сиротах и вдовах, что дома ждут - как обычно, не подумал?

Валлентайн некоторое время рассматривал свою с детства знакомую и такую незнакомую бабку, словно видел её впервые. Ну, что тут можно ответить? Да, всё оно так… да ведь, в Ферри-Бэй тоже более сотни тысяч народу - хоть и гоблинов большей частью. И раз уж назвался маркизом, будь добр, защищай всю эту разношёрстную ораву от всяких напастей. Хоть из кожи вон вывернись, а долг как ты его понимаешь, надо выполнять. Ведь власть это не только право отнимать и карать - это прежде всего ответственность за тех, кто вверил свои жизни твоему попечению. Жаль, что многие нынче о том склонны забывать…

Молча и хмуро Селина выслушала ответ, и только вздохнула.

- Пообещай мне, что ты хотя бы попытаешься обойтись малой кровью - ведь чувствую, внучок, умыслил ты что-то совсем уж непотребное. Короля-то и барона того угробил чисто, без посторонних? Ну хоть пообещай, а?

Странно, однако ведьма всё же сохранила на взлетевшего так высоко и забравшего нынче такую силу внука некоторое влияние. Потому безропотно позволила тому обнять себя и с невидимой лорду легчайшей улыбкой победительницы погреть неслышно обжигающим жаром, столь изумляющим в такой близи.

- Ладно, ба - я попробую их честно предупредить. Если не удерут сами, то я не виноват. Этого достаточно?

Селина привстала на цыпочки и осторожно чмокнула такого сильного и красивого внука в щёку. Миг-другой всматривалась в эти усталые и чуть печальные глаза, а потом усмехнулась, чуть захолодив губы того дыханием… кожу чуть защипало, в глазах на миг всё поплыло - от благословения ведьмы обычный человек тотчас умер бы в страшных корчах быстро и, что характерно, напрочь. А чернокнижнику, да ещё и родной кровинушке, так - вроде чихнуть разок в своё удовольствие.

В его чуть лукавой улыбке Селина сразу вспомнила того непоседливого мальчишку, который интересовался каждой на земле травинкой и каждым случайно обронённым ведьминским словом. Который едва не выжег пол-леса, по своей живости решив одним махом избавить его от жуков-древоточцев и всяких короедов. Птицы тогда удирали во все стороны, себя от усердия не помня…

- Спасибо, бабуля - очень может быть, что пригодится, - Валлентайн ласково потёрся кончиком носа о нос родственницы, как любил делать ещё с детства - вычитал где-то, что древние приветствовали друг друга именно так. - Ну, не забудь распорядиться насчёт праздничного пира для победителей.