Грезы Февра - Джордж Мартин

Ее ни в коем случае нельзя было сравнить с огромным и могучим пароходом по имени «Грёзы Февра». Но, кроме нее, другими судами Эбнер Марш в данный момент не располагал. А раз так, придется довольствоваться тем, что имеешь, рассуждал Эбнер Марш. Он подошел к пароходу и по сходням, истоптанным бесчисленным количеством ног, поднялся на борт. На полубаке его встретил Кэт Грув.

– Все готово, капитан.

– Скажите рулевому, чтобы отчаливал, – бросил Марш. Грув отдал приказ, и «Эли Рейнольдз» подала сигнал. Гудок показался Маршу тонким и жалобным, но отчаянно бесшабашным. По узкому крутому трапу он вскарабкался в кают-компанию. Там было сумрачно и тесно. Салон едва достигал сорока футов в длину. Лежавший на полу ковер пестрел пятнами, а пейзажи, написанные на дверях кают, изрядно потускнели и выглядели смазанными. В помещениях парохода стоял застарелый запах несвежей пищи, кислого вина, масла, гари и пота. Внутри было слишком жарко, а единственное окно в потолке салона с простым стеклом слишком закоптилось, чтобы пропускать достаточно света.

В салоне, когда Марш вошел, за круглым столом сидели и пили кофе Йергер и свободный от вахты рулевой.

– Свиной жир уже доставили? – спросил Марш. Йергер кивнул.

– Как вижу, на борту почти нет груза. Йергер нахмурился.

– Я решил, что так будет лучше, капитан. С грузом мы двигались бы медленнее, и в дороге было бы много остановок. Эбнер Марш, взвесив его слова, одобрительно кивнул.

– Правильно. Мой багаж тоже доставили?

– В вашей каюте, капитан, – ответил Йергер. Марш раскланялся и удалился к себе. Койка, когда он грузно опустился на край, жалобно скрипнула под ним. Марш открыл саквояж и вытащил ружье и патроны. Он внимательно осмотрел оружие, проверил ствол. Ружье приятно оттягивало руку. Возможно, простой револьвер и не мог противостоять людям ночи, но это оружие было особенным. По личному заказу Марша его изготовил лучший оружейник Сент-Луиса. Это было ружье для охоты на бизонов с коротким широким стволом восьмигранной формы. Пятьдесят изготовленных на заказ патронов по размеру были больше любых других, которые когда-либо приходилось делать оружейнику.

– Черт, – буркнул он тогда, – эти пули разнесут вашу добычу в клочья.

Эбнер Марш только кивнул в ответ. Меткостью ружье похвастаться не могло, тем более в руках Эбнера Марша, но ему это и не требовалось. С близкого расстояния оно должно было во что бы то ни стало стереть улыбку с лица Деймона Джулиана и снести его проклятую голову с плеч. Марш аккуратно зарядил ружье и повесил на стену над койкой, откуда в любой момент мог сорвать его. Только после этого позволил он себе лечь.

Так начались его поиски. День за днем «Эли Рейнольдз», пуская дым, спускалась по реке вниз. Шла она в ведро и непогоду, сквозь дождь и туман, останавливаясь в каждом городе и городишке, на каждом причале и дровяном складе.

Повсюду он наводил справки, задавая один-два вопроса. Свое время Эбнер Марш проводил на штормовом мостике, сидя у старого треснувшего колокола на деревянном стуле, и часами смотрел на реку. Иногда он даже ел там. Когда Марш уходил поспать, его место занимали капитан Йергер, Кэт Грув или письмоводитель.

Когда мимо проплывали плоты, плоскодонки и прочие суда. Марш выкрикивал:

– Эй, вы там! Не попадался ли вам пароход по имени «Грёзы Февра»?

Но в ответ, если он приходил, Марш всегда слышал:

– Нет, капитан. Точно, не видали.

Ничего не могли они добиться и от людей, работающих на причалах и дровяных складах. Река и днем и ночью кишмя кишела пароходами, большими и малыми, идущими вверх и вниз по реке или стоящими полузатопленными у берегов. Однако «Грез Февра» среди них не было.

Небольшое, медлительное судно «Эли Рейнольдз» ползло по реке со скоростью, которую большинство речников посчитали бы для себя позорной. Остановки и расспросы еще более замедляли продвижение. Все же в смешении дней и ночей они оставляли за собой города и веси, дровяные склады и леса, дома и пароходы, песчаные наносы и острова. Лоцман, искусно минуя мели и топляк, вел судно все дальше на юг. Прошли мимо Сен-Женевьев, Кейп-Жирардо и Кросно. Ненадолго пришвартовались в Хикмане и чуть дольше задержались в Новом Мадриде. Карутерсвилл терялся в тумане, но они отыскали его. В Оцеоле было тихо и спокойно, Мемфис являлся его полной противоположностью. Хелена, Роуздейл, Арканзас-Сити, Наполеон, Гринсвиль, Лейк Провидено…

Когда «Эли Рейнольдз» одним ненастным октябрьским утром, пуская клубы дыма и пара, вошла в порт Виксбурга, на причале стояли двое мужчин.

Эбнер Марш почти всю команду отправил на берег. Гостей в кают-компании принимали Марш, капитан Йергер и Кэт Грув. Один из пришедших – крупный мужчина плотного сложения с красными, как сырая свинина, бакенбардами и голой, как голубиное яйцо, головой – красовался в черном, свободного покроя костюме. Второй был высокий и стройный, одетый с иголочки чернокожий с проницательными черными глазами. Марш пригласил их за стол и предложил кофе.

– Ну? – спросил он. – Где корабль?

Лысый подул на свой кофе, и лицо его помрачнело.

– Не знаю.

– Я заплатил вам для того, чтобы вы отыскали мой пароход, – напомнил Марш.

– Его нигде не найти, капитан Марш, – вставил чернокожий мужчина. – Хэнк и я искали повсюду, уверяю вас.

– Не могу сказать, что мы совсем ничего не нашли, – снова вступил в разговор лысый. – Только в данный момент мы еще не определили местонахождение парохода.

– Ладно, – махнул рукой Марш. – Выкладывайте, что узнали.

Чернокожий из внутреннего кармана сюртука достал сложенный листок бумаги и развернул его.

– Большая часть вашей команды и почти все пассажиры сошли на берег в Бейу-Сара, после того как на корабле якобы разразилась желтая лихорадка. На другой день ваш пароход снялся с якоря и, согласно всем сведениям, отправился вверх по реке. На одном из дровяных складов мы разыскали негров, которые клянутся, что заправляли «Грёзы Февра» дровами. Таким образом нам стало известно направление, в котором ушел ваш корабль. Мы нашли и других свидетелей, готовых поклясться, что видели его на реке. Во всяком случае, они утверждают, что видели.

– В Натчез пароход не прибыл, – вставил его напарник. – Таким образом… его путь составляет восемь-десять часов вверх по течению реки.

– Меньше, – задумчиво произнес Марш, – «Грёзы Февра» был чертовски быстроходным.

– Судно затерялось где-то между Бейу-Сара и Натчезом.

– На этом участке впадает Красная река, – заметил Марш. Чернокожий мужчина кивнул.

– Но ваш пароход не появлялся ни в Шривпорте, ни в Александрии, его не смогли вспомнить ни на одном из дровяных складов, на которых мы справлялись о нем.

– Проклятие, – выругался Марш.

– Может, он все-таки утонул? – высказал предположение Кэт Грув.