Магический универ. Книга 1. Учиться, влюбиться... убиться? - Галина Гончарова

Я получше прицелилась. Склянка должна удариться об стену и разбиться рядом с их головами. Чтобы сразу вдохнули. А то могут зашуметь, закричать…

Не успели. Скорчились, захрипели — и все закончилось. Я отсчитала для верности минуту и вышла из укрытия. Вот ты и стала убийцей, девочка Ёлка…

Еще минуту я стояла над трупами, привыкая к мысли о том, что убила людей. Расчетливо, хладнокровно, безжалостно. Но ничего не чувствовала. Ни тошноты, ни угрызений совести. Глубоко в душе образовалась какая-то пустота, но мне было не до души и не до самоанализа. Я хладнокровно усадила стражников в прежние позы и протянула руку к двери.

— Aasterreex vergertel!

Замок легко поддался. Дверь открылась, и на меня уставились четыре пары глаз. Две — карих, одни голубые и одни темно-фиолетовые, как ягоды терновника.

— Привет, — поздоровалась я. — Как проходит подготовка побега?

— Хреново, — честно признался Тёрн.

— Эту дрянь пилить — проще гороха наесться! — возмутился Кан. — Два прута за час! Надо еще два, чтобы хоть кто-то пролез!

Я захлопнула дверь и прошла внутрь.

— Кан, ты козел! Ты что, колдануть не мог?

— А потом как? Трупом?

Я разозлилась. Нет, ну жлоб!

— Отошли все от окна. Кто не отошел — вылетит вместе с прутьями. Dexlitt! Fassarvioksa!

Камень дрогнул и потек расплавленными струйками по стене. Тёрн и Кан шарахнулись прочь. Оборотни бросились к окну и вцепились в прутья. Рывок! Еще один! Еще! Три прута вылетели из гнезд. Теперь в окно могли пролезть сразу двое оборотней. Принцесса привязала к двум оставшимся прутьям веревку, но я покачала головой.

— Привяжи поперек кровати. Еще вылетят ненароком.

Чего мне хотелось — так это лечь и поспать. Сил не осталось. В антимагической точке расход сил намного больше. Меня тошнило, голова кружилась. В общем, все сорок три удовольствия. И в таком состоянии спускаться по стене? В таком состоянии я и по лестнице не спущусь. Интересно, что лучше — грохнуться в пропасть самой или дождаться, пока тебя туда выбросят солдаты? Все паршиво.

Похоже, оборотень понял мое состояние.

— Прости, — обратился он ко мне.

— Ёлка, — представилась я.

— Ёлка, ты явно измотана. Ты не можешь идти.

«А мне идти и не надо, — подумала я. — Мой номер здесь сорок десятый. Коронованные особи в форме. Как выведет, драконы помогут. А мне светят лавры капитана Сорви-головы, который остался прикрывать свои войска. Хотя он-то выжил. У меня такой надежды не будет. Да мне и жить в таком состоянии не хочется! Потрачу всю силу и грохну эту башню. И ура камикадзе!»

Но вслух я говорить этого не стала.

— Предлагаешь подождать до утра? И пусть меня выпроводят с почетным эскортом к вашему братцу?

— Предлагаю привязаться ко мне. На всякий случай.

— Нет, — тут же оборвал его Тёрн, почему-то сердито косящийся в мою сторону. — Вами мы рисковать не можем. Сейчас я отвяжу Кана. И будем спускаться. Сперва Кан, на случай опасности, потом вы, принц, потом ваша сестра, мы с Ёлкой пока останемся здесь. На всякий случай. Доберетесь до земли — подергаете за веревку, и мы спустимся. Но вы нас не ждите. Кан, сразу веди их к драконам. Вопросы есть?

— Есть, — огрызнулся принц.

— Тогда потом спросите. Когда спустимся.

Больше возражений не было. Кан исчез за окном, за ним принц и принцесса. Я смотрела на веревку как на врага народа. Тёрн с сочувствием посмотрел на меня.

— Ты как, очень плохо?

— Хорошо, спасибо, хреново, — ответила я.

Принц с принцессой спускались. Мы ждали. Наконец веревка задергалась. И трое людей-нелюдей бросились в темноту. Я вздохнула и попыталась подняться. У меня даже получилось сделать это самостоятельно. Только пол почему-то шатался. Вверх-вниз, вверх-вниз. Хорошо, что у меня нет морской болезни.

— Ну что, полезли?

В коридоре нарастал шум.

— Упс. Кажется, наш поезд ушел.

Тёрн выругался. Положение было хуже губернаторского. В замке тридцать человек. Нейтрализовала я десятка два. Еще десяток рассеян по замку. Что они устроят, когда обнаружат элвара и ведьму вместо оборотней, — догадаться несложно. Разберут на составляющие без наркоза. А потом бросятся ловить узников. А тем еще три часа до драконов бежать. И Тёрн. Он все-таки принц элваров. То есть его гибели я тоже допустить не могу. Остаюсь я. А что я? Ведьмой больше, ведьмой меньше… Возможно, я даже уцелею и смогу сбежать.

— Отдай мне меч и проваливай, — предложила я.

Элвар посмотрел на меня как на чокнутую.

— Ёлка, ты с ума сошла?

— Пока еще нет. Можешь предложить что-нибудь еще?

Кто-то затопал по коридору. Через несколько секунд все начнется. Элвар оглянулся вокруг, схватил кресло и подпер им дверь. И вовремя. Через минуту кто-то грохнулся об нее так, что стены задрожали.

— Откройте! — потребовал чей-то голос.

— Сам открой, — предложил Тёрн. Он отвязал веревку от кровати и выкинул в окно.

— С ума сошел? — спросила я.

— Ёлка, у меня вопрос. Ты сильно вымоталась?

Тон у него был такой, что шутить и ругаться мне расхотелось.

— Достаточно.

— Можешь мне еще немного помочь магией?

— Могу.

Вот чего мне это будет стоить — неясно. Но я справлюсь. Если надо — я все сделаю…

Жить хочется… и чтобы Тёрн жил…

— Немедленно откройте! — потребовали из-за двери. — А то мы вас сожжем на костре, если не откроете!

— А если откроем — вы нас пряниками угостите? — огрызнулся Тёрн.

Его плащ полетел на пол, а сам элвар расправил крылья и снова сложил их.

— Ёлка, сейчас я вылезаю в окно, ты за мной. Поможешь мне немного магией. И мы просто слетим вниз.

Я очень надеялась, что мы слетим не кирпичом, а хотя бы как лист с дерева.

— Договорились.

В дверь колотили чем-то тяжелым, но кресло пока держало. Тёрн подумал и придвинул к ней еще и кровать с обрывком веревки. И нырнул в окно. Я полезла за ним. Элвар уже расправил крылья и стоял, даже не держась за стену. Я встала на подоконник.

— Что дальше?

Элвар зловредно оскалился.

— Теперь обними меня покрепче за шею и цепляйся ногами за бедра.

— Извращенец!

— Сама такая. Лучше представь, как еще мне лететь? Не могу же я повесить тебя к себе на шею или прицепить к ногам? Крылья у меня на спине, так что туда я тебя тоже не посажу. Да и руки у меня должны быть свободны.