Три мудреца в одном тазу - Александр Рудазов

Темна эйкрийская ночь. Только ходовые огни и прожектора «Чайки» рассеивают мглу, да в иллюминаторах виднеется свет. И еще в волнах иногда проскальзывают блестки - в воде тепорий медленнее гаснет и медленнее вспыхивает, так что «воздушные» и «водные» сутки на Эйкре немного не совпадают.

Чертанов стоял у фальшборта и курил, стряхивая пепел в воду. Он грустно посмотрел на полупустую пачку - сигарет оставалось все меньше, а достать новые будет затруднительно. Можно, конечно, перейти на косяки из озерной травки, но это уже на крайний случай…

Он поднял глаза к ходовой рубке - силуэта Фабьева за стеклом не было. Похоже, прикорнул старик. «Чайка» шла на самых малых оборотах, «авторулевой» успешно заменял человека, а если что-то и случится - опытный штурман почувствует пятой точкой. В кают-компании свет тоже погас - все разбрелись по койкам. Только в каюте Грюнлау еще горела лампочка - Вернер Грюнлау разбирал и смазывал верный шмайссер.

Сергей тоскливо пялился в темноту и думал, что не найдут они эту треклятую башню, чтоб ей провалиться. А если и найдут - попробуй-ка, отними ее у вооруженных до зубов пиратов… Чертанов хмыкнул, настолько по-дурацки это прозвучало: «отними башню». Все-таки интересно, как же им это удалось? Уменьшили, что ли, как-то? Или, может, лишили веса и привязали к кораблю вроде воздушного шара? Надо было поспрашивать у шамана - Ролрупа хоть и жевал всякие нехорошие грибы, соображал все-таки на порядок лучше чокнутой троицы, что обосновалась на «Чайке».

Он вытащил свисток в виде чертика. Задумчиво посмотрел на него, вспомнил последнюю встречу со Стефанией - такую короткую и неприятную. Замахнулся выбросить свистульку в океан… но в последний момент все-таки передумал. И, повинуясь непонятному импульсу, дунул.

- Я хотел извиниться за прошлый раз… - начал он, как только на палубе взметнулось дымное облако. - Неудобно получи…

Чертанов осекся на полуслове. Стефания дель Морго, чертовка первого круга, явилась мокрая и совершенно голая. Сисадмин непроизвольно отметил, что всякие интересные места у нее почти не отличаются от человеческих - только цвет другой. А еще заметил одну очень любопытную деталь - на спине, в области лопаток у нее торчали два крохотных почерневших отростка - похоже, все, что осталось от ангельских крыльев.

- Я принимала ванну, - холодно пояснила она, заметив немой вопрос в глазах Сергея. - Чертям тоже иногда приходится мыться.

- Ну, это… - почесал в затылке Чертанов. - Я не хотел…

- Чего надо? - сухо спросила чертовка, оглядевшись по сторонам и поняв, что больше никого нет.

Стеснения она не испытывала ни малейшего - подумаешь, смертный пялится, большое дело…

- Да, собственно… ничего…

- А зачем вызывал? - начала кипятиться Стефания. - Поиздеваться?! Между прочим, мне холодно! Кстати, насчет души не передумал? - с притворным равнодушием поинтересовалась она.

Чертанов молча помотал головой.

- Тогда чего надо?! Как же вы мне надоели, смертные, с вашим дурацким свистком! Ты не представляешь, как это раздражает - все время знать, что в любой момент тебя могут выдернуть из постели, ванны, обеденного стола и отправить куда-нибудь Гавриилу между крыльев!!!

- А что у него между крыльев?

- Спина. Не придирайся к словам, безмозглый смертный! И прекрати вызывать меня каждый раз по пустякам!!!

- Да пожалуйста! - обиделся Чертанов, взмахивая рукой. Золотая свистулька блеснула в свете прожектора и с тихим бульканьем устремилась на океанское дно. - Пожалуйста! Все, больше не вызовем - свободна!

Стефания несколько секунд стояла неподвижно, недоверчиво глядя на черную воду. А потом дико завизжала и прыгнула Сергею на шею.

И начала выцарапывать глаза.

- Проклятый… смертный!… - ожесточенно шипела она. - Ты что, считаешь - я джинн лампы какой-нибудь?!! По-твоему, теперь я стала свободной?! Почему ты не спросил, почему не спросил сначала, недоумок?!

- А… а что такое?! - вспылил Чертанов, безуспешно отдирая от себя разъярившуюся чертовку. На лице у него уже появилось несколько глубоких царапин, да и глаза он защищал лишь с превеликим трудом. - В чем дело?!

- В чем дело?! В ЧЕМ ДЕЛО?!! Magni Dei Nostri Satanas!!! Domine Satanas, за что ты послал мне этого смертного?! В том дело, ничтожный человечек, что этот маленький свисток - моя единственная дверь обратно домой! И теперь я не могу вернуться! И теперь я застряла здесь, на Эйкре, с вами! И теперь я тебя задушу!!!

Стефания неистово захрипела, пытаясь вырвать Чертанову яремную вену. Тот отбивался все слабее - даже юная девушка-чертовка легко может одолеть среднего человека. Чтобы совладать с ней, нужен бычара вроде Гены…

И он не замедлил появиться.

- У?! Ого! - прогудел Гена, отдирая Стефанию от Сергея. - Это кто?… что?… Да тихо ты, а то врежу!

- Пусти, я его убью! - визжала чертовка, безуспешно пытаясь вырваться из медвежьих объятий телохранителя.

- Геннадий, ну тебе уже впору этой гражданочке предложение делать - все обнимаешься с ней, - ехидно подал голос Колобков.

Бизнесмен еще не лег спать - читал в гальюне португальский детектив. Он упорно не оставлял надежду, что однажды эти непонятные слова все же раскроют свой тайный смысл. Главное - пялиться на них подольше и не сдаваться.

Конечно, когда он услышал на палубе дикие вопли взбесившейся чертовки, то немедленно побежал выяснять, в чем дело. Гена, дежурящий у дверей гальюна (раньше они с Валерой вообще пытались дежурить ВНУТРИ него), тут же встрепенулся и ломанулся следом за шефом.

И подоспел как нельзя вовремя.

- Гена, держать до моей команды, - приказал Петр Иванович, задумчиво обходя вокруг телохранителя, сцепившегося с чертовкой.

Маленький лысый толстячок высоко задрал голову, чтобы взглянуть в лицо болтающейся в воздухе Стефании, а потом задумчиво пошевелил пальцами:

- Серега, жду объяснений. Что она тут делает? Почему я не в курсе?

- Гм-м-м… - напрягся Чертанов.

- Хреновое объяснение.

- Это еще не объяснение.

- А это я шутю.

Сергей немного подумал. Потом еще немного подумал. А потом плюнул на последствия и просто рассказал все, как было.

Колобков, разумеется, радостно назвал подчиненного дегенератом. Да еще смачно так, отчетливо проговаривая каждую буковку. А потом хлопнул по спине и сказал, что зарплату, конечно, придется урезать…

- За что?! - возмутился Чертанов.

- Было б за что - вообще уволил бы! - хохотнул Колобков. - Ладно, делу время, потехе час. Геннадий, отпусти эту рогатку.

- Сам ты… - огрызнулась взъерошенная Стефания. - Дайте хоть полотенце, что ли…

- Серега, уступи ей пиджак, - приказал Петр Иванович. - Мог бы, между прочим, и сам догадаться. Этому еще в детских садах учат: если видишь красивую голую женщину, обогрей, накорми и помоги чем можешь - добро не пропадет, сторицей к тебе вернется.