Из любви к истине - Карина Пьянкова

— Что будешь, детка? — осведомился у меня убийца. Я пожала плечами, демонстративно съеживаясь. Хотя есть хотелось. Очень. Обед в «Мече и короне» был безнадежно испорчен, и желудок посасывало.

— Тогда нам по кружке пива и тушеное мясо с капустой, — решил за нас обоих наемник.

В животе при упоминании еды одобрительно заурчало, хорошо еще, что вокруг стоял гомон и предательского звука не расслышали.

Парадокс жизни: раньше меня кормили за свой счет только Лэр и Тарн, а теперь угораздило оказаться на свидании с убийцей.

— Мадлен, а где живут такие хорошенькие девушки? — пустился во все тяжкие ухажер.

Отправившаяся было за заказом официантка зашлась в судорожном кашле. Мне тоже стало смешно.

— За городом, — выдавила я. За образец поведения я взяла героинь народных сказок, которые в исполнении бродячих артисток почему-то по-козьи нежно блеяли, общаясь с окружающими.

— Так ты не местная! — искренне обрадовался мой собеседник.

Сразу вспомнился бородатый анекдот про серийного убийцу, тащившего девочку в лес: «А представь, как мне страшно будет одному возвращаться!»

Мы еще посмотрим, кто будет маньяка изображать, когда останемся нос к носу. В глубине души тлела злорадная улыбка, не допустить которую на лицо было невероятно сложно.

— Не местная, — подтвердила я все тем же тоном невинной жертвы, отправленной злой мачехой в темный лес.

А этот Мартин верил, совершенно искренне верил, что подцепленная на улице девчонка оказалась дурочкой, забредшей далеко от дома. Но кто же предполагает, что в скромном платье, опустив очи долу, по городу ходят дознаватели при исполнении?

Я чувствовала взгляды местных завсегдатаев, иногда злорадные, иногда сочувственные, иногда презрительные, и все яснее осознавала: если я выберусь отсюда живой, да еще и со своей «жертвой», то нужно будет потратить крупную сумму на свечки всем богам разом. Здесь действительно могло помочь только чудо. Просторная комната среди бела дня была забита народом под завязку…

И пока я размышляла, на сцене появилось еще одно действующее лицо, едва ли не главное в разыгрываемой сцене. Я так и не поняла, из какой щели просочился этот кусок мрака.

Сперва было неясно даже, мужчина это или женщина, настолько был закутан в одежду явившийся: черный плащ, как безвольные крылья издохшей летучей мыши, на лицо накинут капюшон, высокий воротник куртки поднят, скрывая губы и подбородок от посторонних взглядов. Неплохая конспирация, если не принимать во внимание, что за окном отличная теплая погода, и черное пятно посреди людной улицы заметнее, чем чернила на белоснежной скатерти. Двигался незнакомец или незнакомка так, что волей-неволей предположишь: перед тобой нелюдь. Препятствия на своем пути черный не обходил — обтекал.

— Добрый день, ларо, — поприветствовал его без особого удивления Мартин.

Значит, именно ради этого вот «ларо» убийца сюда и явился.

— Добрый, — не стал спорить чужак, присаживаясь на свободный стул.

Я едва не подпрыгнула от неожиданности, услышав его речь. Всего одно слово, но до чего занятно произнесено: чрезмерно растянутые гласные, звук «р» смягчен настолько, что слышится практически как «л», сама артикуляция для человеческого языка чересчур вялая.

Ну и зачем было прятать лицо с таким-то вопиющим акцентом?

— А это что за ine? — недовольно спросил пришелец, ткнув в мою сторону изящным музыкальным пальцем. Верх бестактности. К тому же, находясь на чужой территории, произносить словечки на своем языке… Дурные манеры — признак переизбытка наглости или недостатка воспитания, ни то ни другое не говорит о силе и большом уме.

— Ты же сказал, что тебе нужна девка, — недоуменно пожал плечами Мартин, вперившись в меня тяжелым взглядом. Мол, только дернись, на части голыми руками разорву.

Ну-ну. Блажен, кто верует.

— Да, но не первая подвернувшаяся тебе на улице! А если она из стражи? Убей ее!

Я почувствовала тревогу. Если Мартин решит выполнить приказ черного, то мне придется защищаться, и тут уж точно станет понятно, что вместо мышки убийца притащил змейку.

— Да ты свихнулся! — на всю комнату заржал человек. — Эта девка — из стражи?! Да посмотри только на эту бедную овечку, она на тебя взглянуть боится! Как такая в страже может работать?

— Ты Тьен еще не видел, — саркастически хмыкнул черный. Если Мартина было слышно в любом углу, то нелюдь говорил совсем тихо. — По той тоже не скажешь, что она из себя нечто серьезное представляет, а справиться с ней пока никому не удалось.

— Видел! И ничего, баба как баба, замочить можно, — оптимистично заверил своего собеседника блондин. — А девчонка нам поможет.

Попасть в яблочко, не целясь… Все же боги меня еще любят. Везение на грани невероятного: на меня вышли именно те, кому понадобилась моя шкура. Причем кахэ, по моим прикидкам, именно тот, кто помогал в инсценировке ритуального убийства ларэ Айрэл. Как говорят южане: «Если предки вложили в ладонь, не забудь сжать пальцы».

Эту парочку я в управу затащу, даже если придется взорвать «Кошку и петуха» ко всем демонам разом.

Кахэ буравил меня тяжелым взглядом. Заметил что-то?

Я мгновенно прикрыла свое магическое поле иллюзией.

Обнаружься вдруг у меня дар — вопросов тут же прибавится. Сама же стала легко «ощупывать» черного, пытаясь определить его потенциал и соответственно количество проблем, которыми он может меня обеспечить.

Нелюдь тем временем продолжал разговор с Мартином, обращая на меня внимания не больше, чем на стул, на котором сидел. Такой расклад меня вполне устраивал, так как давал определенную свободу действий.

— Она откуда?

— Из пригорода, — с ухмылкой ответил меченый. — А Иллэна — город большой, мало ли куда могла запропаститься хорошенькая провинциалка. В столице водится много плохих парней, поди пойми, какие здесь руку приложили.

Выдав свою тираду, парень расхохотался. Звук гулко раскатился по помещению, отразился от стен и вернулся обратно. Эффект поразил даже сам источник смеха. Вот что значит луженая глотка.

Кахэ, привыкший к более сдержанному проявлению эмоций, недовольно и, как мне показалось, брезгливо поморщился.

А маг слабенький… Да еще и огненный. Превосходно: Пятый закон магии еще никто не отменял, значит, подавить слабую магию собственной стихии для меня труда не составит. Тем более вербальный ее вариант.

— Но если ты, милашка, будешь умной девочкой, ничего плохого не случится, — поспешил успокоить «наивную жертву» убийца, улыбаясь, как его величество на празднике явления богини плодородия и весны.

В глазах южанина на это заявление появился скептицизм, который я в полной мере разделяла. Отпускать в свободное плавание свидетеля глупо. Глупее было бы только лично отвести его в управу и передать с рук на руки кому-нибудь из дознавателей. Но, разумеется, милая девушка Мадлен не могла не поверить, когда ее убеждали с таким честным видом. А у Риннэлис Тьен руки чесались применить какое-нибудь заклинание посильнее. Ну не было и нет в страже веры в людей и представителей иных разумных рас, зато появляется привычка бить на опережение. Качество, полезное как для моей профессии, так и для повседневной жизни.